Парень выглядел на удивление бодро. Будто и не отрывался вчера вместе со всеми. Он присел на краешек столешницы в опасной близости. Спина покрылась мурашками. Синие глаза смотрели прямо на меня. Привычным жестом он поправил чёлку отбрасывая её назад. Она тут же вернулась в прежнее положение.

– Я позову тебя, когда будет готово, – сообщила я.

– Я тут подожду. И добавь клубнички!

– Варенье в холодильники, – парировала я. – Кстати, познакомьтесь. Маша – моя лучшая подруга.

Он явно не собирался убираться. Сидел и беззастенчиво меня разглядывал. Поджав губы, я изо всех сил делала вид, что не замечаю его.

Как ни странно на помощь пришла Оля.

– У тебя в комнате телефон надрывается! – недовольным тоном произнесла она

– Спасибо, – попросив Машку доварить овсянку, заторопилась в свою комнату.

Конечно, я не успела. Трубка предательски стихла. Я тут же перезвонила, это был следователь из Англии, которые вел «моё» дело, а точнее дело о гибели моих близких. Отмахнувшись от моих извинений, что не сразу ответила, полицейский сразу перешел к сути. Очевидно, что не смотря на выходной день, он очень торопился. Поэтому я замолчала, тем более услышанное повергло в шок.

По его словам получалось, что случайное возгорания из-за проблем с проводкой или какой-то аварии полностью исключены. Судя по распространению огня это был поджог. При том в качестве детонатора использовались устройства, похожие на те, что использовали в 90-ые годы российские бандиты. Конечно, лондонский эксперт так не формулировал. Но детектив, покопавшись в интернете, подозревал именно это. Хотя, конечно, однозначных доказательств не было. Тем не менее по его теории следы вели в Россию. Поэтому он просил меня быть осторожной. Вдруг тот, кто хотел уничтожить все документы и наработки моего отца, хранящиеся в его кабинете, решит добраться и до меня. Я успокоила следователя, сказав, что нахожусь под защитой друзей семьи, и мне ничего не угрожает. Надеюсь, что он услышал меня. Детектив пообещал и в дальнейшем держать меня в курсе. Искренне пожелав ему удачи, попрощалась.

Но я осталась обескураженной. Честно признаюсь, что тешила себя надеждой, будто поджог устроили какие-то маргиналы, которые просто увидели пустой дом и решили похулиганить. Но если дело обстоит так, как говорит следователь, то отгадка должна скрываться где-то в документах, которые мне удалось скопировать. Конечно, это были не все проекты. Но по крайней мере – ключевые файлы. Да, сегодня мне вновь предстоит целый день разбираться в записках отца. С одной стороны это было очень тяжело, но с другой – позволяло чувствовать себя ближе к нему.

Последнее время одиночество меня не тяготило. Я могла подолгу лежать, глядя в одну точку. В голове мелькали воспоминания. Мне не было скучно. Вчера вечером, когда мы были наедине, я поделилась с ней своей историей. Моя судьба повергла её в шок. В конце Машка даже расплакалась. Признаюсь: всё это время я не проронила ни слезинки. Но когда я увидела как в общем-то чужой человек искренне сопереживает мне, то во мне словно что-то прорвало. Хорошо, что бьющие на первом этаже басы заглушили мою истерику. Не хотела бы, чтобы Чеботарёвы узнали о моей слабости.

Вернувшийся из командировки Чеботарёв-старший потребовал, чтобы этим вечером вся семья чинно собралась за ужином. Я не стала артачиться. Видно было, что аппетит в этот вечер был только у меня, ОПэ и почему-то Макса. Все остальные еще боролись с остатками похмелья. Но при отце старались не «спалиться» и поэтому жевали ужин, несмотря на бегающие глазки и зеленоватый оттенок кожи. Чтобы долго не смотреть на эту «экзекуцию», я быстренько подчистила свою тарелку и решила заглянуть в библиотеку, выбрать себе книгу на вечер. Она была по соседству с кабинетом моего опекуна. К слову владельцу шикарнейшей книжной подборки! Уж не знаю, кто собрал эту коллекцию, но он очевидно следил за рынком, приобретая как классику, так и модные, нашумевшие новинки. Пока я выбирала между «Медвежьим углом» Бакмана и «Замком из стекла» Уоллс, не услышала, как Чеботарёв старший с одним из своих сыновей прошел в кабинет.

Листая романы и уже подумывая взять оба, я не собиралась прислушиваться, когда до меня донеслись напряженные слова: «я тебе приказываю жениться на ней» и «это нужно не мне, а бизнесу, семье». Вау! Интересно, кого ОПэ так по-средневековому собирается женить. Скорее всего, Макса.

В моём воображение возникли сапфировые глаза, накаченные плечи и непокорная челка, которую мне так хотелось взлохматить своей рукой. Конечно, его. Он же старший сын, первенец. Почему-то мне стало любопытно, кто «счастливая» избранница. Уж явно не Полинка. Вот взбесятся все университетские красотки, когда предмет их вожделений наденет кольцо на палец. Вряд ли Макс будет так уж ревностно хранить верность. Но с другой стороны: с таким отцом не забалуешь. Да и жены разные бывают. А уж когда дети пойдут… Я невольно захихикала представив его отцом семейства… и тут до моего слуха донеслось: «Арина вежливая и приятная девчонка». Что? Это он меня собирается сватать? Я чуть не заорала от негодования, но тут же вспомнила, что о моем местонахождение здесь никто не знает. И самое разумное: продолжать сидеть тихо.

Но дверь кабинета распахнулась и тут же с шумом вернулась обратно. Денис пролетел мимо библиотеки, не заметив меня. Я выждала еще немного времени и крадучись отправилась в свою комнату.

В любом случае без моего согласия, меня никто замуж не выдаст! А я не собиралась ставить штамп в паспорт ни сейчас, ни когда-либо потом.

Итак, сухой остаток сегодняшнего дня: моего родителя (предположительно!) убила русская мафия. И мой опекун хочет выдать меня замуж за своего сына.

Надо быть начеку. Эта комната – не мое убежище, но это лучше, чем ничего. И пока другого у меня нет, необходимо собрать «тревожный чемоданчик», а точнее рюкзак, на случай внезапного побега.