Шрифт:
Лицо сотрудника стало совсем кислым. «Додик» понял, что камеры ему не дадут или ее вообще у них нет.
— Ладно, начнем писать бумаги, как фамилия сотрудника?
— Пудов!
— Как-как?
— Ну как гиря, Пудов.
Глава 4
Пудов быстро проверил соседние помещения на предмет лишних свидетелей. Демонстративно щелкнул костяшками пальцев и двинулся к автору статьи.
— Ну что «додик» или лучше, Конев? Да, я в курсе что это твой псевдоним интересно почему такой, вроде не связанный с литературой?
— Кто вы такой и что вам надо?
— Ты же помнишь кто я. Я сотрудник ОБЭП, фамилия моя Пудов. Пришел поговорить с вами о статье, узнать кто, зачем и почем вам ее заказал. В случае сотрудничества отскочите и отделаетесь испугом. Будете упираться пойдете под суд.
— Не надо меня запугивать. Это журналистское расследование, интервью с вашими коллегами, теми кто хочет работать честно. И я сам видел, как вы крышуете торговые точки с контрафактом.
— Угу, конечно. Что же, значит заказали статью коллеги. Фамилии и сколько заплатили?
— Что вы дела-ай! — журналист согнулся в поклоне.
Пудов решил не тянуть и выбить признание по скорее. И бить в живот или грудь, но не по лицу.
— Ну прояснилось в голове или еще повторить?
— Что вы делаете. Так, нельзя-а, А! Стойте! Я, я, скажу подождите. Уф… Не надо больше.
— Ну вот и отлично, сейчас напишите признательные показания, в которых подробно изложите, зачем вы взялись писать заказные и заведомо ложные статьи.
— Но вы же сказали я не буду обвиняемым?
— Не будете. Вы будете свидетелем. То, что вы видели… Понимаете, все на самом деле было с точностью до наоборот. Те сотрудники и есть главные взяточники. Начальник им стал мешать, выдавливать стал этих продажных ментов с работы. Вот они и устроили несколько провокаций. В том числе и статью вам заказали. Признайтесь, вам же заплатили за статью, а? — пощелкал пальцами Пудовый.
— Да.
— Ну вот видите.
— Но как же, я же видел, что вы пришли сорвать контрольную закупку!
— Видимо придется повторить вам разъяснения?
— Нет! Хорошо. Это видимо какие-то ваши внутренние разборки. Ваши же коллеги меня уверили что все наоборот. А за работу ну как же, бумага же не бесплатная, тираж, распространение. Знаете как сложно издавать газету? Да я один практически ее тяну! Плюс я в нерабочее время ездил, на бензин и питание.
— Ну-да, да, конечно. Этих людей скоро и так уже уволили бы. Не загружайте голову садитесь и пишите.
— Может все же объясните, что происходит, на самом деле? — через некоторое время спросил, «Додик» — То, что я писал в статье это ведь правда не так ли?
— Еще раз просветлить вам мозги?!
— Нет-нет не надо меня бить!
Пудов оглядел помещение. Как-то странно все, слишком быстро сломался писатель, впрочем, писатели они такие, слишком нежные и ранимые. Говорит странно, словно для камеры. Пудов снова оглядел комнату, словно искал камеру. Вышел посмотрел соседние помещения. Выглянул в окна, вдруг рядом группа захвата? Не найдя ничего подозрительного вернулся. Странно, может ему показалось, а может это искреннее любопытство? Через десять минут у него были признательные показания о получении денег за заказную статью с фамилиями.
— Что же отлично, теперь надо написать в вашей же газете, опровержение, но под другим псевдонимом и указать что автор предыдущей статьи некто Конев, теперь проходит по уголовному делу. А ребята, те из ОБЭП что статью заказали, пытались удержаться на службе очерняя начальника и часть хороших сотрудников. Ну сами покрасивее сочините историю, вы же писатель.
— Да, хорошо. А работа будет оплачена?
— Эта? Ну вы и нахал, скажите спасибо что вас действительно свидетелем проведут, а не начнут разбираться сколько у вас тут заказных статей выходит и против кого.
— Ну что же до свидания.
Интуиция подсказывала Пудову что что-то не так, слишком легко согласился журналист. Да и разговор странный. Пудов прокрутил в голове только что произошедшее, вроде ничего страшного не сказал в любом случае. И все равно… Могли его ждать? Вполне. Может уйти через окно? Нет, это уже какой-то детский сад, стыдно. И все же вышел из здания он с опаской оглядываясь по сторонам.
Но руки не крутят, может все же где-то камера стояла или диктофон, хотя от диктофона толку мало, да и камера что там сняла? Всего один удар, а слова вообще его не топят, ну максимум чуть превысил. Хотя если камера, то можно изображение оставить и наложить другой звук. Или это уже бред? А ведь он уже недооценил один раз коллег противников.