Что там было такого на «Новой земле», за что они убили Надин? Что было правдой из того, что она раскопала? Может быть, всё? И неужели никто не вернулся из прошлых клиентов?

– Скажите, а что будет, если я захочу вернуться обратно?

Лифт доехал до нас и, просигналив тихим звоном, открылся.

– Обратно? – удивился Райан. – Ещё никто не хотел. – Мы зашли, двери закрылись. – Из этого города хочется только исчезнуть.

Чёрт возьми, и в этом он был прав.

– Вы не чувствуете, как задыхаетесь при ходьбе? – посмотрел он на меня взглядом доктора.

Лифт устремился вниз, у меня заложило в ушах.

– Есть немного.

– Вы знакомы со статистикой роста людей с патологией лёгких? Столько выбросов не может пройти бесследно. Если сейчас респираторы носят по желанию, то через пару лет это станет обязательным для всех.

Но и это уже не спасёт. Я давно знал, что мы умираем, все поголовно, нужно лишь время.

Двери лифта открылись, я увидел длинный коридор с белыми, высокими стенами. Этот этаж не был похож на предыдущий, как и на холл на первом. Люди в медицинских халатах переходили из одного кабинета в другой. Серьёзные лица, запах лекарств.

Я старался всматриваться в каждое лицо, но они мелькали так быстро, что я не мог сфокусировать взгляда.

– Пройдёмте, пожалуйста, – указал он мне на ближайшую дверь.

Мы зашли в медицинский кабинет.

Врач приветливо посмотрел на меня и улыбнулся, я посмотрел на врача и на его бейдж.

– Пожалуйста, проходите. – Из кабинета вышли ещё двое, их сопровождали люди, одетые так же, как Райан.

– Какие-то жалобы на здоровье есть? – спросил врач.

– Нет, – сказал я.

У меня были жалобы – одышка и прочая ерунда. Живи я на пятьдесят лет раньше, я бы, может, и ответил, но сейчас, если ты не умираешь от инфаркта, то жалоб у тебя никаких нет.

– Подождите, – посветил он мне в глаза фонариком, – вам заведут карту.

Пробубнив под нос, что на первый взгляд со мной всё в порядке, он отметил это в журнале.

Я сдал кровь, меня осмотрели на томографе и с наилучшими пожеланиями отпустили домой.

Когда я вышел из кабинета, Райан, ожидавший меня в коридоре, разговаривал с каким-то врачом. Я прошёл мимо них к лифту.

Кнопка вызова загорелась красным, номера этажей бежали один за другим, загораясь зелёным. Я оглянулся – моего сопровождающего уже не было на месте, он, видимо, пошёл за мной в процедурный кабинет. Двери лифта открылись, я зашёл и, прижавшись к стене кабины, нажал на самый верхний этаж. Пойдём сверху вниз. Когда двери лифта уже закрывались, я увидел растерянного Райана, выходящего из медкабинета.

На верхнем этаже было пусто, вообще никого, только двери. Мне нужны были люди, и чем больше я встречу людей, тем будет лучше.

Я посмотрел на часы: 2:58:17… 16… 15…

Открыл первую попавшуюся дверь.

Человек в медицинском халате и с пробиркой в руке недоумённо смотрел на меня.

Это была лаборатория.

– Вам сюда нельзя, – сказал он, поставив пробирку к другим таким же.

– Я ищу Грегори Филипса, – соврал я.

– Кого?

Человек в белом халате не сводил с меня глаз.

– Я из службы доставки.

– Вы поднялись не на тот этаж, – повторил он.

Я извинился и вышел.

На двух этажах ниже было всё то же самое – закрытые двери, серьёзные лица. В какую дверь ни зайди, это привлечёт ещё больше внимания.

Я услышал голоса. Кто-то спускался с лестницы и уже шёл сюда.

Их было двое.

Миссис Миллер, старший менеджер.

Терри Кельвин, программист.

Так было написано на их бейджах.

Они перестали разговаривать, когда увидели меня. Решил поздороваться, они кивнули и переглянулись.

Я спустился ещё на два этажа и, встретив ещё нескольких людей, только потом вернулся на первый.

– Мистер Хилл!

У стойки регистрации стоял Райан и махал мне.

– А я вас потерял, – сказал я, – зашёл в туалет, а когда вышел, вас уже не было.

– Это моя вина, – изобразил он озабоченность.

– Так, значит, результаты анализов будут готовы завтра? – переспросил я.

– Иногда ждать приходится до двух суток, – ответила девушка на ресепшене, – сейчас такой наплыв желающих.

– Как только результаты будут готовы, мы вам позвоним, – сказали они в один голос.

Я посмотрел на часы.

Предплечье уже обжигало.