Рукам карликов-конфуцианцев не опрокинуть горы Суншань и Хуашань, а ногам недомерков не суждено измерить глубину лазурных морей. Каждый раз, когда я вижу заурядных обывателей-конфуцианцев, твердящих день-деньской одно и то же, не понимая при этом никаких высших принципов, я говорю об их ограниченности и беспросветной глупости. А они только и делают, что злобно говорят о даосизме, поносят его и предъявляют ему всевозможные обвинения. Слушать всю ту грязь, которая исходит из их уст, все равно что видеть, как мчащаяся вскачь лошадь угождает ногой в расселину. Когда же им надо переправляться через пучины духа, они немедленно тонут в них, губя себя. Это все равно что перепелу на его куцых крылышках попытаться перелететь через царственную ширь реки Янцзы или зеленой мухе из всех сил постараться перелететь через горный пик, где живут обезьяны. Они ничего не добьются, а только попадут в беду. Так не лучше ли им поскорее спрятаться в их укрытиях и щелях? Ведь не может быть слуха, более чуткого, чем у господина Куана, и зрения, более острого, чем у господина Ли [501] . А эти ничтожные люди пытаются встать на цыпочки и дотянуться до трех светил и, похлопав себя по животу, превзойти грохот небесного грома. Но не смешно ли это?

Когда человек осознает огромность и необъятность вращающегося свода небес, он понимает, сколь ничтожны размеры долин и колодцев. Когда человек созерцает великое сияние прекрасного неба, то понимает, сколь тускла желтизна окраски птички крапивника. Я отнюдь не являюсь человеком, наделенным врожденным знанием этого, и даже нельзя сказать, что я поверил в это, будучи совсем юным. Вначале я был таким же незрелым и невежественным, как вы. Но когда я стал наблюдать великую тайну многомощных методов совершенствования, то пожалел, что не слишком рано освободился от этих трудностей. Ведь в делах изучения пяти канонов разъяснения и комментарии оказывают большую помощь, орошая их подобно чистой росе. Но для начинающих учиться все равно многое остается непонятным. А тем более это справедливо относительно золотых табличек и нефритовых листов, на которых написаны каноны учения о бессмертных. Кроме того, многие наиважнейшие наставления в них вообще не записаны. Воздвигается алтарь, губы смачиваются кровью жертвенных животных, и тогда только, когда клятва хранить молчание таким образом скреплена, тайные наставления передаются из уст в уста. Если окажется, что человек не подходит для передачи ему этих таинств, то пусть даже он поднесет огромные участки земли или целые ряды городов, наполнит залы золотом и нефритом, все равно он ничего не получит. Ведь эти наставления указывают на глубину и уводят вдаль, а поэтому даже если и записать их, то все равно человек, не получивший их от своего учителя, ничего в них не поймет: он будет смотреть вверх — и не увидит головы, опустит глаза — и не увидит ступней. А откуда же вы, государь мой, так подробно все знаете?

Люди обретают бессмертие и возносятся на Небеса Великой Чистоты или парят в Пурпурных Небесах [502] , они отправляются на Сокровенный континент или поднимаются на Баньтун [503] . Они слушают божественную небесную музыку, вкушают яства из девяти видов волшебных грибов, или они соединяют свои длани с дланями бессмертных Чисун-цзы и Сяньмэн Гао там, где свет течет вверх, или они пируют с бессмертными Пин Чан-шэном и Линь-ян Цзы-мином в нефритовых чертогах [504] . Что же в них общего с лисами и барсуками и с чего бы им дружить с макаками и прочими обезьянами? Вот про такое и говорят: «Не знает, а делает».

Дао-Путь ведет своего адепта, бродящего в беззаботном скитании, по радуге-арке, дарует ему возможность реять в Киноварных Небесах, охватывать все безграничные шесть пустот вселенского пространства и делать все, что он только пожелает. Он всегда держится как вельможа и хозяин, и не знает он никаких невзгод.

Для жертвоприношения приготовили жирных свиней. Их разукрасили и приубрали. Но даже если они, как говорят, и правда радуются этому, то разве может сравниться их радость с блаженством единорога, скрывающегося от толпы и живущего в одиночестве, наслаждающегося немеркнущим сиянием благодатной доли и всем множеством проявлений счастья?!»

