— То, что ты ешь, — это очень полезно? — осторожно спросила она меня.

— Не знаю, я привыкла так завтракать в деревне.

И тут рядом с нами возникла голопроекция какого-то мужчины, перед ним стояла голопроекция тарелки с голопроекцией такой же каши, как у меня. Полупрозрачный красивый мужчина тоскливо посмотрел на кашу, зачерпнул её ложкой, поднял высоко ложку и перевернул её. Каша тягучей каплей медленно стала опускаться вниз. Не опустившись до тарелки несколько сантиметров, капля повисла. Мужчина потряс ложку, капля стала раскачиваться. Но в кашу опускаться не желала. Полупрозрачный красавец притворно-грустно вздохнул.

— Спасибо, Аликс, — улыбаясь, сказала Тали, — мы поняли, что ты имел ввиду.

— Обращайтесь, — снисходительно разрешил прозрачный красавчик, белозубо улыбнулся, подмигнул мне и… исчез.

— А… а ты хочешь, как у меня? — спросила Отталия.

Я завистливо посмотрела на её поднос.

— Я бы попробовала…

Она схватила меня за руку и вытащила из-за стола. Через мгновения мы уже стояли перед синтезатором, и Отталия набирала команды.

— Омлет, бекон, кофе…, — она глянула на меня. — Нет, к кофе надо привыкнуть, потом попробуешь, и, если понравится, будешь заказывать. А пока компот. Булочку, масло, джем. — Она повернулась ко мне. — Хочешь классный десерт? Мой любимый! — Я неуверенно кивнула, и она набрала ещё одну команду. — Пирожное с кремом из индели.

— Индели? — поинтересовалась я.

— Фрукт, растущий, на одной интересной планете, имеет нежный вкус, но кошмарно твёрдую корочку и много семян в мякоти.

Когда я поставила всё заказанное на поднос, то подумала, что этого мне хватило бы и на два дня. Тем не менее всё было так вкусно, что неожиданно для себя я съела всё! Пирожное оказалось восхитительным. Корзиночка из песочного рассыпчатого теста и воздушный, лёгкий, слегка сиреневый крем. Никогда не ела такого! Ммм!!!

За завтраком я осторожно спросила, почему у принцессы несколько имён. Отталия внимательно посмотрела на меня, словно решая, какую версию событий выдать.

— Мама выросла на планете, где ещё не знают о космических путешествиях и о других расах и мирах. Когда она росла, она не подозревала о своём происхождении. На этой планете ей дали местные имя и фамилию. Екатерина Шатрова. Короткое имя — Катя. Мама разрешает так себя называть близким и тем, кому доверяет. Кайса Дэгни — это её официальное имя, данное ей при рождении.

Принцесса не знала, что она принцесса. Прямо сказочная история. Я надеялась, что когда-нибудь её услышу.

После завтрака Тали потащила меня осматривать маяк. Мы заглянули в трюм, и она представила меня необычной женщине — птице с тремя парами конечностей: птичьими ногами, руками гуманоида и крыльями. Большую часть её тела была покрыта перьями, даже на голове, похожие на волосы, развивались ярко-розовые перья.

— Это Маррин энра Рон, — сказала Тали, — королева нашего трюма и потрясающий суперкарго маяка номер пять. Потом расскажу, как она умудрилась составить торговый договор так, что даже представители расы гномейров прилетали поучиться у неё деловой хватке!

— Кто такие гномейры? — заинтересовалась я.

— Аликс, покажи нам, пожалуйста, типичного гнома!

Тут же перед нами возник полупрозрачный образ невысокого, очень коренастого мужчины. С густой бородой, кустистыми бровями и носом картошкой. Руки этого представителя расы гномейров были, как кувалды, на голове у него была надета какая-то остроконечная металлическая шапка, на груди — металлическая защита. В руках гном держал странный инструмент продолговатой вытянутой формы. Как только я обратила внимание на инструмент, гном нажал кнопку на рукоятке и в нашу с Тали сторону выпрыгнула кувалда. Мы дружно сделали шаг назад. Гном нажал ещё раз, и вместо кувалды появилась кирка, а после неё и топор внушительных размеров. На ногах у представителя расы гномейров были огромные самозашнуровывающиеся противоскользящие противоударные высокие ботинки. Что-то в этом гноме казалось мне странным. Только потом я сообразила, что было не так с экипировкой гнома. На нём не было штанов. Стратегические места прикрывали огромного размера трусы в зелёные сердечки.

Мы, открыв рот, рассматривали этого гномейра.

— А зачем трусы? — удивлённо спросила я.

— Действительно, незачем, — ехидно отозвался гном голосом утреннего прозрачного красавчика, который устроил представление с голографической кашей, — тоже считаю, что без них будет нагляднее. Но Катерина сказала оберегать подрастающее поколение от нервного потрясения.

И гном растаял. А мы с соседкой стояли пунцово-красные. Похоже последнее время — это моё обычное состояние.

— Аликс… — Тали подбирала слова, — он такой… затейник.

— Ещё какой, — усмехнулся теперь уже невидимый Аликс.

— А он кто? — спросила я у Отталии.

— Искин этого маяка.

Я промолчала. Он кое-кого мне напомнил… Неужели мой Писк станет таким же, когда вырастет? А к искинам можно применять слово «вырастет»?

Мы помахали женщине-птице на прощание и вышли из трюма.

— Тали, так почему гномы прилетали к Маррин? — спросила я.

Моя соседка уже собралась мне ответить, как рядом с нами снова возникла полупрозрачная фигура гнома, которая, заложив руки за спину и шагая в такт с нами, начала рассказывать:

— Гномейры страстные любители составлять договоры. У них на каждый чих есть соглашение, подписанное старейшинами клана. Видели бы вы их брачные контракты, — голографический гном почмокал губами, — ммм, многостраничные труды, в которых оговаривается не только то, кому какие подарки со свадьбы достанутся в случае развода, но и, — гном хитро нам подмигнул, — но и детально расписывается выполнение супружеского долга. Мы с Тали снова покраснели, а искин-гном рассмеялся и продолжил лекцию: — Если замуж выходит или женится наследник клана, то брачный договор доходит до нескольких томов!