— Соня, — в разговор вступила Алита, которая занималась моей причёской, — у нас, чем выше статус у леди, тем откровеннее она может себе позволить наряд.

Сама эльфийка была одета в скромное платье тёмно-зелёного цвета. Украшением была небольшая золотая вышивка, которая шла вдоль скромного выреза на шее.

— Но Кэтрин — княгиня, — возразила, — разве у неё не высокий статус?

— Я не эльфийка, — недовольно ответила соседка, — я младшая дочь главы клана, которая не замужем. А значит, должна олицетворять скромность и невинность. Меня и так отец еле отпустил сопровождать тебя.

Эпитеты, скромность и невинность точно не сочетались с моей клыкастой соседкой. И платье её не подходило ей. Она почти каждую минуту пыталась отодвинуть воротник, словно ей нечем было дышать.

— Но у меня нет никакого статуса, — не сдавалась я.

Правда, ведь у меня максимум есть статус очень невезучей попаданки. На этом всё.

— В этом ты права, — произнёс эльф, который с пристальностью маньяка, раскладывал золотые цепочки на моём теле, — у тебя статуса нет. И, наверняка, глава высшего дома, полагал, что ты явишься в наряде низшего слоя. Что подтвердило бы то, что ты недостойна стать супругой наследника.

— А я явлюсь?

— В настолько откровенном наряде, что дамы самого высшего статуса сгорят от стыда, — радостно подвёл итог Нан.

Я его радости не поняла. Он мне буквально предлагает явится перед высокопоставленными эльфами чуть-ли не в том, в чём мать родила.

— Они меня за девушку лёгкого поведения не примут? — спросила без особого энтузиазма.

— Соня, про себя они могут принять тебя за кого угодно, — произнесла соседка, — но вслух должны будут склонять голову и улыбаться.

— Мы очень удачно сыграем на том, что ты не из нашего мира, — сказал Нан, — у тебя ещё нет закреплённого статуса, кроме статуса невесты наследника. Поэтому и платье я тебе подобрал соответствующее самой высшей знати и даже выше. Ты можешь себе позволить, ведь ты не обязана знать все местные традиции.

Я не разделяла воодушевления эльфа. Но спорить не стала. Нану и Алите, явно, лучше знать, как появляться при дворе эльфов. И, наверняка, перед тем, как надеть на меня платье, друг согласовал его с магистром Даэ.

За прошедшую неделю я поняла, что мой „жених“ контролирует всё. Я даже не удивлюсь, если он всегда знает, какого цвета трусы я сегодня надела. И помощь Нана и Алиты он одобрил сразу, а вот Кэтрин сказал особо не слушать, потому что, по его словам, у вампирши не всё в порядке с головой. Я сначала хотела передать соседке слова магистра, но потом решила, что лучше промолчать. Иначе, это может закончится кровью невинных.

— Готово, — произнесла Алита.

Она оставила мои волосы распущенными, заплетя пару кос у лица с каждой стороны. Звучит просто, но выглядит удивительно. Я так и не поняла, каким образом она эти косички плела. Наверное, эльфийский секрет. И завершало мою причёску украшение, которое бриллиантовой каплей висело на моём лбу. Тяжеловато, но очень красиво.

— Ээээ, — только и протянул мой „жених“, появившись в комнате.

— Всё, нам пора занимать самые лучшие места, — скомандовала вампирша, буквально выталкивая Алиту и Нана за дверь.

Я поёжилась и предприняла попытку прикрыться руками. Правда взгляд магистра был хуже, чем рентген. И он сейчас словно сканировал меня.

— Слишком откровенно? — нервно спросила, чтобы хоть как-то нарушить эту неловкую тишину.

— Знаешь, я, кажется, передумал представлять тебя высшему свету, — глухо произнёс мужчина.

И тут я, по всем законам здравого смысла, должна была обрадоваться. Но я, почему-то, очень сильно оскорбилась. Это он намекает, что я по уровню высшему свету не подхожу? Это они, может быть, до моего уровня не дотягивают.

— По глазам вижу, что ты уже надумала себе какую-то чушь, — произнёс Аргон.

— Ничего я не надумала, — возмутилась, — я и сама с вашими сливками общества знакомиться не горю желанием.

— У тебя это само собой получается или ты планируешь? — у мужчины вырвался нервный смешок.

— Что? — совсем перестала улавливать суть разговора.

О чём о вообще? Что я планирую? Он намекает, что я всё специально спланировала, чтобы его невестой стать? Уже открыла рот, чтобы произнести гневную триаду, но ушастый меня опередил:

— Любовь моя, я не хочу тебя представлять обществу, потому что увидев тебя в таком виде, единственное что мне хочется, это спрятать тебя ото всех, чтобы никто не посмел бросить на тебя липкого взгляда, — произнёс, — но ты в своей прекрасной головке уже надумала совсем другую версию моих мыслей, так ведь?