Баопу-цзы сказал: ««Четыре канона Шэнь-нуна» [505] гласят: «Высшее снадобье оказывает такое воздействие, что тело человека обретает долгую и здоровую жизнь. Человек, принимающий его, может вознестись в мир горний как небесное божество. Он может парить и странствовать в пространстве, то поднимаясь, то опускаясь; он может заставить служить себе все множество одухотворенных существ. Тело его покроется шерстью и перьями, и двигающаяся кухня [506] всегда будет к его услугам». И еще в них говорится: «Если регулярно принимать пять грибов-чжи, облатки из киноварного порошка, пластинки из нефрита, вещество цэнцин, мужскую желтизну-реальгар, женскую желтизну-аурипигмент, облачную мать-слюду и зерна, оставшиеся от Великого Первоначала [507] , делая пилюли из этих веществ, то можно приобрести способность летать, а также продлить годы своей жизни». И еще там сказано: «Снадобье среднего уровня пестует природную сущность, снадобье низшего уровня уничтожает болезни. Употребляя их, можно не бояться, что ядовитые твари ужалят тебя или хищные звери нападут на тебя. Пневмы зла не овеют тебя, и всякая нечисть убоится тебя». Книга, помогающая соединиться с божествами в соответствии с «Каноном сыновней почтительности» [508] , гласит: «Перец и имбирная настойка регулируют влагу тела, пахучий аир и тростник улучшают слух, сезам продлевает годы жизни, древесный гриб „мощь и радость» [509] предотвращает применение оружия"».

Высшие речи всех совершенных мудрецов есть записи о подлинных делах [510] магических искусств. Они изложены в абсолютно ясных по своему смыслу словах, но мирские люди совершенно не верят в них, о чем можно только пожалеть. Самое высшее из всех снадобий бессмертных — киноварный порошок, затем следует желтое золото, затем следует белое серебро, затем следуют все лекарственные грибы-чжи, затем следуют пять видов нефрита, затем следует облачная мать-слюда, затем следует ясный жемчуг, затем следует мужская желтизна-реальгар, затем следуют зерна, оставшиеся от Великого Первоначала, затем следует «желтое дитя из камня» [511] , затем следует «каменная корица-кварц», затем следуют «каменные соцветия-кристаллы», затем следует «каменный мозг» [512] , затем следует «каменная текучая желтизна-сера», затем следует дикий мед [513] , затем следует вещество цэнцин, затем следуют смола сосны и кипариса и, наравне с ней, гриб пахима [514] , желтый щавель, растение маймэньдун [515] , древесный сезам, чжун-лоу [516] , «желтая нить», мужской папоротник, бумажное дерево [517] и сян чай. Последнее растение называется также чунь лу. Его называют еще посохом бессмертных или посохом богини Сиван-му, Царицы Запада, или небесной эссенцией, или пресекателем старости, или земляной костью, или травяной ивой [518] . Растение зима небесных врат [519] называется также зимой земных врат, или вратами зимы с циновками, или перевернутым терновником, или пищей похотливого барана, или трубчатой сосной. Оно растет на возвышенностях, корни у него короткие, а вкус сладкий. Оно также источает приятный аромат. Если же оно растет близ воды или на низменностях, то листья у него тонкие и напоминают листья растения юнь; они к тому же слегка желтоваты. В таком случае корень у него длинный, а вкус его весьма горек. Его дурно пахнущая разновидность ценится меньше, но ее также можно использовать для употребления внутрь. Это растение повышает настроение и энергию человека, но оказывает свое воздействие довольно медленно. Если принимать его сто дней, то начнешь ходить в два раза быстрее, чем обычно, и в этом отношении оно превосходит стоголовник и растение хуанцзин. Перед походом в горы его можно отварить на пару, и если сварено и съедено достаточно, то оно вполне может заменить обычную пищу из зерновых. Если человек силен, то он может делать облатки из этого растения; его можно также растирать в порошок, а из выжатого сока готовить вино. Но лучше все-таки принимать порошок. Жители Чу называют растение зима небесных врат растением ста частей. Но на самом деле существует особое растение, которое называется травой из ста частей [520] . Это растение названо так потому, что его корень имеет сотню разновидностей. Хотя растения этого вида все, как одно, но их ростки слегка отличаются друг от друга. Ростки травы из ста частей напоминают траву баци [521] , но последняя годится только на то, чтобы лечить кашель и изводить вшей, ее нельзя принимать внутрь. Поэтому эти травы нельзя путать. Что касается растения хуанцзин, желтой эссенции [522] , то его также называют байцзи, и это никак не растение бацзи, из которого делают клей. Если мы посмотрим на лекарства из трав и корней разных растений, то увидим, что очень многие из них называются одинаково и только чрезвычайно эрудированный и знающий человек может различить их. Здесь никоим образом нельзя быть небрежным. Растение хуанцзин называют еще заячьим бамбуком, или всеисцеляющим снадобьем, или жемчужной подвеской. Полезнее употреблять в пищу его цветы, а не плоды, но лучше есть плоды, чем корни. И все-таки употребление цветков наиболее эффективно. Надо собрать десять ху [523] цветов растения хуанцзин. После просушивания останется только пять или шесть доу [524] . Каждый день надо принимать по три гэ [525] этих цветов. Таким образом, если не приложить больших усилий, то никакого толка из употребления этого растения не будет. К тому же принимать его надо постоянно в течение десяти лет, и только тогда, как правило, можно получить пользу от приема этих цветов. Что касается замены зернового питания, то здесь это растение уступает стоголовнику. Облатки из стоголовника делают человека упитанным и здоровым, принимающий их человек может долго ходить с тяжелой ношей за плечами по горам и долам. Однако стоголовник уступает по сладости вкуса и легкости усвоения растению хуанцзин. В голодные годы его можно давать старым и малым вместо зерна. Люди на вкус не отличают одно от другого и называют эти растения сушеным рисом.

