– Проклят будь, скотина! Чтоб тебя в ад закинуло!

Я передал брызжущую слюной девицу операм и проговорил буднично:

– Нападение на сотрудника с применением спецсредств! – и сунул в руки оперу баллончик.

– Принял, – кивнул опер из городского УВД. И потащил упирающуюся барышню в автобус: – Пойдём, милая, у нас тут сказка наоборот! И тебя ждёт увлекательное путешествие в страну чудес с вашего поля дураков!

Вечером, когда мы уже вернулись на базу, и я сдал снаряжение, подошёл Серёга:

– Пивка попьём?

– Не, – мотнул я головой. – Домой пойду. Устал что-то.

Дружбан мой кивнул понятливо, а я вышел через КПП и отправился домой. Решил пешком пройтись, хоть и не близко. Так и шёл спокойно, не торопясь. Пока не свернул в проулок. Тут увидел, что на меня два огня летят огромных. «Фура что ли?» – только и успел подумать я, и померкло всё. Лишь вспыхнула фраза командира о том, что все омоновцы попадают в рай.

«Вот сейчас и проверю» – почему-то невероятно лениво и медленно подумалось мне. Я был словно в густом киселе. Крутился, переворачивался в полной темноте, и медленно парил. А потом на секунду почуял падение и рухнул во что-то зелёное. Понял, что повис, немного поднял голову. Лес. Полянка. И я, как дурак, вишу на ветвях дерева. Пошевелил руками-ногами – на месте. Давняя привычка, ещё из командировок в горячие точки. Приложило? Проверяй, всё ли на месте у тебя в организме. Ноги две, обе целые. Дальше по списку руки с пальцами – глянул, пошевелил – присутствуют. Туловище, зажатое ветками тоже в наличии. Голова, надо полагать тоже, раз есть чем смотреть. Ощупал себя – всё в норме. Что это было и как я с улицы пустынной на дереве оказался – потом буду анализировать. У меня, как всегда, в незнакомой местности включился режим выживания. Быстро осмотрел карманы, кроме пачки сигарет, мобилы и перочинного ножика при себе не было ничего. А, нет, ещё зажигалка. В лесу лишней точно не будет. И тут я услышал шорох внизу, хотел посмотреть, что там и… банально сорвался. Обрушился вниз с высоты и рухнул явно на что-то живое. Живое это утробно хрюкнуло под моим центнером и застыло. Я вскочил и понял, что насмерть задавил мужика. Так неудачно упал на него, что банально сломал своим весом шею. Мужик, кстати, одет был странно, но рассмотреть я его не успел, так как услышал выстрелы. Один, второй, третий. Пригнулся и побежал под прикрытие деревьев.

Выстрелы звучали далековато. На слух – не менее полукилометра. Потому я, под прикрытием деревьев, медленно стал красться в ту сторону. С одной стороны – владелец оружия мог быть агрессивно настроен. Особенно, если был знакомым нечаянно задавленного. С другой – это люди, которые могли прояснить, где я вообще оказался и что, чёрт возьми, произошло. Через пару сотен метров лес заканчивался. Я прокрался сквозь заросли ползком, чтобы не отсвечивать, и увидел не очень приглядную картину. Вдоль леса шла накатанная грунтовая дорога, на этой дороге стояла телега, запряжённая парой лошадей. Возле телеги лежали два трупа, а над трупами стояли трое мужиков. У двоих в руках были странные ружья. Я такое оружие точно не видел в нашей оружейке. Что-то подобное наблюдал в музеях, но не в армии или спецназе. Третий незнакомец, кстати, вообще в руках держал двуствольный пистолет! Видел всё я очень отчётливо, так как лежал в кустах буквально метрах в двадцати от этих граждан. И будь я проклят, если эти трое – не разбойники! Этих тварей я с любым, даже самым странным на свете оружием узнаю.

Кстати, один из трупов оказался вовсе и не трупом, потому как зашевелился. Разбойник с пистолетом, похожим больше на обрез, чем на пистолет, захохотал, наклонился и схватил за волосы живую жертву. Жертвой оказалась довольно молодая женщина. Мне казалось, будто я попал в сюрреалистический средневековый блокбастер. А бандит рассмотрел лицо лежащей на земле, и довольно осклабился:

– Сегодня нам втройне повезло с уловом, – разбойник засунул двуствольную пищаль в кобуру: – И лошадок взяли, и кобылка имеется!

