–Я считаю, что нужно просыпаться раньше, и не засиживаться допоздна. Чем ты занимался вчера? – Стэнли плавно наклонился над Джеймсом, и его, чуть не стошнило, от исходящего запаха у него со рта, синтетического бургера.

–Тебя это не должно касаться! – сквозь зубы промолвил Джеймс, и Стэнли вернулся в исходное положение.

–У тебя много работы сегодня, и ты сам прекрасно понимаешь, что нашей компании каждая минута драгоценна, а ты их теряешь. – его противная морда взирала поверх Джеймса, а рот не переставал жевать.

Это его начальник, точнее – главный директор. Этот жирный ублюдок, долго лизал своему начальству, дабы пробиться на ступень карьерной лестницы повыше, и унижать тех, кого ему заблагорассудится. Джеймс работал со Стэнли давно – больше трёх лет. Их перевели с маленькой конторки «The News», когда ту выкупил владелец «The American Daily». Всех сотрудников распустили, кроме пятерых специалистов, среди из которых был Джеймс и Стэнли. Этот офисный клерк был тише воды, со всеми здоровался, и даже делал работу за тех, кто его попросит. Видимо, его добротой часто пользовались, а пока росла его карьера, одновременно росла и ненависть к коллегам. Осознание приходит рано или поздно. А сейчас, этот сукин сын развлекается как может, только вот неясно, почему он доканывает Джеймса, ведь тот, во время работы в фирме, ни разу ему не насолил. Джеймс делал вид, что всё понял, просьба Стэнли была услышана, и кивая головой, он шёл к лифту. Кабина была полна стажёрами и Джеймс скрестил пальцы позади себя, одновременно повторяя в мыслях: «Лишь бы не на мой этаж». Не успели двери закрыться, как в проём просунулась тонкая ручка, держащая толстую красную папку. Джеймс поднял глаза, и его взору предстала – Лилиан. Она работала с ним на одном этаже, в отделе корректировки. Её образ, меняющийся ежедневно, мог удивить любого. Сегодня у неё были волосы огненного цвета, джинсовая рубашка с нашивками ВВС США, и длинные шорты, болотного цвета, и широкими карманами, полными неизвестными вещицами – может и дамские штучки обитали там. А вчера, она была похожа на хиппи, с дредами ядовито-зелёного цвета, и одеждой, будто её уже носило несколько поколений. Лилиан осмотрела кабину лифта, и поприветствовала Джеймса:

–Доброе утро, Джим! – Лилиан взглянула на часы. – Ты тоже опоздал? Эти пробки с ума меня сведут. Столько времени простояла на дороге, и снова из-за аварии. По новостям говорили о сбоях автопилота. А Стэнли опять доконал меня с расспросами. Иногда мне хочется стукнуть этого идиота.

–Сбои у автопилота? – Джеймс повторил эти два слова, словно остальное он не услышал.

–Да! Представляешь? Теперь мне с каждым днём становиться всё страшнее добираться до работы. Не знаю, чем они там думают в «Edison Motors», но мне кажется, – Лилиан повернула взгляд на людей позади неё, и шёпотом продолжила – что они не все электрокары тестируют перед продажей, вот и поэтому, многие люди либо гибнут, либо уходят в крупные долги, из-за медицинских расходов, а сами, зарабатывают миллиарды, и ничего не компенсируют. – Лилиан подняла бровь, и цыкнула с недовольством.

–Даже у таких гигантов бывают ошибки. Тем более, не всегда виноват автопилот. К примеру, на прошлой неделе, погибли 4 человека из-за того, что виновник аварии слишком увлёкся за просмотром видеороликов.

–Ох, люди с ума сошли от этих нейрокомпьютеров.

–Они и до нейрокомпьютеров были сумасшедшие. Только гаджет сменился.

–Верно. – Лилиан резко смолкла, призадумалась, окинула взглядом похожих друг на друга, смиренных и потерянных людей, словно киборгов, двери лифта открылись и сделав шаг влево, молча вышла на своём этаже. – Ладно, Джим, увидимся на ланче.

–До встречи, Лилиан. – двери лифта закрылись, и он помчался вверх. Джеймс смотрел в потолок, словно что-то пытался разглядеть, люди позади него почти не шевелились, и в миг, позабыл об их существовании.

