Однажды что-то случилось, и за дверью раздался противный звук, от которого ощутимо затошнило. В коридоре послышался топот множества ног. Ролдо, сидевший рядом, бросил шприц и рванул на выход, а я секунд десять осознавала, что он оставил дверь открытой. Зачем? Неужели стало так опасно, что мне предоставили возможность спастись? Верилось с трудом. Но приоткрытая дверь звала испытать Судьбу и осмотреть хотя бы... коридор. Там ведь за дверью коридор должен быть, так?

Но тут меня отвлекли звуки с улицы. Там явно что-то происходило. Кажется, снова надвигался тот странный и смертельный для местного населения синий туман. Разрываясь между любопытством и желанием попытаться выйти за пределы личной тюрьмы, я все-же решила в пользу коридора. Ведь может быть это мой единственный шанс отсюда уйти...

За дверью действительно оказался коридор. Такой же белый и очень длинный, со множеством закрытых дверей. Абсолютно пустой. Звук тревоги все не прекращался, зловеще мигали висящие в воздухе под потолком зеленоватые светильники.

Я выбрала направление и пошла. Ушла правда не далеко. Сделав всего с десяток шагов, увидала, как кто-то или что-то движется мне навстречу. Это был Он. Тот, из-за кого я оказалась в чужом мире. Тот, о котором говорили Мия и Ролдо. Советник. Тот, кого здесь, как я поняла, боялись и ненавидели одновременно. Особенно я.

Надвигающийся на меня темный плащ казался тенью из-за расплывающихся очертаний. Из-под капюшона сияли большие синие глаза.

Черты его лица расплывались, но я помнила, как он выглядит. Лицо монстра, скрывающегося под личиной красавца-мачо? Впрочем, красавцем он мне казался тогда и совсем недолго. Теперь его смазливость вызывала во мне скорее чувство брезгливости. Возможно, это общая черта всех круосов. Мия и Ролдо тоже имели довольно привлекательную внешность, однако, симпатии во мне не вызывали.

Советник слегка покачивался, словно паря над поверхностью. Полы дымного плаща колыхались, издавая слабый шуршащий звук. Синий взгляд проникал в меня до позвоночника, пробуждая лишь одно желание — развеять ворога в пыль и бежать, бежать быстрее и как можно дальше. Одновременно что-то неуловимо притягательное призывало расслабиться, довериться и... любить. Я зажмурилась, пытаясь избавиться от наваждения, и услышала его бархатистый голос с легкой хрипотцой.

— И далеко мы собрались? — вкрадчивый голос успокаивал, захотелось прикрыть глаза и хотя бы ненадолго забыться.

Я почувствовала смутно знакомый запах — бамбук с цитрусовой ноткой и что-то еще... Запах хвои? Где-то вдалеке зашумели сосны, закричали чайки, и в голове возникла картинка — ласковые волны, мерцающий в солнечных лучах прибрежный песок и двое на берегу... Кто это? Мы? Ну уж нет! Неправильность происходящего вернула меня в этот мир.

Распахнув глаза, я с возмущением уставилась на Советника, который рассматривал меня с нескрываемым интересом. А я осознала, что стою, держась за мягкую бархатистую ткань плаща. Видимо инстинктивно ухватилась, пытаясь удержаться на ногах. Молча постояла, приходя в себя. Затем, резко отдернув руку, словно от змеи. Стало понятно — моя незапланированная прогулка завершена.

Впрочем, оставался слабый шанс.

— Мы можем с вами поговорить? — робко спросила я.

Брови идеальной формы удивленно взлетели, а затем превратились в острые стрелы. Советник молчал, но не уходил. Я решила продолжить.

— Вы ведь знаете, почему я пошла за вами в ваш мир, не так ли?

Синие глаза слегка прищурились.

— Не знаю ваших обстоятельств, но согласитесь. Моей вины тут нет. Вы меня загипнотизировали, и поэтому я совершила ошибку, последовав за вами. Помогите мне. Пожалуйста. Помогите вернуться в мой мир.

— Это невозможно, — прошелестело из-под капюшона.

— Почему?

— Думаю, тебе уже объяснили причину. Состав воздуха разный. Ты там не сможешь дышать.

Я сглотнула. Похоже, вернуться домой я уже не смогу.

— Тогда... тогда помогите адаптироваться здесь. Я не хочу в школу. Я не хочу становиться воином. Просто не смогу. Я воспитана иначе.

— Мне жаль, но у тебя нет другого выхода, — был ответ.

— Не может быть, — выдохнула я, похолодев. — Наверняка есть какие-то службы, где бы я могла пригодиться.

Синие глаза дрогнули сомнением, и я поняла, что мне стоит немедленно закрепить успех.

— Неужели в вас нет ни капли сострадания к бедной девушке?

— Сострадание? — брови приподнялись в удивлении. — Откуда твой переводчик вытащил это архаичное слово?

— Переводчик? — опешила я. — Но рядом нет переводчика.

— Переводчик у тебя в голове, — тонкий изящный палец взлетел к гладкому восковому лбу и дважды коснулся виска. — В тебя вселили мыслеформу-переводчика. Мир Шиосара это мир мыслеформ.