— Хотел бы я на тебя посмотреть…

— Ну… — призадумался голос, — устроить это сложно. На планету я вас не потащу. У вас двигатели, что на корабле, что на катерах — грязные до неприличия. Таких мы к нашей планете мы и близко не подпускаем. А потащить вас в скафандрах… Не, они не выдержат.

— Значит, никак?

— Значит, никак. Подожди! — голос вновь взвизгнул. — Я же смогу сделать свой видимый образ. Может, не очень точно получится, но ты разницы точно не обнаружил бы. Сейчас, погоди, сосредоточусь…

В воздухе перед Максимом повис серый тусклый столб. Он начал преображаться в чего-то человекоподобное, и через несколько секунд на земле появился диснеевский персонаж. Он был похож на серого енота с плоской мордочкой и большими глазами. Серая шкурка, покрытая густым мехом была испещрена неяркими коричневыми пятнами и полосами. Одет енот был в какое-то кожаное одеяние, напомнившее Максиму садомазохистов из неприличных журналов. Максим хихикнул. Следом расхохотался голос.

— Точно, забавно! Да ты не смущайся, у нас и не такое бывало. А так, я же говорил, что я тебе понравлюсь!

— Ты симпатичный и немножко забавный, — кивнул Максим.

— Так же, как и ты.

Максим обошел фигуру вокруг и увидел сзади маленький хвостик, завитый баранкой. А в улыбающейся от природы пасти обнаружил множество мелких и острых на вид зубов.

— Ты что, хищник, что ли?

— Да ты что! Я — всеядный, как и ты. Только вы больше мясо ели, а мы — рыбу. Мы же в воде много времени проводили. Погоди…

Енот растопырил пальцы.

— Видишь перепонки? В беге ты меня перегонишь, а вот в плавании тебе с нами не тягаться.

— Зато я и по деревьям лазать умею, — возразил Максим.

— Ну, да. Это — тебе плюс. А еще, ты немного сильнее меня, если судить по твоей физиологии. А я — быстрее двигаюсь.

Максим помотал головой.

— Все это здорово, но меня больше волнуют практические вопросы. Мне их сформулировать?

— Лучше сформулируй. У тебя в голове такой сумбур, такой сумбур, точь-в-точь, как у меня.

— Вы поможете сохранить нам нашу независимость?

— Сохранить? Неправильно сформулировано. Мы будем не сохранять, а охранять. Если вы захотите пригласить кого-нибудь к себе, ну, допустим, в гости, то вам мешать никто не будет. Но ни один чужой корабль в Солнечной Системе не появится без сопровождения вашего. Старшие шутить не любят.

— Старшие?

— Ну, да. Мы, вроде, еще молодыми считаемся, нам такое ответственное дело не доверяют. А вы их даже не заметите, если не пошлете им специальный сигнал. Я его уже записал тебе в аппарат.

— Угу, — кивнул Максим, — если вы без таких световых эффектов передвигаться не можете, то конечно, вас только слепой не заметит.

— Обижаешь! — возмутился голос. — Это я сделал, чтобы вы меня заметили и не улетели раньше времени. Скажешь, я своего не добился?

— Добился. А вот второй вопрос: со знаниями вы нам поможете?

Голос громко вздохнул.

— А тебе неохота самому открывать мир?

— Ну… Не знаю.

— Зато я знаю. Это замечательно! Мы все придерживаемся принципа: не рассказывать ничего, если нет особой нужды для этого. Пройдя весь путь к вершинам знания самостоятельно, вы попутно наткнетесь и на то, что еще никто не знает. Рассказать вам все сейчас — значит лишиться новых оригинальных методик, методов и подходов. И кому это выгодно?

— Ну хотя бы, может, расскажешь, что такое «информационное поле»? О силовых полях я какое-никакое представление имею из фантастики. А информационные?

— Все в мире связано, брат. Ты, я, комар с Земли и плесень с планеты, которую вы назвать не удосужились — все мы мыслим, на разных уровнях, по-своему. Но все мы мыслим. Наши мысли материальны — они представляют собой электромагнитные явления, связанные особыми электромагнитными полями, которые для краткости мы называем информационными. Мысли могут передаваться и накапливаться. Ты ведь слышал о ясновидящих? Не все они шарлатаны. Многим удалось прикоснуться к информационным полям и получить знания из них. Каждый из нас, энергетических, может читать эти поля гораздо легче, чем вы. Как, по-твоему, я смог прочитать твои мысли так хорошо, чтобы общаться с тобой? А как я говорю с тобой сейчас? Сказать «мысленно» или «телепатически» — это ничего не сказать. Я просто воспринимаю информационное поле, в котором ты мыслишь и воздействую на него. И это чертовски трудно! Но еще труднее — читать мысли уже умерших.

— И что, умершие не могут умереть до конца?

— Не все. Надо, чтобы мысль думалась страстно, часто и мозг должен работать интенсивно. Такие читать удается, даже через века после смерти. Бр-р-р!

— А что так?

— А ты знаешь, что, в основном, удается прочитать? Обычно, это мысли всяких придворных интриганов. Представляешь, некий граф — весьма неглупый, заметь, — целыми днями сидит и думает, как бы ему половчее герцога перед королем оболгать, чтобы самому доверенным советником стать! А потом думает, каким бриллиантом украсит заднюю ногу и какой парчой обтянет верхние щупальца!