«Нет, — думает Эрика, — не скажу я этому чудаку, этому нестабильному субъекту, что «Слияние» сейчас считает, что Уоррен, по всей вероятности, находится в Иране». Она снова осматривает квартиру, пытаясь получить более четкое представление об этом мужике, но здесь полная противоположность жилью реальной Кейтлин, оставившей отпечаток личности буквально на всем. Эта жилплощадь, пуританская в своей простоте, безлична. Обстановка эквивалентна белой рубашке с угольно-черным галстуком.

— К чему это все, Джастин? Вы пытаетесь завалить проект?

Он раскручивает бокал, так что кубик льда позвякивает.

— О, я бы с радостью вас остановил, люди, уж поверьте, если б только мог, — потому что это способ вложить вам и ЦРУ в руки слишком, слишком уж огромную власть. Этому действительно надо положить конец. И вы ведь понимаете, не так ли, что ЦРУ всегда будет брать больше, чем давать? Контора ищет легальный способ протащить свою глобальную игру на родину на долгие годы. «Слияние» и есть этот способ. Они вас используют. Вплоть до того, что закрывают глаза на всю вашу побочную деятельность.

— Побочную деятельность?

— А сколько именно вам известно? — Амари склоняет голову к плечу. — Сколько Сай вам говорит?

— Мы делимся всем без исключения.

— Тогда вы такая же большая преступница, как и он.

На нее вспышками обрушиваются непрошеные образы: ее возлюбленный шпарит Соню, выражение обоих лиц, округлившийся рот Сони, ее растопыренные пальцы на столешнице, случка кобеля и суки, двух гадов, стоящих друг друга…

Пристально наблюдая за выражением ее лица, Джастин перестает болтать айсберг в бокале.

— Меня не интересует ваше мнение об «Уорлдшер», Джастин.

Он выпучивает глаза.

— Так вы не знаете!.. Пожалуй, и вправду нет. То-то я всегда гадал…

— О чем это вы?

— Даю подсказку: «Вирджиния глобал текнолоджис». Ваша маленькая подставная компания на Кайманах.

— Я все знаю об этой компании.

— Значит, вы знаете, чем она занята?

— Это маленький филиал. Из-за налогов. Стандартная практика.

— Ага, стандартная — служить прикрытием, чтобы все выглядело так, будто технологии, которые вы продаете враждебным государствам, созданы не в Америке.

— Чушь! — Она трясет головой.

— А в обмен выкупаете личные данные. Людские секреты. По всей планете.

— Вы только что это выдумали. Ничего не понимаю. — Но на самом деле ее сердце бьется чаще.

— А в Управлении, — не сдается Джастин, — некоторые знают все это; знают, что вы нарушаете закон США и в обход международных санкций поставляете шпионское ПО военного уровня России и Китаю, а мы все равно с вами работаем! А почему? Потому что вынуждены. У вас есть то, что нужно нам. Мы всегда поддерживали коррумпированные режимы за рубежом, если они помогали нам осуществить наши глобальные амбиции, так что теперь поддерживаем коррумпированные режимы внутри рубежа. Так что мне очень жаль, что придется разочаровать вас к херам, Эрика.

Джастин делает паузу и ждет, глядя на нее поверх бокала.

— На самом деле я не думаю, что вам обо всем этом известно, — резюмирует он. — Это роли не играет, потому что, по-моему, вы в конечном итоге такой же нравственный банкрот, как и он. Человек может понимать, что что-то не в порядке, не зная подробностей, игнорируя доказательства. Так или иначе, если у вас осталась хоть крупица отваги после того, как всем засранцам засранец десять лет пинал вас из огня да в полымя, тогда сделайте вот что: помогите нам найти Уоррена Крю. У вас есть техника и доступ. Докопайтесь до засекреченных файлов по Уоррену, которые скрывает ЦРУ, и передайте эту информацию сознательному гражданину. Вроде меня. Дайте ее мне. Или Сэм. Но только поступите правильно. Воспользуйтесь мощью, которой еще не лишились, чтобы сделать нечто действительно достойное.

Ей надо бы уйти, бежать домой, позвонить Саю, предупредить его… Но Эрика не трогается с места.

— Даже… — выдыхает она. — Даже, если я… если б я хотела… вы ничуть не хуже меня знаете, что у нас нет прямого доступа к засекреченным файлам ЦРУ. Мы уже пытались добыть досье Уоррена Крю, а в результате вы втроем нагрянули в гости.

— Я могу сказать вам, как это сделать. — Джастин дарит ей улыбку.

Эрика смотрит на него, на человека, готового предать родную страну.

— Так что тогда мешает вам сделать это самому? У вас более свободный доступ, чем у нас. Ведь вы и есть долбаное ЦРУ.

— У меня нет допуска проходить сквозь все стены. А угадайте, у кого есть?.. У «Слияния». Ага. Ваши команды хакеров могут сделать это исподтишка, так что ЦРУ даже не догадается о случившемся. Ситуация беспроигрышная.

— Я вас не слушаю.

— Ой, Эрика, по-моему, наоборот.

— Вы с ума сошли. Предлагаете, чтобы я лично приказала хакнуть базу данных нацбезопасности? Для вас?

Его фарфоровые виниры [65] сверкают довольно симпатичной улыбкой.