Что касается чудесных грибов-чжи, то они таковы: каменные грибы, древесные грибы, травяные грибы, плотяные грибы и грибы-споровики. Каждый из этих видов, в свою очередь, имеет множество разновидностей.

Что касается каменных грибов, то они растут в знаменитых горах близ морского побережья и напоминают по виду камни. В потоках, текущих на скалистых островах, встречаются каменные фигуры, напоминающие плоть. У них есть как бы голова, хвост и четыре конечности. Просто удивительно, насколько точно они напоминают живое существо. Они обычно прикрепляются к большим камням и предпочитают обрывистые скалы и горные кручи; поэтому до них почти невозможно добраться. Они могут быть красными, словно кораллы, или белыми, словно ломоть жира, или черными, словно озерный лак, или сине-зелеными, словно перья зимородка, или желтыми, словно червонное золото, но в любом случае все они блестят и светятся в темноте, мерцая, как крепкий лед. Поэтому даже безлунной ночью их хорошо видно даже с расстояния в триста шагов. Вот сколь яркое сияние они испускают. Самые большие из них весят более десяти цзиней, а самые маленькие — три-четыре цзиня. Если долго не поститься, укрепляя свою энергию, и не прикрепить к поясу пять одухотворенных и драгоценных амулетов Лао-цзы для вхождения в горы, то никак невозможно найти эти грибы. Если человек, ищущий чудесные грибы, перед тем, как идти в горы, одевает пресекающие зло и пропускающие в горы амулеты, то грибы не смогут укрыться от его взгляда или спрятаться, превратившись во что-нибудь другое. Следует терпеливо ждать наступления счастливого дня с царственным знаком, а когда он наступит — совершить жертвоприношение вином и сушеным мясом, отслужив положенное богослужение [526] . Только после этого можно собирать грибы, подходя к ним с солнечной стороны юевым шагом [527] и запирая пневму задержкой дыхания.

Если удалось набрать грибы-чжи, подобные камням, то их следует тщательно растолочь пестом, разминая тридцать шесть тысяч раз. Затем их следует раз в день принимать внутрь квадратной ложкой со стороной в цунь. Через три дня будет использован один цзинь грибов, что даст такому человеку тысячелетнее долголетие. Когда будут использованы десять цзиней, тогда жизнь продлится на десять тысяч лет. Грибы можно также поделить с другими людьми.

Грибы нефритового жира растут в тех горах, где есть нефрит. Они гроздьями висят в определенных местах. Некогда, более десяти тысяч лет тому назад, из нефрита текло его масло. Оно застыло и образовало грибы, некоторые из которых по своей форме похожи на птиц и зверей. Они не имеют постоянной окраски, хотя большинство из них похожи на лазурный нефрит, покоящийся в таинственных водах. Они чисты и светлы, как хрусталь. Когда они собраны, их следует растолочь и смешать с соком растения без сердцевины [528] , и они мгновенно растворятся в нем. Если выпить шэн этой жидкости, то продлишь жизнь на тысячу лет.