Полностью освободившись от оков, я с наслаждением потягиваюсь и задумчиво оглядываю пленников.

– Ну скорее, что ты медлишь! Освободи меня! – орет какая-то девица, подергиваясь в мою сторону.

– Если вы все сейчас же не заткнетесь, я просто уйду отсюда, – холодно предупреждаю я, с трудом сдерживая раздражение. К тому же, спина начинает саднить с новой силой.

По переменке награждаю каждого мрачным, решительным взглядом. В полнейшей тишине направляюсь к близнецам. Они, кстати говоря, ведут себя довольно скромно и требований не предъявляют, в отличие от некоторых обнаглевших людей. Вынимая из-за голенища сапога кинжал, принимаюсь за их оковы.

Интересно, где теперь искать меч? Его-то сектанты забрали, похоже, еще в тот момент, когда нашли меня, без сознания на полу зала.

Темноволосая девушка настороженно наблюдает за моими действиями, но, помня об угрозе, заговорить не решается. Разбираясь с упрямыми металлическими креплениями, болтами и заклепками, я начинаю сомневаться в правильности своего поступка.

Наверное, стоило освободить всех остальных, только потом приниматься за близнецов и вместе с ними отсюда уходить. Теперь же придется как-то убеждать их дождаться меня, пока помогу другим. И в этом мой промах! С какой стати ребятам верить мне? Особенно, после того, как я повысила голос. Однако рассказывать правду сейчас нет времени, да и место со множеством свидетелей, которые вновь могут оказаться в руках сектантов, к подобным откровенностям не располагает.

Как сложно все делать в одиночку! Привыкла, расслабилась, зная, что всегда кто-то может помочь, поддержать, взять часть обязанностей на себя? Что ж, пора отвыкать и учиться все делать самой.

– Как тебя зовут? – спрашиваю, решая, что пора как-то налаживать отношения. А что обстановка жутковатая и ситуация стрессовая, так даже лучше!

– Зачем тебе? – грубо отзывается девушка, продолжая следить за мной с прежней настороженностью, как будто я не освободить ее пытаюсь, а на кусочки порезать.

Ох, черт, а что если эти двое даже из города уходить не захотят? Что я тогда делать буду?!

– Как зачем? Чтобы обращаться к тебе по имени. Или мне стоит присвоить вам номерки?

– А зачем обращаться? Ты нас все равно больше не увидишь.

– Я могу, конечно, освободить вас и бросить на произвол судьбы, – задумчиво говорю, как будто действительно такой вариант существует. – Но с тем же успехом я могла бы прямо сейчас уйти, никого от стены не отцепляя. Вас же все равно схватят эти маньячные сектанты!

– И что ты предлагаешь? – с еще большей враждебностью спрашивает девушка.

– Предлагаю свою помощь, чтобы выбраться из города, – говорю я, наконец избавляя девушку от оков. Отираю со лба выступивший от усердия пот, поворачиваюсь ко второму близнецу. Оказывается, парень все это время прислушивается к нашему разговору. В отличие от сестры, смотрит на меня не враждебно, скорее, с любопытством. – А тебя как зовут?

– Но зачем тебе все это нужно? Зачем ты нам помогаешь? – не унимается девушка.

– Шей, – тем временем представляется парень, слегка улыбаясь.

– Приятно познакомиться, – я улыбаюсь в ответ, принимаясь за освобождение его правой руки.

К сожалению, если и дальше буду работать в таком же темпе, мы здесь провозимся до самого рассвета и наверняка дождемся появления остальных сектантов.

– Меня зовут Алиса. А помогаю просто потому, что не хочу смерти всех этих людей. – Я неопределенно киваю куда-то в сторону. И это правда. Не будь мне так нужны близнецы, все равно бы освободила, как и остальных, не особо терпеливо дожидающихся очереди.

– Вивилла, – наконец представляется девушка.

– Но мы зовем ее Виль, – замечает Шей, хитро поглядывая на сестру.

– Но ты, Алиса, можешь обращаться ко мне именно «Вивилла», – раздраженно повторяет девушка, окидывая Шея испепеляющим взглядом. Увлеченная сражением с оковами, я не вижу этого, однако прекрасно чувствую.

Что ж, по крайней мере, они назвали свои имена.

В расчетах я немного ошиблась. Чем дальше, тем быстрее идет дело. Близнецы терпеливо дожидаются меня, а временами даже пытаются помогать. И пусть толку от них никакого, их желание взяться за дело меня радует.

Некоторые освобожденные после короткой разминки в затекшем теле спешат покинуть зал в одиночку. Другие дожидаются то ли друзей, то ли просто какой-либо компании, чтобы было не так страшно выбираться из логова врага.

Я никого не останавливаю. Освободив очередного пленника, перехожу к следующему. В конце концов, на то, чтобы позаботиться о себе, у них есть свои собственные мозги. Вот если б у меня спросили совета или попросили о помощи (именно попросили, а не потребовали, как пытались делать в самом начале), тогда я бы, конечно, не отказала и предложила пойти вместе. А так… не уговаривать же взрослых людей слушаться меня, в самом деле?