Отчего-то, никакой радости на породистом лице герцога Олбриджа не наблюдалось. Одно смятение. К такому повороту жизнь его не готовила. Может, он и правда был бы счастлив избавиться от Айрис, но тот факт, что она первая захотела это сделать, ударил его по самому чувствительному месту – раздутому самолюбию.

Прилипчивая слезливая девчонка, висевшая ярмом на шее, вдруг открылась с другой стороны. Держалась с достоинством, отстранённо, не давала сбить себя с толку. Даже манера речи, даже взгляд её изменились. Всякий, кто достаточно хорошо знал сэра Леонара, понял бы, что тот до крайности заинтригован.

И это совсем не тот эффект, которого я добивалась.

– Вот что, – сказал он, пробарабанив по обивке какой-то марш, – уж не знаю, какая муха вас цапнула и за какое место, но так дела не делаются. И дело не в том, хочу я этого или нет. Мы не можем взять и самостоятельно всё отменить.

– Хо-хо, ещё как можем, – весело отозвалась я. Рассиживаться дольше не имело смысла, я поднялась, не намеренная задерживаться в этой чудесной компании. – Сэр Леонар, не думала, что вы настолько не самостоятельны. В ближайшее время мой отец оповестит вашего.

Герцог тоже встал. Синие глаза его блеснули, когда он шагнул ко мне и схватил за руку.

– Ваш отец никогда не пойдёт на это, он давно хотел заполучить корону на герб. Пусть мы уступаем вам в состоянии, но родовитостью-то превосходим.

– Если и так… – Я запнулась, захваченная врасплох его близостью. Хватка на моём запястье показалась кандалами. – Тогда ему придётся связать меня и приволочь на свадьбу лично, потому что своими ногами я и шага не сделаю. А вы не хуже меня знаете, дорогой сэр Леонар, что такого скандала он не допустит. Отмена помолвки куда меньшее из зол, чем опозориться на глазах у всего света.

Выдернув руку, я медленно отступила к дверям. Герцог выглядел так, будто в любую секунду мог начать крушить мебель. Дёргать льва за усы оказалось ужасно весело.

– И не думаете же вы всерьёз, что помимо вас мне не за кого выйти замуж? – припечатала я напоследок и выскользнула за дверь с грохочущим сердцем.

В одном герцог Наглая Морда был прав – Айрис действительно не обременяла себя науками. Для местного общества в порядке вещей, чтобы знатная леди знала только шаги в танцах, да парочку остроумных загадок. Гувернанток и учителей нанимали далеко не всем, до пансионов пока не додумались. Даже магический дар развивать было не принято, как не принято даме фехтовать или упражняться в беге.

Смириться с таким раскладом? Вот уж нет. Скудные знания о мире всегда грозят выйти боком, а в моём случае и подавно. Зная скверный характер папеньки, может статься, что однажды из этого дома придётся бежать. Сверкая пятками и пробелами в образовании.

Библиотека в поместье больше напоминала музей – просторно, тихо, ничего не трогай. Вдоль стен теснились высокие шкафы с застеклёнными дверцами, но то была лишь обманка для взыскательного глаза. Только в паре из них были книги, в остальных сверкали гладкими боками фарфоровые статуэтки и теряли листья сухоцветы. Иметь библиотеку было престижно, а читать – не обязательно.

Здесь мне никто не мешал. Слугам и в голову не могло прийти, что госпожа вдруг ударилась в чтение, так что если меня кто и разыскивал, узнавала я об этом лишь перед сном. Отец же отбыл ко двору следующим утром, по обыкновению своему, даже не попрощавшись. Он и приезжал-то вовсе не за тем, чтобы справиться о здоровье дочери.

Радвин, к сожалению, тоже уехал. Служба в королевском парадном полку хотя и отличалась повышенной свободой, но надолго оставлять дворец он не мог. Его отпуска, да визиты на обед в парочку соседних поместьев – вот и вся социальная жизнь Айрис до этих пор.

Трактаты по экономике и праву нагоняли уныние. У всех авторов был один и тот же недуг, заставляющий тратить десять слов там, где достаточно одного. Если судебные заседания проходят в том же духе, не завидую их участникам – самое простое дело займёт неделю.

Оставив попытки продраться сквозь эти тернии, я сосредоточилась на истории. Чтение всё ещё больше напоминало работу, чем развлечение, но хотя бы принесло пользу. По вечерам, подкрепив силы пирогом с телятиной или куриной отбивной в хрустящих сухарях, я углублялась в дебри прошлого.

Легенда о драконах-прародителях оказалось вовсе и не выдумкой, а историческим фактом. Во всяком случае, по версии автора «Корня мира: изыскания о землях и династиях Великого Регелана в двадцати четырёх томах». Том, кстати, был только один, самый первый.

По нему выходило, что королевский род Регелана вёл отсчёт от особо крупного и злобного (выдающегося, одним словом) дракона. А потому право его на власть не может оспариваться, потомки должны почитаться, и вообще – сперва добейтесь.