Впервые мы остановились, уже когда стемнело. Продвигались медленно, так как колеса телеги проваливались и застревали в сугробах. Лошади громко фыркали, уставшие и замерзшие.

– Я хочу в туалет, - впервые за все время я подала голос.

– Эй, Кортис, отведи даму в кустики, - тот, к кому обращались сплюнул на землю, давая понять, что не в восторге от предложения.

Грубо схватив меня, поднял на ноги и потащил в сторону леса. Я несколько раз упала, так как ноги совсем не держали. Руки связаны и подняться без помощи не могла. Кортис смачно выругался и снова вздернул меня на ноги. Затем толкнул в глубь.

– Давай поживее, - встал с широко расставленными ногами, руки на поясе.

– Освободи мне руки, я не справлюсь, - я жалобно посмотрела на него.

Он явно сомневался стоит ли это делать, несколько раз обернулся, но все-таки достал нож и резанул веревки.

– И без глупостей, поняла?

– Ты что же будешь смотреть? – я состроила из себя смущенную принцессу.

– Слышь, мне это не нравится! – яростно прошипел Кортис.

– Пожалуйста, я же девушка. Я не смогу убежать, ноги связаны.

Уж не знаю, что повлияло на его решение, но он нехотя отвернулся.

Я насколько смогла быстро удалилась подальше от него. Мне нужно найти хоть что-нибудь из корешков или растений. Найдя дуб, я присела и стала руками разгребать снег, добираясь до земли. Пальцы коченели, огонь уже не так согревал меня. Я торопилась, постоянно кидая взгляд на своего тюремщика. Добравшись до промёрзшей почвы, стало и ее разрывать. Было сложно, она покрылась толстой коркой инея. Накопав небольшую горстку, я прижала ее к себе как спасительное лекарство от смертельной болезни. Ледяными руками зачерпнула горстку снега и попыталась растопить, чтобы смыть грязь под ногтями. Стихия не отзывалась. Я чуть не заплакала от отчаяния и страха.

– Ты чего так долго? Давай выходи или я сам приду за тобой, - грозный окрик придал мне сил и снег в моих руках растаял. Смыв немного грязь с рук, свою нужную горсточку я спрятала в подол платья. Перед этим обмотав в кусочек ткани от нижний юбки, она легче всего рвалась. Готово. Следующий поход «в туалет» мне нужен у водоема. Надеюсь, что он будет на нашем пути.

Меня повели обратно к повозке, где уже разбили лагерь. Развели костер и уселись вокруг не менее дюжины бандитов. Что ж, уже хорошо, что не двадцать и не больше. Вьюга прекращалась. Воздушная стихия утихла, не слушаясь меня. С чем это связано я не понимала. Пустоты я не ощутила, но и призвать не получалось, она словно сжалась в комок внутри меня. Небольшой огонек теплился еще в сердце, поддерживая мою температуру.

Мне кинули миску со сгоревшим куском мяса, который невозможно было откусить. Словно кусок необработанной кожи. Бросив бесполезные попытки, я выплюнула его обратно в тарелку. Меня снова связали и кинули в телегу. Рядом уселся еще один похититель. Полагаю, это охрана на ночь. Я скептически осмотрела сидящего. Этот оказался не таким здоровым. Возможно, что мое снадобье с ним справится в первую очередь. Я прикрыла глаза.

«Лея, маленькая моя, я иду за тобой, ничего не бойся!»

Теплое прикосновение к щеке, родной аромат окутал. Стало хорошо и спокойно. Темные глаза любимого смотрели прямо в душу. Он улыбнулся. Но вдруг взгляд остекленел, а с губ сошла улыбка вместе с капелькой крови. Арон! Нет!

– Чего орешь, дура! – меня пнули сапогом в солнечное сплетение, от чего я на миг задохнулась. Больно до искр в глазах.

– Давай просыпайся, сегодня поедем на лошадях. Телега дальше не проедет.

Я наконец-то смогла разогнуться. Меня вышвырнули с повозки, и я повалилась прямо в снег лицом. Даже выставленные руки не помогли удержаться.

Раздался гогот.

– Да развяжи ты ей уже руки, посмотри она же совсем жалкая. Что она сможет сделать?

Да, да…Давайте освободите меня. Я пуще прежнего начала кувыркаться в снегу, давая понять, что совсем беспомощная и слабая. Кто-то схватил меня за волосы вытаскивая из сугроба. Я закричала от боли. «Терпи, Лея! Не смей огрызнуться, они должны думать, что ты хрупкая и слабая. Держись» Я не поняла мои ли это мысли. Будто слышала их со стороны, но именно так я собиралась поступить.

Мои руки и ноги развязали. Подвели к лошади и приказали садиться. Сзади сел здоровяк все в той же маске. Ни одно лицо я не смогла разглядеть за это время. От него разило потом, а изо рта воняло тухлятиной. Меня замутило, я еле сдержала рвотный позыв. Мы двинулись в путь. Этот вонючий мужик слишком сильно ко мне прижимался, я все время отодвигалась от него, а он словно специально придвигался ближе. Мне показалось, что он несколько раз пытался провести носом у меня за ухом, но я вовремя крутила головой, рассматривая окружающую природу. Однако мне это совсем не понравилось. Вызвать похотливый интерес у него — это смерти подобно.