— Хорошо? – не поверила я своим ушам. – Чего же тут хорошего?

— То, что мы на концерте, и тут толпа народу. Чуть меньше, чем внизу. Но все равно это место не подходит для секса. Тем более для первого. Но…

Он сделал выразительную паузу и прищурил на меня бесстыжие глаза. Этот взгляд бил по мозгам сильнее коктейлей.

— Но… — нетерпеливо повторила я, побуждая его продолжить.

— Но это идеальное место для поцелуев. Ты будешь со мной целоваться, Валер?

— Валер? – скривилась я, услышав такой противное подобие своего имени.

— Просто целоваться, — напомнил Клим о главном. – Никакого секса.

Его губы приближались, и я больше не хотела отодвигаться, отказаться.

— Да, никакого секса. Просто целоваться, — эхом повторила я девиз Клима на сегодняшний вечер.

— Супер, — выдохнул он и наконец поцеловал меня как следует.

А я наконец позволила себе ответить так как хотела. Кажется, Клим не ожидал такого отклика, и тихо простонал, не разрывая поцелуя. Мне невероятно понравился этот звук. Я подвинулась ближе, запустила руки в темные волосы Стерна.

Мой мир теперь ограничивался этим диваном. Где-то на фоне пела Фрейя, а рядом шумела толпа, но моя душа улетала куда-то далеко. Кажется, я кончала много раз от одних поцелуев. Или это был моральный оргазм. Черт знает. В какой-то момент мне показалось, что я потеряю сознание от удовольствия. Так прекрасно было целоваться Климом, ощущать его руки, которые то гладили меня, то крепко обнимали.

И в какой-то момент я перестала соображать. Мир для меня померк, а сознание блуждало в лабиринтах темного удовольствия, спонсором которого был Клим Стерн.

Кажется, я больше не была против пополнить его коллекцию.

Кажется, он уговаривал меня не делать этого.

Кажется, мы куда-то пошли или даже поехали, а потом Клим снова о чем-то просил.

Я бунтовала и требовала его губы обратно, его руки снова себе.

Кажется, мне стало невыносимо жарко в одежде, и я срывала ее с себя рывками. Кажется, Клим ласкал мою грудь, а я стонала, как шлюшка.

Но мы ведь были в клубе?

Или больше не были?

В любом случае, мне было так хорошо.

А потом сразу плохо. Слава богу, плохо было недолго, потому что я просто отключилась.

Глава 3.«Рэдиссон» навсегда

Я проснулась из-за вибрации телефона. Он жужжал где-то рядом. Понимая, что не в состоянии даже разлепить глаза, я нашла его рукой, на ощупь сняла трубку.

— Надеюсь, ты с горячим парнем в постели, юная леди. Иных оправданий отсутствия тебя дома всю ночь я не принимаю.

— Мама, я не с парнем…— автоматически начала возражать я, едва ворочая языком.

Но тут же осознала, что я понятия не имею, где нахожусь, с кем, и почему не добралась до дома.

Голова была тяжелой, но я все же поднялась и разлепила глаза. Дар речи пропал. Я бы снова потеряла сознание, но мамин голос требовал вменяемых ответов.

— Лера, не молчи. Ты в порядке? Что случилось? Где ты?

Вскочив с кровати, на которой мирно спал Клим Стерн, я стала озираться в поисках одежды. Но нигде в шикарной спальне моих вещей не было. А сама я была в одних трусиках.

Святой Боже и Вседержители!

Я помчалась из комнаты, надеясь найти одежду в другом месте. Стараясь не паниковать, стала врать маме. Обычно я этого не делаю, но правду сказать язык не поворачивался. Во всяком случае сейчас.

— Мы вчера в клубе немного выпили. Я у Лены ночевала. Мне не очень удобно говорить, у нее тут все еще спят.

— А, ну ладно, — сразу же успокоилась мама. – Надеюсь, мальчики в клубе были?

— Были, — призналась я.

Ох, еще как были. Что же я наделала?

— Мам, совсем неудобно говорить. Давай вечером.

— Да-да, конечно. Тебе в любом случае пора собираться на занятия.

— Я же в центре. Тут близко.

— Ох, действительно. Тогда сделай зарядку. Или прими душ контрастный. С похмелья бодрит.

Она хихикнула, а я только проворчала:

— Вешаю трубку.

Я прошла по небольшому коридору и оказалась в просторной гостиной. Вздох восхищения сам собой вырвался из горла. Потрясающая квартира. Наверно, такой и бывает пентхаус изнутри.

Подойдя к окну, я снова застонала от восторга. Вид на город был потрясающий. Москва-река, мост, пристань. Наверно где-то справа гостиница Украина, которая сейчас Рэдиссон.