Шрифт:
– Нет! – женщина зарыдала. – Почему ты не веришь мне?!
– Потому, что не бывает такого. Дверь была опечатана, когда ты вернулась?
– Да…
– Ну вот. Тебе показалось, Пэг. Прими таблетки и отвлекись. Посмотри свой любимый сериал, не думай об этом.
Женщина проглотила слезы вперемешку со склизким комом из носоглотки, и выдохнула. Успокоившись. Она закивала, хоть Тони и не видел этого.
– Хорошо… Хорошо, дорогой.
– Вот и умница. Мне нужно работать. До вечера. – Тони отключился.
Но телефон тут же затрезвонил снова. На этот раз звонила Розалин. Все нутро Пэгги опять сжалось до точки.
– Привет, Рози, – неуверенно поздоровалась женщина.
– Здравствуйте, миссис Марэль. Анна… она была в сети двадцать минут назад. Вы дома?
– Да, я дома. Прямо в комнате Анны.
– Это вы заходили?
– Нет! Конечно нет! Я услышала стук и пришла проверить. Но здесь никого.
– Стук?
– Да… В комнате Анны хлопнуло окно, но никого не оказалось в комнате. И под домом тоже. Но стул и компьютер ее еще не остыли. Я думаю, что… кто-то сидел прямо здесь.
– Ничего себе! Вы уже сообщили в полицию?
– Еще нет, Рози.
– Обязательно позвоните им. Пусть приведут кинологов, пока след свежий.
– Я тоже думаю об этом, – Пэг солгала. Она совсем забыла про существование собак-ищеек, хотя их задействовали при поисках Анны. Но согласится ли детектив Прайд выделить человека для исследования комнаты без весомых улик? Он непоколебимо уверен в том, что преступления нет, что кто-то из Марэль регулярно тревожит профиль дочери.
– Что ж, удачи вам, миссис Марэль, – спустя короткую паузу попрощалась Розалин. – Я буду пристально следить за активностью аккаунта Анны.
– Спасибо, – отстраненно произнесла Пэгги. Она была занята размышлениями о собаках. – Спасибо, Рози. Пока.
«Нет, мне откажут, – мысленно заключила женщина. Она стала в дверном проеме и склонила голову сперва на одну сторону, затем на другую. – Но я могу попросить Тони установить камеру. И если этот гад попадется, то больше никто и никогда не посмеет усомниться в словах Пэгги Марэль».
Глава 10
Без Артура Леону было невыражаемо одиноко. Ему не с кем было играть по вечерам. Анне было не до игр. Она даже в «Хэппихай» заходить стала гораздо реже. Парень невольно начинал ревновать. А что, если у нее появился кто-то?
Но девушка убеждала его в том, что просто занята: родители попросили помочь с некоторыми делами взамен на поездку в Город. Тогда, в подтверждение чувств, Леон требовал развратную фотографию, и, конечно же, получал. Анна была такой сговорчивой, будто ужасно боялась поссориться. Это очень нравилось парню. Он ощущал некоторую власть и не стеснялся манипулировать и играть на собственной важности в ее глазах. Он мог просить о чем угодно. Мог просить показать ему, что угодно… Анна подчинялась.
– Хорошая девочка, – сквозь голодную улыбку облизнул губы Коннор, получив очередное изображение Марэль без трусиков.
Парень сидел на не заправленной постели. В спальне царил полумрак – Леон с утра не открывал плотные темно-серые шторы. Ему было попросту лень. Как и лень наводить порядок, хотя давненько уж требовалось. Простынь уже более месяца рисовала желтоватый силуэт Леона, как та Туринская плащаница. А еще парень забыл, когда носил в последний раз светлые носки, потому что они чернели сразу же после первых шагов, а от этого Леону становилось стыдно. Он не любил видеть грязь на своих вещах, а потому надевал то, на чем грязь была менее заметна. Когда-нибудь он обязательно приберется. Обязательно! Перед приездом матери, например…
Пока он был сам себе господином. Его никто не видел и не смел осуждать. Ни за лень, ни за бездействие, ни за рукоблудие. Он был свободен и счастлив в полной мере.
Приближая и внимательно рассматривая гладкие раскрытые прелести Анны, Леон полез второй рукой к себе под шорты. И вот, казалось бы, сейчас настроение станет еще лучше, но неприятный звук оповещения в «Хэппихай» вынудил парня отвлечься.
– Нет, только не ты… – простонал Леон. К нему в друзья добавлялась Мерилин. – Зачем ты меня разблокировала? У меня ведь все было так хорошо.
Не дожидаясь одобрения со стороны парня, Мэри написала первой:
– Привет. Слушай, возможно я слишком много негатива вылила на тебя. Просто хочу, чтобы у тебя все выходило складно. Я забочусь о тебе, понимаешь?
Поднявшееся настроение тут же опустилось, и Леону пришлось вынуть руку и начать писать ответ:
– Да, я понимаю, Мэри.
«Отошла что ли? Лучше бы пропала нахрен. Навсегда», – думал он при этом.
– Тогда, может, увидимся на выходных?
– Нет.
– Почему?