Получено редкое достижение: «Одним махом семерых побивахом». За уничтожение в результате одного единственного выстрела семерых сильных противников вам открывается Дополнительная Характеристика Меткость. Меткость +2.

И снова я в поезде Москва-Ленинград трясусь. А, нет, по маршруту с таким названием я в первый раз еду, до этого же только в Петроград мотался. Ну, это, если с формальной точки зрения подходить, конечно. А так, все каким-то родным и знакомым под настроение казалось. Даже табачный дым не так раздражал. Ехал и свою ненаглядную вспоминал. Обязательно вернусь, родная, ты, главное, жди меня.

Оказавшись в Ленинграде, прямо с вокзала, отправился в военную комендатуру Ленинградского укрепрайона. Именно войсками этого укрепрайона командовал мой будущий главный командир, Василий Константинович Блюхер, туда мне и было Егоровым предписано прибыть, как только разберусь со всеми своими семейными делами.

— А зачем ты сюда приехал? — Дежурный командир, принимавший меня в комендатуре, только недоуменно повертел письмо, которое дал мне мой комбат Егоров при расставании. — Красные маги в Вайялово расквартированы, езжай туда, парень.

Название это ни о чем мне не говорило, поэтому я еще несколько минут потратил, пытаясь получить от этого кавалериста с тремя кубиками на шевроне важные «секретные» сведения, где именно это самое Вайялово расположено. Наконец, чуточку потешив ЧСВ, дежурный пошел на милость и позволил взглянуть на карту ленинградского округа. Хм, все дороги ведут в Рим. В моем конкретном случае в качестве «Вечного города» выступала все та же Гатчина. Вайялово оказалось крохотной деревушкой практически на северо-восточных ее окраинах.

И снова ночевка на вокзале. Даже попытался снова тех самых гопников, напавших на меня во время моей первой поездки в Гатчину высмотреть. Нет, ни одной знакомой рожи не обнаружилось. Не то попались кому-то менее сердобольному, чем я, не то просто на выходном. В то, что эти уголовники занялись честным трудом, я решительно не верил, такие уже неисправимы.

В этот раз повезло проехаться практически на действующем музейном экспонате. Старенький маленький паровозик, дымящий, тем не менее, в точности, как большой и более сильный его собрат, вытянул на перрон, под посадку, десятка полтора таких же маленьких и кургузых вагончиков с открытыми площадками переходных тамбуров. Раритет даже не позапрошлого царствования, а как бы ни времен Александра Второго, Освободителя. Но, тем не менее, этот раритет еще ездит, а в вагончиках обстановка была, хоть и сильно «поезженная», но выглядящая куда более богато и удобно, по сравнению с обычными пригородными, третьеклассными вагонами.

Не знаю, как вы, но лично я сильно удивился, тому факту, что, оказавшись в благолепии деревянных панелей, рельефных бронзовых накладок и прочего антуража достатка, даже куряки начали выходить подымить на площадки открытых всем ветрам тамбуров, а крикливые тетки приглушали свои голоса. Этакое наглядное подтверждение теории разбитых окон, согласно которой внешний антураж очень сильно влияет на поведение людей. Интересно, имеет ли эта теория обратное действие? К примеру, Николай Второй, помещенный на годик-другой на постоянное жительство из своего Зимнего куда-нибудь в Скобский дворец (в противоречие названию, Скобский дворец — место проживания нескольких сот мелких лавочников и рабочих), стал бы он в результате более практичным и менее манерным? Глядишь, с такой сменой места жительства негодного к управлению монарха и без революции бы обошлись.

Балтийский вокзал в Гатчине был все так же сер и немноголюден. Ну, за исключением высыпавших на тамошний перрон пассажиров, которые практически сразу же, подобно тараканам, по сторонам принялись разбегаться. Пошел и я. Неторопливо, еще и размышляя по ходу движения, не стоит ли мне еще раз заглянуть на ту сторону портала, проведать, как там одна моя знакомая четверолапая людоедка поживает. Все же решил не дразнить судьбу. И через охрану снова пробираться, и сама див неизвестно как меня нынче воспримет. У нее же инстинкты! Для развития ей надо сильных противников с магией побеждать, а договор о сотрудничестве между нами на сегодняшний день полностью исчерпал себя. А самое главное, зачем мне эти сложности? Вряд ли мне Система за повторное посещение того серого мирка отсыплет дополнительные плюшки.

Повезло! С самых окраин Гатчины, с ее обширными парками, и до деревеньки Вайялово лесопосадки продолжались. Воспользовавшись Эльфийской Тропой, я уже меньше, чем через час после прибытия на вокзал был на месте.

— Товарищ, простите, не подскажете, где тут у вас красноармейцы обитают? — Задал я вопрос первому же встреченному на окраине населенного пункта крестьянину, везущему на телеге какой-то скарб.

Тот оглядел меня исподлобья, с явным подозрением, но все же ответил:

— На том конце деревни у них казармы. Шагай по улице, там сам увидишь. — Местный житель махнул рукой в сторону ближайших домов, после чего стеганул свою лошадку и запылил в сторону ближайших посадок. — Но! Пошевеливайся, волчья сыть.

Прошагав по единственной улице деревушки, достиг нескольких строений покрупнее. В прошлой жизни, без тени сомнений, обозвал бы их бараками, но на фоне покосившихся избушек деревушки и эти бараки выглядели почти величественно.

— Товарищ, где мне можно найти командира? — Обратился я к одинокому бойцу, поправляющему в этот момент седельные подпруги своего четвероногого транспортного средства.

— Иван! Приехал! — Обернулся ко мне боец, на поверку оказавшийся одним из магов отряда.