Отдел редакции сегодня был на похож на типичный офис 2000-х: кирпичная кладка окружала периметр этажа, компьютерные столы и стулья, цвета дуба, сливались с обстановкой, а серый ворсовый ковёр, выглядел словно пепел, оседающий после долгого пожара. Такой интерьер был в новинку для сотрудников компании, который еженедельно менялся. К такому решению пришли главы компании, чтобы сотрудники не уставали от монотонного окружения и работали эффективнее. За окном стоял прекрасный вид на море, где бушующие волны голубой воды бились о желтоватый песочный берег, а рядом стояли высокие пальмы и медленно раскачивались на ветру. К сожалению, это была лишь проекция и вновь очередная задумка от глав корпорации. Но порой этот вид отвлекает и даёт отдохнуть загруженной голове, и порою забыться, что вокруг один лишь бетон. Но даже столь великолепный вид из окна, не мог поддерживать Джеймса долго, его состояние было на грани выгорания, но лишь интерес к самой профессии, как журналиста, вновь побуждал его к действиям. Когда ты работаешь журналистом и одновременно редактором, у тебя ежедневно происходит новое событие, но порой, ни случается ничего, и ты сидишь днями в офисе, страдая от скуки. Но Джеймс нашёл чем себя развлекать в такие моменты. Архивариус. Огромное хранилище данных, с бесконечными статьями на различные темы. Только вбей любое слово в поиске, и всемирная паутина за считанные секунды, найдёт информацию, которая тебе нужна, только вот, доступ к ней разрешён лишь малому количеству сотрудников, а поделится подобной фишкой с друзьями или женой – нельзя, иначе в дом заявятся мужчины в чёрных костюмах, и увезут в “санаторий”, из которого будет невозможно выбраться. Такой легендой нас пугает Стэнли, словно отец, пугающий своих детей, ради их же безопасности. Конкретно Архивариус используется только сотрудниками с четвёртым уровнем доступа, какой есть и у Джеймса. В работе Архивариус помогает найти новости прошлых лет – желательно двадцатилетней давности – и штамповать их под видом новых. Такому действию нет определённого объяснения, но Джеймс догадывается, зачем; для избегания шаблонных новостей о преступности, коррупции и прочего типичного для страны так называемых проблем, для сокрытия достоверной информации и, как называют некоторые сторонники конспирологии – теории заговора о США. Таких в основном затыкают службы ЦФБР и выставляют их, как больных параноидальной шизофренией. О самих теориях заговора Джеймс мельком слыхал, но решался не вдаваться в подробности, и не потому что боялся вступить в клуб параноиков, а в интересах корпоративной этики, что зачастую вливают в мозг вновь прибывших сотрудников. Ну и что бы не потерять работу.

Джеймс сел за своё рабочее место, выложил голографические бумаги на стол, коснулся указательным пальцем чипа, размером с горошину – который располагался за его ухом – и активировал нейрокомпьютер. Трёхмерный текст отобразился на бумагах, он пробежался глазами по методичке, которую отправил Стэнли, и принялся по ней, корректировать журналистские сводки. Его основная работа заключалась в редактировании текста, и последующей подготовки их к публикации в социальные сети или новостные блоги. Внизу документа, маленькими буквами было обозначено: «По закону, раздела 14, кодекса США, вещательные корпорации внутри страны, обязаны работать по определённым методическим рекомендациям. Запрещено распространение и публикация той информации, которая имеет дезинформирующий характер, и не соответствует законодательству США.» Джеймс всегда прочитывает это примечание, и после, усмехается. Те новости, которые выходят в свет – ложные и не достоверные, но об этом нельзя никому разглашать, иначе, история будет схожа, как с одним журналистом из «W/W», когда этот смельчак умудрился поделится с общественностью о том, как их обманывают СМИ, и к сожалению был таков. Джеймс это знал, но рисковать ему не было смысла. Вновь лишится работы, и загреметь в тюрьму – в лучшем случае – ему не хотелось.

Стрелки на часах показывали: 14:30. Скоро перерыв.

Джеймс, закончив свою работу, крутился в офисном кресле и глядел в окно. Густые облака быстро передвигались по голубому небу, затеняя за собой солнце и свет. Всё словно обрело серость. Голубое море теперь бурлило ещё сильнее, а морской штиль быстро сменился на беспокойный шторм. Луч света пробивался сквозь тучи, и ослепил Джеймса, но тот, лишь прищурив глаза, наслаждался искусственным теплом, которое так умело выдавала проекция.

–Джеймс! Чем занят? – прозвучал голос позади него. Джеймс повернул взгляд и увидел Ника, одетого в его любимую белую рубашку и серые брюки. Типичный стиль офисного клерка. Он держал в руках бумажные стаканы, из которых исходил пар. – Спишь что ли? Я тебе кофе принёс.

–Я не спал. – Джеймс потёр глаза, и зевнул – Просто наслаждаюсь солнечным теплом, хоть и искусственным. – Джеймс не глядя потянул бумажный стакан ко рту, сделал пару глотков, сморщился, и поставил его на стол. – Не люблю американо. Как продвигается работа?

–Всё отлично. Завтра улетаю в Нью-Йорк на пару дней. Скоро выборы, нужно взять интервью у кандидата в президенты. Подготовил парочку вопросов. Хочешь взглянуть?

–Отправь мне на почту, вечером посмотрю. Думаешь он ответить на твои вопросы?