Второй день ярмарки был чуть менее насыщен разговорами и песнями, зато Сильена от души веселилась в танце. Феб оказался прав: восторга и внимания фея получала вдоволь, особенно восхищённые возгласы вызвав в тот момент, когда вокруг неё закружили цветы сирени. Эта часть не была запланирована, просто Сильену настолько переполняли эмоции, что она не смогла обуздать собственную магию. Танцы среди фей и танцы среди людей вызывали совершенно разные чувства. В первом случае Сильена ощущала себя частью целого, деталью единого танца, продолжением сотканного из волшебства мира. Здесь же она являлась центром внимания, этот танец был только её, это она дарила волшебство окружающим. Такого не почувствовать среди фей, как и нигде более не найти того единства.

— Ты была зачаровательна, Синель, — признался в конце Феб, подхватывая Сильену и отводя её к скамейке в тени.

Когда они были на людях он, говоря не понижая голоса, использовал псевдоним, потому что тот был гораздо привычнее слуху и лучше воспринимался. И хорошо ложился на легенду о южной подруге — там имя достаточно распространено, особенно у нимф, которые в качестве имён использовали любые красивые слова, что бы они ни значили. Сильена как раз очень напоминала потомка нимф. Каким бы именем Феб ни обращался к ней, он всегда произносил его очень ласково. Сильена считала это трогательным.

— Мне так понравилось! — воскликнула Сильена и благодарно улыбнулась, приняв флягу из рук Феба. — Знаешь, у нас ведь танцы, это... Обычай? Это в порядке вещей, это знают и умеют все, ведь это тоже часть нашей магии. И вот так вот привлекать внимание обычными вещами... Я не знаю, как это описать.

Не найдя слов, Сильена в порыве чувств обняла Феба, заставив его заметно опешить. Он потрепал её по волосам и вздохнул, покачав головой. Понять её чувства он мог лишь отчасти, ведь у демонов не было особой предрасположенности к музыке. Скорее даже большая часть их музыкальных предпочтений сильно отличалась от того, чем он занимался.

— Приятно видеть, что тебя это так впечатлило. Кстати, завтра мы отправляемся в Гаав. Я вечером договорился с одним знакомым торговцем, нам отчасти по пути, так что проведём часть дороги в его повозке. Хорошая возможность для твоего обучения.

— Спасибо, Феб. Мне даже интересно, какой из тебя учитель.

— Сейчас, наверное, не самый хороший, — почесал в затылке Феб, — но раз вызвался, то обязан постараться.

— Сейчас? Тебе доводилось учить раньше?

— Я очень люблю делиться знаниями, так что, да, было дело. Но прошло уже достаточно времени, так что я немного волнуюсь.

— Тогда давай вместе. И волноваться, и стараться. Я вчера немного почитала и очень заинтересована в том, чтобы во всём разобраться!

Стараясь получить от этого дня как можно больше, Сильена уже предвкушала завтрашний. И потому, что ей хотелось учиться, и потому, что в повозке она ещё не путешествовала. Она понимала, что из-за этого и дальше придётся быть человеком, но ведь оно того стоило — в этом Сильена ни разу не сомневалась.

Фея была настолько нетерпеливой и взволнованной, что, несмотря на усталость, заснуть смогла с большим трудом. У Феба со сном тоже было плохо, но не от предвкушения, а от слишком большого количества дум. В основном — о былом.

Потребовалось немного развеяться. Получше прикрыв Сильену одеялом, он открыл окно и перебрался на крышу. Неярко светила молодая луна, в бесконечном мраке мерцали звёзды. Смотря на них, Феб вспоминал места гораздо более тёмные. Давно покинутые, но ни на миг не забытые. Он был на самом деле родом из южной части, но другого мира — родного для демонов. По тому миру Феб никогда не тосковал и не хотел туда вернуться, хотя мог. Потому что не смог бы вести там тот образ жизни, который ему по душе. Как и оставаться собой. Там загнали бы в рамки, заставляя быть правильным демоном, правильным...

Феб поднял руку и ощупал кольца на рогах. Те держались крепко. Очень хорошо. Небольшие ограничения — достойная плата за свободу. Протянув руку дальше, Феб начал соединять пальцем созвездия. Это помогало отвлечься, в то время как ветер словно выдувал из головы ненужные мысли. Но стоило, конечно, накинуть плащ, ведь на крыше продувало сильнее. Хотя, в силу образа жизни, Феб не был чувствителен к холоду, в то же время оставаясь теплолюбивым.

В очередном порыве ветра Феб уловил тонкий запах сирени. Однако сирень же поблизости не росла. Обернувшись, он увидел зависшую рядом Сильену. Фея была удивительно тихой и совсем неприметной в ночи.

— Извини, тебя всё же разбудил холод? — с виноватой улыбкой спросил он.

— Совсем нет, просто очень некрепко спалось. Вот проснулась и заметила, что тебя рядом нет. Забеспокоилась, решила проверить. Всё в порядке? — уточнила Сильена и опустилась Фебу на коленку.

— Да, просто на звёзды захотелось посмотреть. Это вдохновляет. Мне кажется, делать это на крыше интереснее, чем на земле. Как будто становишься к ним немного ближе.

— Возможно... — задумчиво протянула Сильена.