— Малакода, — глухо отозвался он.

Оборотень наступил на её грудь. С омерзением окинул взглядом тело. И, когда водитель с криками выбежал из автомобиля, прыгнул, проламливая ребра, что острыми обломками впились в плевру и сердце. Он побежал, затерялся в переулках, растворился в шуме города, оставив прошлое позади.

На крыше здания правительства, ранее…

Арман скучающе водил рукой по установке. Поднявшийся ветер уже проник под кожу и достал до старых костей, заставляя оборотня дрожать. Себула не отвечал, хотя его телефон был в сети. Несколько раз старейшина успел решить, что это утомительное занятие ему не сдалось и уже направлялся к люку, ведущему на запасную лестницу, но всё равно возвращался, представляя, какие могут быть последствия, если он подорвет, только-только появившееся, доверие начальства. Когда волки уже приближались к зданию и он перестал видеть начало колонны, даже перегнувшись через парапет, Арман решил ещё раз приглядеться к минералам. Если от него требовалось запустить механизм, в чем он был уверен, то способен это сделать и без чужих указок.

Когда он точно убедился в том, что ни один кристалл не активен, попробовал прикоснуться — холодные грани приятно скользнули по коже. Стараясь не задеть серебро, он вынул из пазов неизвестный ему амулет, что стоял последним. Тот не издал характерного щелчка, что прошло мимо ушей старейшины, который последние полчаса слышал лишь завывания ветра и отдаленный вой сирен. На свет турмалин оказался необычайно красив, но это не дало Арману никаких новых сведений. Потеряв интерес к этому занятию, он вернул камень на место, но тот чуть было не выпал. Тогда пришлось придавить его ладонью, подцепив ногтем, и с силой вжать в отсек. Волк не успел даже осознать, что произошло: минералы один за одним засветились и затрещали, наполняясь зарядом, установка скрипнула и он испуганно отшатнулся ближе к краю крыши. Луч врезался в его тело сбоку, своей мощью повалил на пол. Защитный минерал разогрелся и лопнул, оставляя в перстне лишь мелкие осколки. Оборотень не мог даже закричать — его тело будто начало плавиться и растекаться. Энергия утекала с каждым мгновеньем, заставляя тело превращаться, увядать, сохнуть. Магия усиливалась и своим светом поглотила оборотня целиком. Арман, старейшина и предатель, интриган и манипулятор, лежал, скрючившись на крыше здания правительства, на самой вершине. Установка задымилась, открытый отсек выплюнул минералы один за другим и луч сжался до точки, а затем погас.

Позже…

Я вышел на балкон из кабинета председателя. На улице всё ещё стоял гам, но активных столкновений больше не было. Завидев меня оборотни взвыли, торжественно, радостно. Как не выли ни в одно полнолуние за эти семь лет. Я отшатнулся от неожиданности, но брат, вынырнувший из тени, положил мне руку на плечо, призывая оставаться на месте. Вскоре нас нашел Арес. Верные товарищи за спиной и тысячи волков, смотрящих на меня — каких-то девятнадцать дней назад я и не мог представить, что такое возможно. Этот путь сделал меня сильнее, открыл взору то, о чем я и не подозревал, породил пламя, что соединило души. Но бой ещё не окончен.

Перед зданием правительства остановился автомобиль. Я знал кто это и спускаться приветствовать не собирался. Лишь крикнул, чтобы волки его пропустили внутрь. Председатель, нарочито вальяжно, скрывая напряжённость, вошёл в кабинет, подобрался ближе и сказал:

— Думаю, есть смысл созвать экстренное совещание.

— Оно уже собралось, — в той же манере ответил я, кивнув в сторону улицы.

Мы сели друг напротив друга. Каждый с двумя бойцами, позади кресел. Сейчас всё и решится.

— Я заслушал ваш манифест, — откашлявшись начал мужчина. — И у меня есть несколько вопросов.

— Тогда могу прочитать его ещё раз.

— Алекс, мы с вами взрослые и серьезные, — он запнулся и продолжил. — Люди. Надобность всего этого цирка я ещё понять могу. Но теперь-то давайте говорить по-существу.

