— А… — маленькие плечики снова подрагивают. — Ты об этом… да…

Блонди говорит как-то печально, но я решаю не расспрашивать дальше. Сразу понятно, что в этим её «парнем» что-то явно не так. Зачем бередить рану?

— Слушай, если хочешь… — шепчу возле её ушка. Какая же у неё охрененно нежная кожа, так бы и целовал… — Я помогу тебе его забыть…

— Не надо! — всхлипывает. — Просто уйди! Оставь меня в покое! Дай побыть одной!

— Ну уж нет. Я тебя тут одну не оставлю. Знаешь, сколько на этой тусе таких как Гера? — «или как я?» мысленно добавляю.

— А чем так плох этот Гера?

— Он тебе возбудитель в воду подлил, — шепчу негромко. — Ты не поняла?

— ЧЕГО?! — она вспыхивает, резко оборачивается и толкает меня в грудь с такой силой, что я с трудом могу удержаться на ногах. — А ты, значит, знал?! Знал и воспользовался?!

— Лучше думай в том ключе, что я тебя спас, — хмурюсь. Я и сам склоняюсь к такой мысли. В таком состоянии её в любом случае кто-нибудь бы трахнул. А я… по крайней мере, со мной ей было хорошо. Даже не хорошо! Со мной ей было охуенно!

— Ты совсем дебил?! — кричит, краснея.

Выходит из душа и стаскивает с себя мокрую одежду, беря с полки полотенце. Тут же залипаю на плавных формах её тела, которое я толком не успел рассмотреть. Тонка талия переходит в покатые бёдра. Кожа такая нежная, молочная, кое-где тронута загаром. Жаль только, что это зрелище слишком быстро скрывается под большим полотенцем, которое она завязывает у себя на груди.

— Ты чего такая злая? — пытаюсь разрядить обстановку. Несмотря на то, что я сказал ей ранее, я вовсе не прочь повторить наш опыт ещё несколько раз.

— Ты серьёзно?! — снова раздражается. — Какой-то левый парень лишил меня девственности на какой-то пьяной вечеринке! И ты спрашиваешь, чего я такая злая?!

— Девственность переоценивают, — цежу сквозь зубы. — По крайней мере, ты кайфовала!

— Ой, да конечно! Под «возбудителем», или как там эта отрава называется, кто угодно бы кайфовал! Ты не сделал ничего особенного! Мне, вообще, не понравилось!

— Ну ты тоже не особенная просто потому, что раньше ещё никому не давала!

Она стреляет в меня испепеляющим взглядом и тут же отворачивается.

Я вру ей. У меня ещё никогда не было девственницы. И это дико возбуждает… как только думаю о узкой пиздёнке, что так сладко сжимала в тисках мой член, ниже пояса снова твердеет и ноет от желания. Ещё никто не делал с ней этого! Я первый… всё для меня! Сука, это цепляет! Но вслух я, конечно, ей этого не скажу.

Этот её взгляд… Она же смотрит на меня, как не дерьмо! Ещё и бесит, что отрицает очевидное! Я видел, как она кончала. У неё чуть ли не искры из глаз летели! А теперь пытается убедить меня в том, что ей что-то там не понравилось?! Хрена два я поверю!

— Эй! А ну отдай мою худи! — вижу, как она быстро поднимает с пола мою одежду, и натягивает её на своё всё ещё влажное тело.

— Иди в жопу! — миленькие щёчки снова гневно раздуваются.

Что ж… это я не прочь! Пойти к ней в жопу. Вот только боюсь, она будет сопротивляться…

— Мне идти не в чем! — добавляет.

— А я что, голый должен ехать? — хмурюсь, вытирая грудь и плечи полотенцем. Джинсы насквозь промокли под душем и теперь хлюпают при каждом движении.

— Раньше надо было думать! До того, как ты нас под душ затолкал!

Малышка опускается на корточки и вынимает из сумки телефон. Тычет на экран, а потом издаёт нечто среднее между всхлипом и стоном.

— Чёрт… в этой глуши даже интернет не работает! Я такси не могу вызвать!

От вида её растерянной мордашки у меня внутри что-то ёкает. Обычно, я не подхожу до дома сучек, которых трахаю… Обычно я их имена забываю быстрее, чем выхожу на улицу… Но сегодня у меня как-то всё необычно. Эта крошка вовсе не сучка. Просто милая, рассерженная малышка, которой не посчастливилось встретить меня на этой скучно тусе… Блядство! И к чему эти запоздалые угрызения совести?

— Ладно, давай я тебя подвезу, — предлагаю.

Так странно, но мне даже хочется узнать, где она живёт. Может, потом ещё разок-другой приглашу её куда-нибудь? В конце концов, надо, ведь, доказать ей, что я и без действия препарата могу показать ей небо в алмазах?

— Вот ещё! — неожиданно сопротивляется она. — Не хочу, чтобы ты знал, где я живу!

— Серьёзно? — меня словно ледяной водой окатывает. Вот же стерва!

— Серьёзно! — раздувает щёки от негодования. — Я хочу поскорее забыть всё, что тут было! И тебя — тоже!