Когда мой поток жизни вернулся в тело, а кости стали отогреваться, я ощутила, что целостность печати восстановилась.

— Так-то лучше, — пробормотала я и убрала ладонь с печати.

Кобаль крепко обнял меня и притянул к себе на колени, а затем прижал руку к печати.

Его свет померк, а отметины на руках покинули стену, вернувшись на тело. Холод полностью отступил. Я впервые с появление того странного призрака глубоко вдохнула и прижалась ближе к теплу своего избранного.

— Что это было? — задыхаясь, спросила Бейл.

Когда я повернула голову, то увидела, что все демоны пораженно таращились на нас. Я вновь посмотрела в янтарные глаза Кобаля. То, что произошло, навсегда изменило мою жизнь. Связь между нами была сильной, но теперь затрагивала каждую клеточку моего тела и проникала в душу. Да, избранники демонов делали свою пару намного могущественней, но я не ожидала, что речь о чем-то подобном.

— Неудивительно, что Люцифер хочет разлучить нас, — прошептала я.

Дыхание Кобаля согревало мою плоть.

— Наша связь будет только углубляться, — прошептал он и поднял голову, окинув взглядом присутствующих. — Что-то пыталось уничтожить печать, — обратился Кобаль к Бейл.

Глаза Бейл метались между нами, а обычно красная кожа побледнела.

— Она помогла тебе остановить падение печати?

— Да.

Дрожь сотрясала мое тело, пока тепло продолжало просачиваться в конечности, из-за чего плоть сильно покалывало.

— Ривер? — прошептал он в мое ухо.

— Со мной все хорошо, — пробормотала я. — Но здесь так холодно.

— Я не чувствую холода, — удивился Магнус. Его платиновые волосы лежали в полном беспорядке, будто он все время ерошил пряди пальцами, но я-то знала, что этот демон любил безупречность. Из-за новой прически его рога стали больше выделяться. Он казался растерянным, как и Бейл.

— Речь о холоде, который ты чувствовала, когда ходила со мной к духам? — уточнил Кобаль.

— Что-то подобное, но гораздо хуже, — пробормотала я.

Его взгляд устремился к стене.

— Ты не должна так реагировать на одинокий дух.

— Может, где-то прячутся еще? — предположила я.

— Нет, я бы ощутил их присутствие, — гончие снова начали рычать, принимая агрессивные стойки. Их тела дрожали от напряжения, а изогнутые когти клацали по полу. — Корсон, подойди, — приказал Кобаль.

Корсон, маневрируя между гончих, быстро подбежал и опустился на колени рядом с нами. В его глазах стояла тревога.

— Я тоже чувствую только одного духа, — произнес он.

— Мне нужно, чтобы ты забрал ее, — отчеканил Кобаль.

— Кобаль… — начала протестовать я, но он уже переложил меня в объятия Корсона.

— Не отпускай ее, что бы ни происходило, — резко добавил Кобаль, за что получил от меня сердитый взгляд.

Я попыталась прижаться к Корсону, но мое окоченевшее тело, которое до сих пор страдало от покалывания, было весьма медлительным.

— Мне нужно выманить духа. Я не могу в этот момент беспокоиться о твоем благосостоянии, — пояснил Кобаль.

Я слегка расслабилась.

— Ладно, но я не уйду из пещеры.

Кобаль склонил голову и повернулся, посмотрев на стену.

— Ты замерзла, — возразил Корсон.

— Мне уже теплее, — кивнула я. — Поэтому можешь опустить меня.

— Уведи ее подальше от печати, — приказал Кобаль.

Полностью проигнорировав мою просьбу, Корсон развернулся на пятках и направился в противоположную сторону от печати. Я повернула голову, наблюдая, как Кобаль снова положил руки на печать. На этот раз из его ладоней не полился свет, но я почувствовала поток силы, который он излучал.

— Корсон, отпусти меня, — повторила я.

— Ты же знаешь, что не могу. Ты и так слишком близко.

— Близко к чему? — требовательно спросила я.

Ему не нужно было отвечать. Пальцы Кобаля согнулись, а мышцы напряглись. Я увидела, как он вытащил сквозь стену духа. Корсон вздрогнул, когда мои кости вновь объял ледяной холод.

Глава 39

Кобаль

Дух попытался вырваться из моей хватки, но я крепко держал извивающуюся сущность, протаскивая ту через стену. Корсон с Ривер на руках застыл у сломанной печати гоблинов, а остальные обступили меня, наблюдая. Мысль о том, что кто-то обнимал мою избранную, злила, но этот странный дух негативно влиял на Ривер, поэтому я не мог позволить ей быть рядом.