Его вид бросил нас в дрожь. В черном колпаке с отверстиями для глаз, как у террористов на современных фотографиях, рука в черной перчатке, держащая ружье, нацеленное в точку где-то между мной и Джейн. Если принять во внимание, что он уже попал в две шины, стреляя из самолета в двигающуюся машину, то можно представить, как неуютно становилось от мысли, что ствол ружья теперь был направлен прямо на нас.

Пропеллер замедлил движение, защелкал и остановился. На землю один за другим спрыгнули трое. На них были такие же черные колпаки и черные перчатки, как и на первом, все были одеты в джинсы и грубые полотняные рубашки. Двое держали пистолеты, а третий — короткоствольное ружье. Это напоминало вторжение пришельцев из космоса.

Ружье дернулось в сторону, приказывая нам двигаться. Посмотрев на Джейн, я увидел, что она колеблется.

— Мы должны, — сказал я, и Джейн слегка кивнула, ее лицо напоминало застывшую маску.

Еще взмах ружья — приказ идти по направлению к «тойоте». Когда мы подошли к машине, голос произнес:

— Снимайте колеса.

— Кто вы и куда мы собираемся? — крикнул я.

— Заткнись! Снимай колеса.

Это была ужасная работа. Стояла страшная жара, а на нас не было шляп. Пот стекал по рукам и лицу. Вскоре вся одежда промокла. Все, к чемумы прикасались, было раскалено. Поднимать домкратом грузовик — тяжелая работа при любой-то температуре, а тут требовалось еще открутить множество гаек и болтов. Хорошо хоть, все трое ушли в тень дома, оставив нас одних. Конечно, они были абсолютно спокойны: ружье еще в воздухе показало нам, на что способно.

Джейн работала так же упорно, как и я, может быть, даже с большим остервенением. Внезапно в ее голосе прорвалось отчаяние:

— Надо что-то делать!

— Мы ничего не можем.

— А что, если я заведу машину?

— Я видел, они вытащили ключ.

— Ну и что? Если приподнять капот, можно замкнуть цепь.

— Ради Бога, не надо! — запротестовал я.

Но она все же попробовала. Едва ей удалось немного приподнять капот, тут же над ней просвистела пуля, и Джейн торопливо опустила крышку.

— Они не собираются убивать нас. Иначе они бы это уже сделали. Нам надо подождать, — сказал я.

Но сам я в сказанное не верил. Незнакомцы, их маски, самолет без всяких знаков, набор оружия — все это не оставляло надежды.

Скорее всего Джейн тоже мне не поверила.

— Черт побери, прекрати успокаивать меня! — шипела она. — Думай.Почему мы снимаем с «тойоты» колеса? Потому что им нужен грузовик! Зачем он им понадобился? Каким будет ответ?

Ответа у меня не было. Была лишь скоба в руке да маслопровод в футе от моего носа.

— Если я соединю это с этим, — спросил я, — что потом?

— Могут выйти из строя тормоза, — ответила Джейн. — Но не вижу, что это нам даст.

С трудом я поднял переднее колесо, — оно было чертовски тяжелым. Но в моем затуманенном мозгу мелькнула мысль:

— Если мы испортим самолет, они завязнут здесь.

Джейн взглянула на меня.

— Контролирующие поверхности, — сказала она.

— Что?

— Створки, руль — все крепится на шарнирах. Если хорошенько садануть по рулю, у них будет много осложнений.

— Хорошая идея, — сказал я, посмотрев на инструменты.

Когда наконец мы закончили отвинчивать колеса, я засунул за пояс ремня двадцатидюймовый ломик. Медленно, еле передвигая ноги, мы отправились назад к дому. Наш путь лежал примерно в десяти ярдах от самолета. Можно постараться незаметно несколько сократить расстояние, а поравнявшись с ним, Джейн должна упасть в обморок, что вполне естественно для белокожей женщины, да вдобавок только что прилетевшей сюда. Это должно отвлечь их внимание от меня, а я тем временем вытащу ломик и кину его в руль.

Совсем обессиленные, мы приближались к самолету. Бандиты в тени наблюдали за нами. С яркого света смотреть на то, что делается в тени, трудно, но мне показалось, я заметил блеснувшие стекла бинокля.

Тем временем мы почти подошли к самолету, до его хвоста оставалось не более пятнадцати ярдов. Сломать его — и они наверняка завязнут здесь. Им придется проделать долгий путь до Кунунурры на старой «тойоте», там их могут заметить и опознать.

Десять ярдов.

— Давай! — сказал я Джейн.

Она упала, а я выхватил инструмент и побежал к самолету, но не успел преодолеть и шести ярдов, как раздался свистящий звук пули, попавшей в мой ломик. Руку пронзила боль, и я уронил лом. Следом за выстрелом раздался властный голос:

— Вперед! И без фокусов!

Да у нас больше и не было сил ни на какие фокусы. Меня под неусыпным оком пришельцев послали к грузовику принести проколотые шины, потом мы с Джейн начали, их ремонтировать. Одному мне бы это ни за что не удалось сделать. Я обливался потом, руки ныли, особенно та, в которой был зажат лом. А Джейн, кажется, умела все. У нее были хорошие руки и необходимые знания.