Промычав себе что–то под нос, Сэм, прищурив глаза, посмотрел вдоль ущелья и убедился, что почти все оно покрыто точно такой же травой. составляли только валуны и камни, которые хоть сколь–нибудь торчали над землей. Но так как прыгать с камня на камень Сэм не собирался, а трава вроде бы никакого вреда ему не причинила, Сэм решил не обращать на нее никакого внимания и, не спеша, направился к месту, где находилась рубка управления.

Но не обращать внимания совсем он просто не мог, особенно в те моменты, когда листья начинали увядать и прятаться в землю. От этого он слегка скользил и не мог избавиться от неприятного ощущения, что вот–вот грохнется на землю. Но какого же было удивление Сэма, когда, добравшись до рубки управления, он присел на обломок обшивки и решил осмотреть подошвы своих ботинок. Еще во время путешествия у него возникло ощущение, что подошва сделалась намного тоньше, и ступнями ощущаются мельчайшие камешки. Когда же он снял правый ботинок и перевернул его, то едва удержался от желания отшвырнуть его подальше: вся подошва была чем–то изъедена и сделалась в два раза тоньше, чем это было в начале путешествия.

Но ботинок Сэм все же не выбросил. Во–первых, у него не было желания ходить босиком, а во–вторых, что было самым главным, подошва больше не разъедалась, и Сэм сделал вывод, что чем меньше он будет наступать на траву, тем лучше для него. Но серьезно заняться этой проблемой он решил после того, как похоронит своих товарищей и осмотрит рубку управления.

Пробравшись через завалы, образовавшиеся во время крушения, Сэм проник в рубку управления и замер от неожиданности. Вместо мертвых тел Раймона и Норта, он обнаружил обглоданные до бела кости, валявшиеся на полу. Также нигде во всей рубке управления не осталось и пятнышка крови. Только с ботинка Норта торчала ступня с остатками плоти и кусками кожи. Все остальное таинственным образом исчезло, и можно было подумать, что эти кости лежат здесь не один уже год подряд.

– Ничего себе, – ошарашено пробормотал Сэм и с бластером в руке внимательно осмотрел стены и углы рубки управления. Там никого не было. Ни животных, которые моли бы так расправиться с останками его друзей, ни растений (Сэм допускал и такую возможность).

Потоптавшись немного на месте, он поддел носком ботинка берцовую кость и, когда та перевернулась, перевел взгляд на пульт управления. Что он надеялся там увидеть, Сэм и сам не знал. Пульт был на половину расплавлен, на половину разбит.

Побродив немного среди сорванной со своих мест аппаратуры и человеческих костей, Сэм отыскал два бластера, а в куртке одного офицера – лазерный пистолет. Все это вместе он сложил на дно перевернутого кресла и стал думать, что ему делать со своей обувью. После одной еще походки к Эрне он подозревал, что придет туда босиком или, что было еще хуже, останется без ступней. Вот, если бы обмотать чем–нибудь ботинки, тогда он, возможно, и доберется до Эрны. Мысль эта понравилась Сэму, и он еще раз обвел взглядом рубку управления, теперь уже с определенной целью.

Сперва он решил было отрезать от кресла металлическую спинку, покрытую мягким материалом, и вырезать тонким лучом лазерного пистолета две подошвы, и прикрепить их к своим ботинкам. Но потом Сэму пришла в голову мысль, что растения этой планеты, возможно, уже встречались с железом и другими металлами в свободном виде, и не исключено, что они прожигают его их не хуже подошв ботинок.

Поэтому после продолжительных размышлений, Сэм остановил свой выбор на пластике и его разновидностях. Уж его–то точно нет на этой планете.

Присев на пол, Сэм взял с кресла лазерный пистолет и залез вместе с ним под правое крыло пульта управления, которое было в относительной сохранности. Нижняя часть корпуса состояла из ровных листов пластика, а Сэму этого как раз и требовалось.

Устроившись поудобней, Сэм расставил ноги в стороны таким образом, чтобы расплавленные капли не попали на них, и отрегулировал лазерный пистолет на минимальную мощность излучения. Затем представил его ко дну пульта управления и нажал на пуск. Тонкий луч в несколько секунд вырезал квадратный лист, и тот, еще дымя расплавленными краями, с шумом упал на пол.

Выждав пока он остынет, Сэм вместе с ним выбрался из–под пульта управления и тем же лучом вырезал из него себе новые подошвы. Они пришлись как раз впору, и Сэм аккуратно приварил их лучом к изъеденным подошвам ботинок. Также он вырезал подошвы и для Эрны, но размерами поменьше. Засунув их за пояс, он собрал оружие и, не спеша, покинул обломки корабля.

Выбравшись наружу, Сэм отыскал раздутые листья, и так сказать, в качестве эксперимента, наступил на них. Зеленые листья сразу обмякли и попрятались в землю. Когда же Сэм секунд через тридцать поднял правую ногу (на больше у него терпения не хватило) и посмотрел на подошву, то с удовлетворением отметил, что пластик успешно выдержал воздействие агрессивным веществом, и только немного посветлел. Но по сравнению с тем, что стало с настоящими подошвами, это был сущий пустяк. Посчитав, что проблема с листьями решена и больше не существует, Сэм перестал обращать на них внимание и размеренным шагом направился к Эрне.

Минут через пятнадцать ударом ноги открыл дверь с выжженной дырой и вошел в помещение, где оставил Эрну. Она полулежала на импровизированной кровати и, не спеша, ела приготовленный ею самой бутерброд. Неожиданное появление Сэма испугало ее, и она едва не подавилась очередным куском.

– Это я, – сказал Сэм, не сдержав улыбки.

– Можно было предупредить, – Эрна перевела дыхание и отложила недоеденный бутерброд. Есть ей больше не хотелось.

– О чем? – спросил Сэм, выкладывая на какую–то коробку два бластера и лазерный пистолет.