– Да, ваша светлость, - сказала Лаура.

– Советую вам поладить с ним, юная леди. Прислушайтесь к его нраву, поймите его потребности. Что до вас, юноша…

Галлард повернулся Джереми, и Лаура ощутила, как брат вздрогнул.

– Составьте отцу письмо, изложите ситуацию такою, как видите. Будьте тщательны. В ваших интересах, чтобы отец сделал верные выводы.

* * *

Галлард Альмера изрядно пугал Лауру. Но в меньшей степени боялась она за себя, куда сильнее – за брата.

Беда в том, что Джереми — вольнодумец. Он перенял от отца и взгляды, и само это словечко. Означало оно следующее: брат Лауры не верил в Праматерей.

Лаура долго силилась понять: как не верить, если они есть? Не верить можно во что-то такое, чего не видно глазами: например, в Духа Степи или колдунство болотников, или что в Запределье живет Темный Идо. Но Праматерей с Праотцами все видели на портретах и иконах, и в книгах про них сказано, и сами они написали кучу книг. Отрицать их — как оспаривать факт, что Сердце Света обнесено стеною!

Джереми пояснял: конечно, были какие-то люди. Семнадцать барышень и сотня мужчин, которые возвели Фаунтерру и установили первую династию. Но кто сказал, что они пришли из царства богов? Кто сказал, что они — святые?! Посуди сама! Прародители были смертны? Да. Они создали мир? Нет. Они творили чудеса? Только с помощью Предметов. Но это знак святости Предметов, а не Праматерей!

Лаура терялась. Как — не святые?.. Все же знают… Праматери — носители мудрости. Они создали великое государство, принесли самый лучший закон и порядок. Они были образцом всех добродетелей. Предвидели будущее, наконец!

Джереми смеялся, наслаждаясь превосходством своего ума. Лучший закон и порядок — лучший чем что? Мы же не знаем тех законов, что были до Праматерей. Как сравнить-то?! Образцы добродетелей — вот наивность! Они же, Праматери, и навязали нам именно эту мораль. По их мерке мы оцениваем людей — вот Праматери и выходят образцами. Но, может, в другой морали не нужно было бы усердно трудиться и помнить свое место под солнцем? Мы жили бы в лени и праздности, а боги просто так давали бы нам все — разве это не было бы лучше?!

Лаура терялась в мудреной философии и отвечала тем единственным доводом, который хорошо понимала. Праматери видели будущее. Агата предсказала кучу всяких вещей! Искру, например.

Джереми хохотал: да почем ты это знаешь? Агатовские лорды и теперь хвалятся даром ясновидения — вон, мол, Ориджин предсказал ходы Серебряного Лиса. Но это всего лишь расчет! Ты сама — агатовка. Что, многое можешь предвидеть? Три дня искала рукавичку, а потом нашла в собственном кармане!

Но книги!
– восклицала Лаура.
– В них же все изложено! Агата еще когда написала про искру — а сбылось через тысячу лет!..

Брат легко громил ее доводы: священные книги то и дело переписываются. Не Праматери предвидели открытия, а церковники вставляли открытия в книги позже, по мере развития науки. В нынешних священных текстах вряд ли есть хоть десятина того, что действительно писали Праматери!

Но люди же верят… - с горечью шептала Лаура. Почему-то ей было очень обидно. Она, как и мать, гордилась агатовской кровью.

Х-ха!
– добивал Джереми.
– Потому и верят, что не имеют доказательств! А если бы вместо веры подумали головой, то поняли бы простую истину: Прародители — никакие не святые, а кучка царедворцев. Подмяли под себя древний мир, установили монархию и объявили себя божьими посланниками! Адриан сделал бы то же самое, если бы поезд не рухнул с моста!

Лаура была младше и не так изворотлива умом, и знала к тому же: хорошая сестра не спорит с братом. Скоро она отказалась от дискуссий, приняв правоту Джереми, привыкла поддакивать. Да и куда бы она делась? Отец-вольнодумец гордился дерзостью сына. Дед придерживался традиционных взглядов, но уважал гибкость ума, потому тоже нахваливал Джереми. Даже находил политическую выгоду: если вольные взгляды распространятся, то Церковь и Корона утратят часть влияния, а значит, усилятся Великие Дома. Вон в Степи, где не поклоняются Праматерям, император и Церковь значат мало, а власть имеют ганты и вожди…Так и пошло, что Джереми считали умным и смелым, будущим великим политиком, а Лауру — милой глупышкой.

Так было в Сердце Света. Но теперь — Эвергард. Лаура подозревала, что здесь вольные речи — надежный способ попасть на костер. Лаура должна быть хорошей, а хорошая сестра заботится о брате.

– Давай помолимся, Джереми, - говорила Лаура пять раз в день.

Брат не знал молитв Праматерям, почитая их за суеверия. «Я молюсь только богам, и не напоказ. А доисторическим интриганкам пусть поклоняются идиоты!» Лаура тряслась от ужаса: что, если архиепископ вызовет Джереми и велит прочесть хоть одну молитву Праматери или Праотцу? Брат никак не сумеет скрыть еретическое невежество! Нужно скорее обучить его нескольким молитвам.