Мою голову занимала другая проблема. Не так давно я говорил о том, что ввожу в заблуждение моих читателей по поводу Билли Одна Шляпа. Но еще хуже обстоят дела с описанием Джейн, потому что она очень красивая девушка, и нескольких дней, проведенных в ее обществе, мне хватило, чтобы влюбиться. Оставаться вдвоем на Стринджер Стейшн, имея сопровождающим одного Билли, было бы прекрасно. Но я солиситор [7] , и моя профессия имеет свои правила, одно из которых не рекомендует делать пассы возле наследницы, когда чернила, подписавшие утверждение завещания, еще не просохли.

Итак, через полчаса мы уже летели обратно. Стейнби был отличным летчиком и не болтал лишних пустяков, вроде: входите, садитесь, взлетаем, полет... Когда самолет достиг нужной высоты и Стейнби смог немного отвлечься, Джейн, перекрикивая шум мотора, спросила:

— Вы слышали когда-нибудь об аэропланах без опознавательных знаков?

— Аэропланах? — улыбаясь, обернулся он. — Только англичане называют сейчас самолеты аэропланами, а все остальные, включая австралийцев, говорят аэрокрафты, как проклятые янки. Значит, говорите, без опознавательных знаков?

— Да. Вообще без каких-либо знаков. Вообще без ничего!

— Где вы видели такой?

— Пролетал однажды над Стринджер Стейшн. «Лайтнинг».

— Да, есть тут один такой. Может быть, два.

— Это разрешено, без опознавательных знаков?

— Нет, но их хозяев трудно выловить. Всего таких самолетов, кажется, штук шесть. Хорошо известен «спитфай», есть еще два «лайтнинга», один из которых вы, вероятно, видели, потом... сейчас припомню... еще один американский, типа «грумман» сам никогда его не видел. О, еще «тайфун». Вот вроде и все. Да, еще поговаривают о «джэп зеро», но, кажется, его никто не встречал.

— Откуда они здесь?

Стейнби снова осклабился.

— Все осталось после войны. С немцами, японцами. Вы слишком молоды, чтобы помнить о ней.

— После войны?

— Ну, когда японцы были на Тиморе, достаточно было пересечь море, чтобы оказаться на СТ.

— СТ?

— Прошу прощения, это Северная территория. Как вам должно быть известно, японцы бомбили Дарвин и Брум, и все были уверены, что они перейдут в наступление. Чтобы дать им отпор, решили перевезти на север военную технику. Танки, аэропланы в ящиках, которые в случае необходимости можно быстро собрать. Но это не понадобилось, а со временем стало ясно, что и не понадобится: они так и не перешли в наступление. Все силы были брошены в другое место, в Новую Гвинею. Какую-то технику забрали, а что-то осталось здесь.

— Вы хотите сказать, что правительство Австралии просто бросило ее? — недоуменно спросила Джейн.

— Слышал, будто они забыли, куда ее свезли, — ухмыльнулся Стейнби. — А может, были слишком заняты. Во всяком случае, через три или четыре года после окончания войны большинство оставшейся техники исчезло.

— Вы хотите сказать, ее украли, не так ли?

Стейнби рассмеялся:

— Техника была, с позволения сказать, приспособлена к мирным делам, как там говорится: «Перекуем мечи на орала». В данном случае танки — на бульдозеры. А знаете, это совсем несложно, просто требуется много сварочных работ. Половина плотин на наших фермах, расположенных на СТ, сделана именно танками.

— И американцы не искали свою потерянную технику?

— Нет, леди. Они жаждали поскорее вернуться домой.

— И эти самолеты до сих пор летают? А откуда взялся «спитфай»?

— Многие давно этим интересуются. Он не был у американцев на вооружении, верно. Но я сам лично видел «спит».

— Вы знаете, кто летает на них? — спросил я. Это мог быть один из тех «лайтнингов», который участвовал в нашем похищении. И если так...

— Никто этого не знает. Страна большая, отыскать трудно.

— А если с помощью радара?

— Это чертово чудовище под названием радар! Но он есть только у военных — вооружение, принадлежащее АНЗЮС [8] , поэтому воробьи вроде меня и летают свободно. Ребята на радарах ищут в основном китайцев да русских. Всего-то и надо опуститься до трехсот футов, и радар вас потеряет. Вот кто-то и держит «спит» у себя в амбаре и катается на нем в свое удовольствие. Молодые развлекаются тем, что пролетают прямо над головами фермеров. Смешно глядеть на перепуганных людей. Затем взмывают вверх и исчезают. «Джандакот» завален жалобами.

— "Джандакот" — это частная авиакомпания возле Перта, — пояснил я Джейн.

— Там есть музей авиации. В нем самая разнообразная информация, если вас это интересует.

Стейнби был прекрасным организатором. Прежде чем отправиться за нами, он заказал два места на дневном сверхзвуковом самолете, летящем из Кунунурры в Перт. Я сказал, чтобы он аннулировал их: у нас были еще кое-какие дела в Кунунурре.

— Ладно, — сказал он. — Вы хотите остановиться где-нибудь здесь?

Отказавшись от его рекомендаций, мы нашли небольшой мотель с плавательным бассейном и кондиционерами.