Он порывисто обнял Айвена, похлопал крепкой ладонью по спине, и, не прощаясь, вышел из библиотеки — едва не сбив с ног, Эндрю, вопросительным знаком согнувшегося к замочной скважине. Только когда в доме перестал слышаться смех Джейкоба Брауна — его почему-то развеселило подслушивание дворецкого — баронет позволил себе ещё раз потереть ноющее запястье. Силён, подумал он. Скрипнула дверь, в проёме появилась скорбное лицо старика Эндрю. Он погрозил узловатым пальцем и зловеще предрёк:

— Это добром не кончится. Вспомните бедную Полли...

Глава 13

— Как же вам не стыдно!

— В чём дело, Кэтрин?

— Вы, барон Чемберс, член палаты лордов, всё же продвинули закон, запрещающий контакты с параллельными измерениями! — Кэтрин прищурилась, поджала губки, ноздри её точёного носика раздулись, глаза обвиняющее смотрели на дедушку.

— Кэти, милая, я сказал тебе правду. Никакого акта, принятого палатой лордов нет. Путешествия между параллельными мирами запрещены самой природой — это фундаментальный закон дорогая, и я здесь не причём. Я уже говорил тебе это.

— Тогда соблаговолите объяснить, как к нам оттуда переместился летательный аппарат, полный людей? И, что вполне естественно, у каждого были с собой какие-то вещи — оружие, разная мелочь в карманах?

— Ты снова думаешь о материальных благах, Кэтрин, как, впрочем, и все женщины. Разве это главное?

— Может и не главное. Может, ты прав, и такой закон природы действительно существует. Но в этом случае я вправе задать вопрос: почему ничего не случилось с их миром, да и наш в полном порядке?

— А ты уверена, что ничего не случилось? — Нахмурился старый барон. — То, что наш мир цел — заслуга Джипси. Чтобы мы с тобой могли сейчас ехать в этой карете и мирно беседовать, была принесена жертва. Страшная жертва. Тебе действительно интересно узнать всё?

— Как ты можешь сомневаться? Я сгораю от желания услышать, чем же кончилась эта история!

— Ну что ж, до конца осталось не так долго... Однако, сочту нужным предупредить: лучше не старайся заглянуть вперёд, события о которых ты жаждешь услышать, должны быть изложены в их хронологическом порядке.

— Дедушка, но мне ужасно интересно, встретился ли ты с теми людьми? Ты видел их?

— Да. За день до помолвки...

***

За день до помолвки Айвен не находил себе места. Торжественное событие приближалось, но радости не было, напротив, баронет всё больше хмурился, испытывая усталость. После смены в паромобильном цехе он тоже уставал, но, стоило выспаться — и снова чувствовал себя бодро. Сейчас же усталость не проходила, сон стал прерывистым, рвался от каждого звука, а один из телохранителей храпел.

Двое «ребят», приставленных к нему мистером Брауном, изрядно утомляли и без того раздражённого баронета. Джон и Джеймс работали в охране Джейкоба не один год. Мускулистые, широкоплечие, высокие, будто близнецы: одинаково подозрительно щурились, одинаково пружинисто передвигались, одинаково заботились о его безопасности. Порой казалось, что они заслоняют солнце и Айвен с грустью думал: если костоломам покажется, что вредно дышать, без малейшего сомнения зажмут ему нос. Всё валилось из рук, не в силах сосредоточиться на делах, порученных Джейкобом, баронет бесцельно слонялся по дому. Изредка останавливался у окна и, рассеянно оглядывая парк, обязательно натыкался взглядом на кого-нибудь из сотрудников службы безопасности мистера Брауна. Быстро отходил от окна и снова принимался мерить шагами библиотеку, потом зачем-то направлялся в бальный зал, или, чтобы как-то убить время, считал ступени длинных лестниц. Когда же удавалось заставить себя выйти на воздух, то шёл, не глядя под ноги, пока Джон-Джеймс, дышавшие в спину, не начинали осторожно возмущаться.

В лес Айвен не ходил целую неделю. Но в тот, предшествующий празднику день, он обнаружил, что стоит у моста через Серпентайн и с тоской смотрит на тёмную стену деревьев. Сзади слышалось недовольное сопенье Джона-Джеймса. Баронет развернулся и пошёл прочь, убеждая себя, что подобные прогулки обязательно закончатся чем-то плохим. Он не смог бы объяснить себе, чем именно, поскольку сейчас в нём вступили в противоречия чувства. Погода, созвучно тому, что творилось в душе молодого человека,портилась. Ветер сильными порывами пытался сорвать с Айвена шляпу, но тут же стихал, чтобы через мгновенье повторить попытку. По небу быстро плыли тяжёлые, готовые разразиться затяжным дождём, облака. Иногда они разрывались, и в дырах вспыхивало солнце.

Роузвуд будто вымер. В преддверии непогоды горожане поспешили укрыться в домах, собаки попрятались в подворотнях. Лишь изредка какая-нибудь шавка, особо ответственная за хозяйское добро, лениво тявкала, заслышав стук каблуков по мостовой. Тоскливо скрипели ненужные в опустевшем городе вывески над дверями пабов, мастерских, магазинов. Птицы лишь изредка высовывали клювы из-под крыш, словно пробовали на вкус ветер. И только розы, казалось, стали ярче, светясь праздничной палитрой в серости непогоды.