Оператор не был исключением из правил. Большинство людей не знали и в основном до сих пор не знают самых элементарных вещей о том, откуда к ним попадает пища, при каких обстоятельствах она производится и о том, какой удар наносится окружающей среде и бедной категории населения планеты. Но я уверенна, что освещение в прессе темы экспорта живого товара запустило необратимый процесс, в результате которого возник целый ряд вопросов. Это начало путешествия, в ходе которого будет сделано множество открытий.

Мы должны надеяться, что это путешествие будет стремительным, потому, что уже невозможно выносить анархию мясного питания, которое буквально пожирает планету. Вегетарианство и веганство [1] – это не какие-то старые понятия, изобретенные хиппи, когда они испытывали наркотический кайф, а идея, существующая уже сотни, даже тысячи лет. Она является составной частью практически любой великой философии и религии, и то, что поначалу было нравственной позицией, сейчас обрело чрезвычайно убедительную научную основу.

Животноводство лежит в основе практически всех экологических катастроф, с которыми столкнулась Земля, начиная кислотными дождями и глобальным потеплением и заканчивая разрастанием пустынь и вырубкой лесов. В тесной связи с мясным питанием находятся такие явления, как эрозия почвы, уничтожение среды обитания, истощение водных ресурсов. Две трети Мирового океана балансируют на грани экологического бедствия только из-за коммерческой рыбной ловли.

Запад развил культ потребления мяса, который достиг высшей точки в США, но распространился также по всей Европе, а сейчас заражает почти всю планету. При таком питании почти 40 % мирового урожая зерновых уходит на корм животным, 10 килограммов растительного белка очень неэкономно превращаются во всего лишь 1 килограмм мяса. Это питание, при котором оказывается задействовано в 4,5 раза больше земли, чем требовалось бы для обеспечения веганского питания, и в 2,5 раза больше, чем для лактоововегетарианского [2] . Поскольку мы полностью контролируем экономику развивающихся стран, мы требуем от них производить корм для наших животных, в то время как их дети умирают от голода. Мясо тесно связано с нехваткой пищи и голодом. С помощью удушающей политики Международного Банка и Международного Валютного Фонда мы насаждаем нашу философию и экономику тем народам, которые существуют на протяжении многих веков, мы узакониваем среди них алчность и разрушения.

У всего этого могло бы быть очень слабое оправдание, если бы мясо являлось необходимой составляющей нашего питания, и мы бы нуждались в нем для нашего развития. Но это не так. Как бы нам ни было трудно это признать, но мы – приматы и находимся в тесном родстве с человекообразными обезьянами. У нас, как и у них, зубы, руки, пальцы на ногах, кишечник и пищеварительные процессы ориентированы на питание плодами, мы – растительноядные и наш организм устроен так, чтобы перерабатывать орехи, семечки и другую растительную пищу.

На самом деле, то, что после Второй мировой войны люди стали потреблять гораздо больше мяса, причинило серьезный вред их здоровью. Несмотря на то, что к вегетарианству относятся с опаской, вегетарианцы живут дольше и меньше страдают от целого ряда болезней. Это подтверждают все медицинские обследования. Основной убийца на Западе – это сердечно-сосудистые заболевания, и у вегетарианцев риск умереть от них снижен в 2 раза. Второй убийца – это онкологические заболевания, и у вегетарианцев риск появления любого вида рака также в 2 раза меньше. В мясе отсутствуют два важных вещества, которые, как недавно выяснилось, сохраняют здоровье человека – пищевые волокна и антиоксиданты.

Между тем, свиней привязывают в голых загонах, где они, лишенные каких либо жизненных стимулов часто сходят с ума. Телят в возрасте нескольких дней отрывают от матери, помещают в клетки, где они практически не могут двигаться, и у этих животных, находящихся в условиях одинокого заточения, целенаправленно развивают анемию. Кур, от природы непоседливых, наделенных горделивой осанкой, напихивают по 5 птиц в проволочную клетку, которая лишь немногим больше микроволновой печи.

А верх всех варварств – это убой, при котором жестокость достигает невиданной степени. Овцам, находящимся в сознании, перебивают позвоночник, нанося повреждения с помощью отвертки. Парализованным волам подводят к гениталиям ток напряжением в 70 000 Вольт. Ягнятам перерезают горло, когда они находятся в полном сознании, потому, что времени мало. В общей сложности в Британии на этом конвейере страданий и смерти убивают свыше 750 миллионов животных. Возведенное в норму равнодушие к страданиям живых существ ожесточает тех, кто все это делает, и тех, кто согласны с тем, чтобы ради них это делалось. Это перечеркивает все наши претензии на то, что мы – цивилизованные люди.

Я знаю, что на протяжении всей книги меня будут обвинять в антропоморфизме, но это было бы слишком легко и совершенно неправильно. Да, я признаю, что обожаю животных и мир природы, и я восхищена тем, как потрясающе природа умеет приспосабливаться ко всем изменениям в мире. В особенности, восхищает то совершенство, которого достигли в этой области животные. Для меня очевиден тот факт, что жизнь каждого животного также важна для него, как наша жизнь важна для нас.

Мы заблуждаемся по поводу обширности наших знаний, претендуя на то, что достигли высшего познания благодаря развитому интеллекту, но истина гораздо более прозаична и менее лестна. Земля существует почти 5 миллиардов лет, и за это время развивались и эволюционировали разные формы жизни. У этого необычного явления есть одна характерная черта, а именно – способность каждого вида жить в своей среде обитания, будучи ее частью и находясь в зависимости от нее. По меркам эволюции человек живет здесь немногим дольше, чем длится вспышка света. Но мы уже начали обрывать и уничтожать нити, образующие тонкое сплетение, которым является наше существование.

Современные западные учения, как политические, так и религиозные ставят нас выше и вне правил, по которым живут все остальные животные, как будто эти правила не относятся к нам, и как будто сами мы животными не являемся. Будучи биологическим видом, мы окинули взглядом мир и сказали, что никто и ничто, кроме нас, не имеет никакого значения, а все вокруг создано для эксплуатации. А если что-то невозможно эксплуатировать, то оно не представляет собой никакой ценности. Мы разрушаем, не зная при этом, каковы будут долгосрочные последствия таких действий, а даже если знаем, то продолжаем разрушать, потому, что день сегодняшний гораздо важнее дня завтрашнего. Ведь о нас составляют мнение по сегодняшним достижениям, по сегодняшним хвастливым заявлениям, по сегодняшним размерам прибыли.