Не знаю сколько времени проходит, перед тем как он начинает говорить:

– Ты все правильно поняла, Руслана, - коротко кивает. – Я, отец Льва.

Ноги в пол врастают от услышанных слов, а дрожащие руки стискивают край стола, как будто это последний способ удержаться на ногах.

Не понимаю, что больше в шок вгоняет, то, что этот мужчина, как две капли воды похож на моего Льва, или то, что он знает мое настоящее имя. В груди кольнула пронзительная боль, точно огромный ледяной шип насквозь пронзил сердце.

– Вы… вы… - снова та-же пластинка. Мне кажется сознание на большее сейчас совершенно не способно.

– Да, я знаю кто ты, - отвечает на мой, так и не заданный вопрос. Его слова звенят в ушах, как тонкий треск льда под ногами. Мысли в беспорядке, окончательно разбитый пазл, и я не могу понять, откуда он знает обо мне. Но самое странное, что меня охватывает не страх, а скорее чувство беспокойства и тревоги перед истинной правдой.

Может… Может мне вообще рот не раскрывать. Может быть, лучше молчать? В голове кураж суматошных мыслей, и я физически чувствую, как паника начинает охватывать меня. Полагаю этот оборотень уже знает все, и без моих вопросов все расскажет. Сердце разгоняется по взлётке, но я понимаю, что не могу бежать от этой ситуации.

– Мы не встречались с тобой, - начинает спокойно, уверенно, будто на релаксе, ей богу, а у меня от страха пульс на виске бешено тикает. Я ведь понимаю, что таких как я, ловят такие как он.

Несмотря на мои внутренние бурливые эмоции, я продолжаю смотреть на него, стараясь поддерживать видимость спокойствия. Но каждый миг приближает нас к непредсказуемому исходу этой встречи, и я боюсь, что оборотень может причинить мне вред.

– Но мне этого и не нужно, чтобы понять кем ты являешься, – лениво плечами пожимает.

Я не могу удержать свой взгляд от его фигуры, которая выглядит словно высеченная из камня. Обтягивающий костюм подчеркивает каждую изгибающуюся мышцу, а его стойка выдает готовность к действию в любой момент. Мои страхи и беспокойство растут с каждой его фразой, и я осознаю, что эта встреча может повернуть мою жизнь в неожиданном направлении.

– Достаточно того, что я был знаком с твоими родителями… - продолжает, точно с близкой знакомой общается. Жуть какая. Он со всеми так разговаривает?

Моя душа переворачивается от его слов. Как он может быть знаком с моими родителями? Волнение и страх взбираются вверх по моему позвоночнику, и я начинаю понимать, что он знает о моем прошлом гораздо больше, чем я могла предположить.

– Чтобы ты понимала, чутье у меня фундаментальное. Со стажем, - произносит он, словно разгадывая загадку.

Взгляд его не меняется, и я начинаю сомневаться, что у него вообще бывают эмоции. Ни один мускул не дрогнул на его лице. Слишком много загадок и тайн в его словах. Он точно знает больше, чем говорит, и я начинаю понимать, что попала в сети какой-то опасной игры. Теперь я теряюсь в догадках, с каймим посылом от здесь.

Постойте… Словно сьемку назад отматываю.

– Вы знали моих родителей? – голос мой хриплый и дрожащий, будто только сейчас смог собраться с духом, чтобы это спросить. Чувства кипят внутри меня: страх, недоумение, но и надежда на разгадку того, что происходит.

– Знал, - все так же монотонно отвечает. – Более того, сотрудничал с ними, но это не значит, что к тебе я буду благосклонен как к ним.

Мгновение и напряжение нарастает, словно в воздухе можно почувствовать искры. Я стою перед ним, не зная, как правильно себя вести. Мои родители не были важными людьми в этом мире, но передо мной стоит оборотень, который знал их лучше, чем я. Моя тревожность растет с каждой секундой, и теперь, я даже не пытаюсь скрыть ее за маской спокойствия.

Только сейчас его черная бровь выгибается провокационно. Взгляд пренебрежительно проходится по моему телу, словно оценивая меня как пешку на шахматной доске. Мне, инстинктивно сжаться хочется. Спрятаться от этого внимания. Однако я, не смотря на внутренний хаос, держу гордо поднятый подбородок. Тема моих родителей для меня имеет размер широкомасштабный, и я не намерена дать ей уменьшиться в его присутствии.

– Несмотря на то, что ты первородная, и по своей сути никого не убиваешь, ты все же остаешься демоном, и тебе не место в жизни моего сына, - заявляет он, словно это самоочевидный факт.

Мои мысли бурлят, а внутри меня скребется какая-то неадекватная, защитная реакция. Хочется тут же выдохнуть возмущенное "С какой стати?", но этот вопрос и так уже на моем лице написан.

– Ты питаешься им бесстыдно… - недовольно констатирует, - Тянешь энергию моего сына, и даже не стыдишься этого.

С каждым его словом мое сердце о ребра больно бьется. И… и, боже… Мне ведь даже покрыть это нечем. Все его слова - чистейшая правда. Только это и заставляет виновато опустить голову.