Я окинул взглядом комнату, дорогой деревянный стол, собеседника, пригляделся к его часам и золотой цепи на шее, заметил капли пота, что стекали по его виску, дергающуюся ногу.

— Давайте так, — не дождавшись моего ответа, сказал председатель. — Вы хотите больше прав? Хорошо, мы можем это устроить. Хотите заседать в правительстве наравне с людьми? Думаю, это реально. Если…

— Уже было озвучено, чего мы хотим, — прервал я его.

— Но вы же понимаете, что у всего есть пределы. Не могут все чиновники в раз сложить свои полномочия и оставить народ в такой вакханалии. Я призываю вас к компромиссу, Алекс. Подумайте хорошо, ведь второго шанса не будет.

Я стиснул зубы. Мое согласие будет означать повторение судьбы сопротивления: видимость прав, видимость свободы, красивая вылизанная картинка, с ужасающими зверствами, ею скрываемыми. Но, если я дам отказ…

— Нет.

— Нет? Алекс, вы шутите или совсем тупой? Будет по-плохому, вас весь ваш драный вид будет проклинать!

— Вы обещали не давать вторых шансов, — рыком напомнил я. — И я дал свой ответ.

Председатель оскалился, резко встал и отошел к двери. В тот миг я увидел ослепительную вспышку, незримая сила отбросила меня к стене, и только потом до ушей донёсся грохот.

В то же время…

Когда наверху раздался взрыв, на волков, что находились в здании правительства, плотной стеной пошли бойцы собственной охраны председателя. Они появились будто бы из ниоткуда, вышли из невидимых коридоров и поднялись с несуществующих лестниц. Они с лязганьем взвели затворы, что-то мелькнуло в воздухе и всё вокруг заволокло дымом. Пули прорешечивали толпу: очередями вонзались в тела, рикошетили от колонн, пробивали органы и пронизывали шкуры. Огонь, что вырывался из автоматов, искрами прореживал серое полотно. Оборотни бежали наугад, врассыпную, падая и больше никогда не вставая. Их скул и крики затухали в тяжёлом давящем воздухе, пока люди оттесняли их дальше — в тупик. Кто-то бросился на атакующих, пал сам, но и утащил за собой противника. Второй и третий. Но вспышки не прекращались ни на мгновенье. Бойцы председателя выбивали двери встречных комнат и оттуда слышались одиночные выстрелы, переступали через трупы, на которые с хлюпаньем отлетели гильзы, работали молча, сосредоточенно.

В то же время, наверху…

Председатель правительства пошатнулся, но тут же был подхвачен охраной. Его повели под руки к одному из тайных ходов, что спускались прямиком к закрытому тоннелю, не имевшему ни единого стороннего прохода, его личному плану "Б". Он шел неспешно, он мог себе позволить. Ведь "по-плохому" не оставляло шанса никому.

В кабинете…

Вендиго первым понял, что произошло. Он повалился на бок и вытащил свое тело из под тяжёлого деревянного стола. Оно будто бы сходило с ума — воплощаясь безостановочно. Крупная чернеющая борозда пролегла по коже через его грудь — новая отметина, полученная от рук людей. Оборотень сосредоточился и силой заставил себя принять промежуточную форму. Звуки вокруг доносились словно через толщу воды, но он знал, что внизу идёт стрельба. Навалившись всем весом на стол, он смог перевернуть его. Алекс лежал с открытыми глазами, он также не мог принять воплощение, его грудь тяжело и часто вздымалась, а руки сжались в кулаки под обломками на полу. Брат поставил его на ноги, позвал, потряс за плечо, крича ему и не слыша собственного голоса. Следом поднялся Арес, но не сказал ни слова, прислушиваясь, осматривая произошедшее, вытаскивая из себя, вошедшие под кожу осколки гранаты. Пять секунд понадобилось лидеру на то,чтобы прийти в себя. А когда это произошло, он взвыл, принял волчью ипостась и с рёвом бросился в коридор. Его огонь не затух, а разгорелся с новой, невиданной ранее, силой, грозясь сжечь всё на своём пути.