В своей статье «Отражение колебаний жизни во второй сигнальной системе» её автор В.А. Головин задавал вопрос: «Однако, до сих пор ученые языковеды упорно нам твердят, что все наши слова «случайно попавшие звуки», и «никакой внутренней обусловленности соединения звуков с вещью нет» /«Совр. русск. язык» изд. 1954 г., стр.47/.

Неужели родник народного творчества – мутный и ржавый родник?

Неужели нельзя верить в силу слов народа?

И неужели мы любим великий и могучий хаос «случайно попавших звуков»?»

Из естествоиспытателей активно исследовал слово физиолог академик И.П.Павлов.

Он пришел к выводу: «…слово составило вторую, специально нашу, сигнальную систему действительности …» /И.П.Павлов, Пол. собр. соч. т.3, кн.2, стр.335/.»

В свете нового массива обоснованных учёными знаний, язык рассматривается как система. Логично предположить, что звуки и слоги не были «случайно попавшие звуки», а подбирались творцами слов по одному из принципов Гермеса Трисмегиста «что вверху, то и внизу», то есть по подобию вибрациям вселенной, которая создана по определённым и чётким законам. Логично искать закономерности, симметрии в звуковом устройстве языка, как системы, отображающей устройство мiра. Эту идею хорошо иллюстрируют мантры и исцеляющие заговоры, содержащие в себе определённую мысль и технику их произнесения, озвучивания. Звук, вибрации человеческого голоса доносят до нас более объёмный смысл, нежели печатное слово. И тогда понятно, что не хаотично, а на основе сочетания несущих смысл звуков, сложения слогов, создавались слова, описывающие объёмную картину мiроустройства:

Из приведенных примеров следует, что появление того или иного слова (радуга, Волга) внутренне обусловлено устройством мiра, и поэт может увидеть и показать закономерности, взаимодействия и глубинные смыслы, скрытые в словах.

Существование поэзии определено желанием отобразить гармонию вселенной, украситься симметричными конструкциями, но симметрия здесь не жесткая, а созданная по принципу похожести, вариативная. Рассмотрим эту тему подробнее.

Поэзия – осмысленная речь, кристаллизованная созвучиями, ритмическими структурами, определённой композицией, её высшее, по мысли древних, предназначение – уподобиться красоте космоса и возвысить слушателя своей красотой.

Основное место в поэзии принадлежит композиции. За композицию отвечает симметрия. Суть симметрии – это повторение и отображение одинаковых (похожих) частей.

Ритм – классический пример трансляционной симметрии, повторения.

Рифма – вид примерной трансляционной симметрии и вид звукового подобия.

Силлабический тип стихосложения определяется примерно равным количеством слогов в рифмующихся строках, тонический – чередованием ударных слогов, ритмом:

Русский тип стихосложения называют силлабо-тоническим. Определённые правила повторения элементов составляют гармонию стиха, красоту звучания и начертания, ритм и рифму, схожесть структур строф, уподобляя их структурной красоте небесных сфер.

Такие явления гармоничной организации произведений виды сразу. А если поискать скрытую симметрию, симметрию смыслов? По утверждению великого Вольфганга фон Гёте, «всякая композиция основана на скрытой симметрии».

Наличие разных видов симметрий в нашем мире, не могло не отразиться на словарном составе языка. Исследователями найдены и показаны те звуковые отображения устройства нашей вселенной, те противоположные явления действительности, которые даны, но спрятаны в изменчивости слов.