Мужик поволок даму по пыли прямо в мою сторону, бросив своим подельникам:

– Хорошо повозку обыщите!

– Дрын, а мы? – промямлил похожий на тощего суслика бандит.

– А вы потом, – вновь захохотал смешливый Дрын. Он подходил всё ближе, и я отчётливо видел небритые щёки с рыжей, клочковатой щетиной, угреватый нос и белесо-серые навыкате глаза. Эдакая карикатура на человека, вдруг ожившая и научившаяся говорить и… убивать. И женщину рассмотрел отчётливо. В каком-то плотном платье с длинным подолом. Сама светловолосая, с бледными губами и безумными глазами. Оставшиеся у воза разбойники полезли на этот самый воз, а Дрын заволок женщину в кусты буквально в пяти метрах от меня. И тут я очень порадовался тому, что попал сюда в своём камуфляже, цветом точь в точь, как местная растительность. Ни бандит, ни его жертва меня просто не заметили. Хотя, женщина, по-моему, вообще плохо соображала. Даже когда бандит стал задирать на ней подол, просто молча смотрела в небо, лёжа на спине, даже не пытаясь сопротивляться.

Но вот я спокойно смотреть на это не мог. Подкрался сзади к Дрыну, и когда тот начал снимать штаны, просто прихватил сзади за шею и рванул. Бандит даже пикнуть не успел – просто потерял сознание, а, может, и сразу умер. Я аккуратно опустил тело на землю и достал из кобуры его странный двуствольный пистоль. Быстро осмотрел и скривился. Мне это чудовище напомнило старинные мушкеты или самопалы, которые мы в детстве делали. Я быстро проверил: один ствол был пуст, а вот второй явно заряжен. Потом я глянул на женщину и прислонил палец к губам.

Она кивнула понятливо, и меня это порадовало. Не хватало ещё орущую бабу успокаивать. Я осторожно выглянул на дорогу: один разбойник шарил на возу, а второй оглядывал запряжённых в телегу коней.

– Их трое было? – шёпотом спросил я потерпевшую.

Та молча покачала головой и подняла руку с четырьмя пальцами, показывая, что разбойников было четверо. Я ещё раз внимательно осмотрел пистолет. Он быль крупным, массивным, с длинным стволом сантиметров двенадцати в длину. И два спусковых крючка с двумя курками – каждый на свой ствол. Я так думаю, что по дальнобойности, да по кучности эта махина мало чем от ружья охотничьего отличается. Если и стрелять, то лучше с близкого расстояния. Я медленно и аккуратно взвёл курок, посмотрев, какой спусковой крючок отреагировал. Затем стал пристально следить за бандитами, размышляя – отсюда попытаться застрелить или дождаться, когда в лес пойдут? Решил дождаться, когда подойдут – и шансов попасть больше было, и хотелось одного хотя бы живым взять. Надо ж выяснить, куда подельник делся четвёртый. И где оружие взяли, тоже неплохо бы узнать. Явно музей какой-то грабанули. В общем, пленный нужен бы. Потому я затих в засаде и ждал, когда негодяи направятся в мою сторону.

Потерпевшая, видимо, поняла мою задумку и полностью одобрила. Поправила платье и тоже затаилась, поглядывая то на труп неудавшегося насильника, то на меня. Так и просидели мы несколько минут, пока один из разбойников не решил прогуляться в лес. Тот самый, что лошадей оглядывал. Его подельник проблеял жалобно с воза:

– Гнат, ты куда?

– Куда надо, – гыгыкнул бородатый, из-за нависших надбровных дуг похожий на обезьяну Гнат. Подельник его спрыгнул с воза и побежал следом, бросив винтовку на возу. Я чуть не заорал от счастья. Даже не ожидал, что настолько тупоумные разбойники попадутся. Пока два дятла в человечьем облике шагали в мою сторону, я аккуратно выцелил обезьяноподобного Гната и нажал спусковой крючок. Пистоль выстрелил с небольшой задержкой, зато жахнул неслабо, и отдача была, чуть ли не как у ружья. Хорошо хоть двумя руками держал этого монстра. Зато и Гнату пули из мушкета хватило за глаза. Попал я ему ровнёхонько в грудь, и бандита откинуло на спину. Он упал, раскинув руки, а я одним рывком выскочил из кустов, наставив пистолет на второго бандита, и заорал по привычке: