– Давид, снова здравствуй, дорогой, как ты? – держа плечом телефон, парень достал зажигалку. – У меня тоже все хорошо. Завтра влезаю в это дело. Заеду?

На том конце чопорное молчание.

– Ты слышишь? – переспросил Иван.

– Слышу, – ответил коп на том конце. – Не стоит заезжать. Можем пересечься после в кафе.

– Что ж так? Раньше всегда у тебя пропадал.

– Ремонт в квартире, я сам там не появляюсь. Давай ближе к шести встретимся, добро?

– Добро. Кинь адрес приюта, где моя сестра.

– Иван, ей уже шестнадцать. Ее отправили в колледж для девочек в южную часть столицы в Вилья-Фьорито.

– Прекрасно, я успею, кинь адрес!

– Куда ты там успеваешь, уголовник? – над ухом раздался чуть прокуренный голос Микаэлы.

Сбросив звонок, парень оглядел свою спутницу и отошел на пару шагов назад.

– Ты ко мне обращаешься? – нервно спросил он.

Уголовник! И это она так его называет!? Эта деваха с татуировками по всему телу, вплоть до костяшек на пальцах?

– К тебе, – сухо произнесла она, не поворачивая голову в его сторону.

– Далеко.

– Куда далеко?

Иван вновь замолчал, прикидывая, сколько ему придется добираться своим ходом до сестры. Денег было – пару центов. На метро хватит. От Мануэля ничего не поступало, а он так рассчитывал на несколько баксов в самом начале дела. Но, видимо, он не доверяет. И это верно.

Иван только откинулся. И на самом деле похож на уголовника-головореза, но ведь тюрьма сделала его таким, да и он за правое дело прикончил эту гниду, выпотрошив его за грудки.

– Давай подвезу, – предложила Мика, все же повернув голову в сторону парня.

Немного помявшись на месте, тот вновь взглянул на часы. Время тикало, и оставалось не так много до вечернего собрания, касаемого завтрашнего дня.

– Поехали, – резко бросил он, делая шаг вперед.

Мика немного была шокирована таким импульсивным ответом, но все же достала из кармана ключи и нажала кнопку на брелке. Двери черной Ауди открылись, и девушка залезла в салон, включая кондиционер на полную катушку.

– Куда едем? – спросила она, засовывая телефон в держатель на торпеде.

– Я сам введу адрес.

Мопед Руфа припарковался у солидной многоэтажки со стороны подъезда. Сняв шлем, парень огляделся и пришел к выводу, что за ним никто не наблюдает и не разыскивает, как могло показаться на первый взгляд. Все та же площадка с песочницей, витая горка, слетев с которой ты попадаешь прямиком в натянутую сетку между четырьмя столбами, ободранный турник и карусель. Оттянув тугой держатель на мопеде, парень взял в руки букет цветов, купленный по дороге. У подъезда тихо, ничего нового. Приветливо улыбнувшись бабульке на входе, Руф побрел к лифтам, со стороны которых невообразимо несло краской.

Оценив свою внешность в зеркале, парень зашел в лифт и нажал нужный этаж. И вот его силуэт стоит перед знакомой дверью двухкомнатной квартиры, а палец безудержно жмет на кнопку звонка.

Дверь открыла светловолосая девчонка и приветливо улыбнулась.

– Опять ты, – с призрением произнесла она.

– Привет! – не спрашивая разрешения, Руф зашел в квартиру.

Просторная прихожая встретила запахом парфюмерного масла и полыни, которую так любила сушить мать Амели. Скинув кеды, он надел тапочки и прошел на кухню, где по традиции после института девушка готовила себе обед, состоящий лишь из полезных продуктов.

– Зачем пришел? – изумленно спросила она, словно они видятся каждый божий день.

– Руби не пришла еще? – Руф с интересом огляделся в поисках своей подруги.

– Нет. Она будет поздно, – вздохнула она и отложила в сторону нож. Повернувшись к парню лицом, Амели прошлась брезгливо по его внешнему виду, делая акцент на чистых белых носках и букете цветов. – Поставить можешь в вазу. Она на подоконнике.

Девушка вернулась к готовке, нарезая овощи для салата. Взяв громоздкую вазу, он неспеша подошел к раковине и налил ее доверху водой.

– Ну, вот. Теперь ваша квартира немного освежится!

– Шел бы ты, – Амели глянула на часы и поморщилась. – Мать придет – ругаться будет, что я опять пустила тебя.

– Ну, я же извинился за тот раз.

Сглотнув, девушка все быстрее начала кромсать огурец так, что звук ножа о доску был слышен более четче, чем сигнализация автомобиля за окном. Словно она хотела что-то сказать, но не торопилась, подбирая верно слова для доходчивого объяснения, почему бы парню лучше свалить отсюда.