Мне стоило испугаться, но я почему-то воодушевилась.

— Значит, если мыслеформу убрать, я перестану понимать ваш язык? А эта так называемая вторая ипостась тоже мыслеформа? Если ее убрать, я смогу вернуться в свой мир?

Синие глаза тревожно заметались, а затем вспыхнули раздражением.

— Это невозможно. Мыслеформа привязана к твоему тонкому телу. Если ее убрать, ты просто умрешь. Вернись к себе и попытайся смириться, — закончил Советник ледяным тоном.

Я поняла, что этот раунд проиграла, обреченно вздохнула, вернулась в комнату, услыхав как за моей спиной щелкнул замок. Но смириться? Ну уж это точно не про меня.

Кто сказал, что ученье это свет? Это извечная помеха мечтам о темном времени суток.

NN

Ролдо куда-то пропал, и теперь со мной возилась лишь хмурая Мия. Судя по грозным взглядам и сердитому сопению, за открытую дверь ей попало тоже.

Что это тогда была за тревога, и была ли на самом деле угроза жизни, мне естественно никто объяснять не спешил. Я пыталась задавать вопросы, но Мия отмалчивалась, по-прежнему обещая, что мне все объяснят в школе.

Следующую тревогу, которые случались довольно часто, я пережидала в тщательно запертом помещении. Поэтому мне оставалось лишь прислушиваться к торопливым шагам за дверью, а также наблюдать из окна за развитием событий.

О, в этот раз там было на что посмотреть. Картина развернувшейся за окном трагедии поражала своей безжалостной жестокостью.

Синий туман пришел внезапно. Скопления одиночных облаков спускались с небес небольшими стаями и нападали на прохожих, обволакивая их сверху, словно гигантские призрачные медузы. Убежать удавалось немногим.

В этот раз к туману добавились синие облака, которые плевались сизыми молниями и искрящими шарами. Жертва, в которую угодил разряд, несколько секунд светилась и дергалась, а потом застывала на мостовой хладным трупом. Когда облако рассеивалось, можно было увидеть тела, неподвижно лежащие на тротуаре. Я уже знала, что потом их увезут на летающих платформах местные службы в черной форме. Люди были мертвы. Определить это не составило труда. В этом мире, как и в моем, мертвецам прикрывали лица тканью.

По-видимому сражаться с синей напастью было бесполезно. Я не заметила ничего, что бы указало на какое-либо сопротивление или противодействие.

Пока я наблюдала из окна трагедию в синих тонах, одно из облаков-убийц уселось на мое окно и заслонило улицу, перекрывая мне обзор. Там происходило явно что-то интересное. Иначе почему я так забылась?

— Кыш! — машинально отмахнулась я от незваной гостьи и тут же пожалела. Субстанция грозно заискрила, а потом вдруг начала формировать внутри себя искрящийся шар. Послышался хлопок, и шар взорвался, брызнув в стороны тысячью маленьких острых иголочек. Тренькнуло разбитое окно, и я еле успела пригнуться, спасаясь от полетевшего в меня стекла.

В ответ и снова машинально, словно передо мной была тень из шара, превращающаяся по моему велению в слона, я послала гостье мысленный приказ свернуть не санкционированную деятельность. Тут же опомнилась, что делаю не дело, но боржоми пить было поздно. Внешне синяя тучка нисколько не напоминала теней в шаре, с которыми я игралась уже как малыш с пирамидкой, однако похоже, все они имели нечто общее — нежданная гостья, реагируя на мой мысленный посыл, тоненько пискнула и, сжавшись в маленький комок, застыла на месте. Правда, ненадолго.

Скорее инстинктивно, чем думая головой, я потянулась к синюшке рукой, сжала ее в ладони, чувствуя как медузообразный комок сопротивляется, пытаясь ускользнуть. Звук перешел в неслышимый диапазон, и комочек ощетинился острыми иглами. Я зашипела от боли, разжав ладонь, синий ежик выпал из руки и рванул от меня в окно, выдав мне напоследок не хилый разряд, от которого я едва успела прикрыться руками.

Вокруг меня затрещало и загудело пространство. Я потрясла головой — искры посыпались на пол.

Спину саднило от впившихся осколков, а разбитое окно манило возможностью побега. Поэтому я решительно поднялась на ноги, но не успела сделать шага — дверь позади меня распахнулась, и стало очень больно.

Медленно развернувшись, я увидела Мию. В ее прекрасных кукольных глазах я прочла обещание устроить мне очень крупные неприятности. Боль стала невыносимой, после чего я вырубилась.

Пришла в себя под вечер. Окно уже отремонтировали. Мия копошилась рядом, отсоединяя от меня какие-то присоски.