Шрифт:
Тачки Вики нет. Видимо, она тоже укатила.
Решила Полину подвести? А та с ней поехала? Блядь, мачеха, конечно, та ещё шлюшка. Её даже соблазнять не надо. Если бы я дал ей волю, она бы сегодня же на меня запрыгнула. Может, у неё расстройство какое-то? Нимфомания?
И почему отец мирится с таким поведением? Неужели всё из-за денег?
Вздыхаю, выворачивая с придомовой территории.
Еду, лениво глядя по сторонам. Сворачиваю за угол, а потом ещё раз, и… минут через пять внезапно вижу ЕЁ.
Полина сидит на лавочке на одной из дальних остановок общественного транспорта, и, положив лицо в ладони, всхлипывает, вздрагивая своими хрупкими острыми плечиками…
Пальцы сильнее сжимают руль. Сука, Даня, просто проезжай мимо! Не нужно тебе останавливаться! Нельзя!
Не снижаю скорость, но постоянно кошусь на Полину в зеркало заднего вида.
Пипец. Сердце словно ножом режет. Я думал, она просто взбесится из-за той сцены с мачехой. Хотел, ведь, просто показать ей, что я — совсем не тот, по кому нужно страдать! А на деле… снова заставил её плакать.
Сцепляю зубы и торможу.
Круто разворачиваю тачку на пустой дороге, и возвращаюсь к одинокой фигурке на лавочке.
Три минуты, и я около неё. Останавливаюсь и опускаю стекло.
— Садись давай, подвезу до колледжа, — стараюсь говорить небрежно, а у самого в груди ноет.
Полина вздрагивает и поднимает на меня заплаканное личико.
— Свали! — кричит на всю улицу. — Видеть тебя не хочу!
Демонстративно отворачивается и складывает на груди руки.
Закатываю глаза. Ну супер. Теперь ещё и спорить со мной будет.
— Можешь ненавидеть меня внутри машины? — спрашиваю.
— Нет!
— То есть в машине ты меня не ненавидишь? — уточняю.
— Ненавижу, — бурчит. — Отстань, Дань. Что пристал?
— Ты плачешь, — добавляю в голос холода. — Хочу помочь.
— А тебе разве не всё равно? — поднимает на меня грустный взгляд. Нижняя губка у неё предательски трясётся. А меня снова до костей пробирает.
— В колледж опоздаешь, — отвечаю невпопад. — Кому от этого будет лучше? Ещё и мокрая вся…
Открываю перед ней дверь.
— Садись уже.
Полина смеривает меня хмурым взглядом, а потом вздёргивает нос и заявляет:
— Ни за что!
Эта ситуация уже начинает меня бесить. И долго я её упрашивать должен?
Резко открываю дверь и выхожу.
Обхожу тачку и распахиваю пассажирскую.
Потом, не обращая внимания на Полинины крики: «пусти, придурок» и «помогите, похищают!», хватаю её за локоть и заталкиваю на сидение.
С яростью захлопываю дверь и блокирую замок.
Сажусь на своё место.
— Ты совсем больной?! — верещит сестра. — Сказала же, оставь меня в покое!
Ничего не отвечаю, просто газую.
Больной… да, это про меня. И боюсь, Пончик, ты совсем не помогаешь мне излечиться!
Глава 25
Полина
— Как прошла лекция? — спрашиваю Милу, встречая её в коридоре.
— Ну… скучно, если честно. А у тебя?
— Вроде бы, ничего, — вздыхаю, пожимая плечами. — Английская литература девятнадцатого века весьма увлекательна!
Я преувеличиваю. Конечно, мысли мои были вовсе не о литературе девятнадцатого века. Я, вообще, с трудом сконцентрироваться могла. Даня снова сводит меня с ума. До сих пор не могу отделаться от мыслей о нём и матери. Что, если я настолько в нём ошиблась? Господи… Может, он так мстит мне за что-то? Вот только что я ему сделала?
Рассеянно идём по коридору в сторону физры, как, вдруг, впереди замечаю широкоплечую фигуру старшего брата. Он, с его командой придурошных футболистов возвращаются с улицы.
Хватаю Милу за руку и тут же тяну в противоположном направлении. Не хочу с НИМ снова встречаться!
— Ты куда? — удивлённо переспрашивает Милана.
— Давай другим путём пойдём, а?
Петляю по коридорам, чтобы пройти к спортивному залу по дублирующему коридору. Сердце так и бьётся в груди. Чёртов братец! Как же просто, оказывается, бывает сделать шаг от любви к ненависти…
— Полин, ты мне, может, быть расскажешь, в чём дело? Что там у вас с Даней? — с беспокойством спрашивает Мила.