Схватив в руку глянцевый портфель, Джеймс в спешке вышел из квартиры, приложил большой палец к панели биометрического замка, и направился к лифту. Этажи быстро сменились со сто первого, на первый. С такой скоростью, и скорость падения с высоты, считается бесконечно долгим. Рядом со входом, на диване сидел пожилой мужчина в очках, и перелистывал голографическую проекцию журнала. Он поднял морщинистые веки, и посмотрел на Джеймса поверх очков, его улыбка растянулась до ушей.

– Здрасьте, мистер Бейкер. – протянул старик.

– Доброе утро Айзек! Как вы? Целую неделю вас не было видно, уезжали наверное? – Джеймс замедлил ход, и вовсе, остановился.

– О, да. Я был в Сиэтле. Летал к сыну. Представляешь, у меня, внук родился! – старик аж подскочил от радости. – Стивом назвали, в честь моего отца. Такой красавец, диву даёшься.

– Мои поздравления, Айзек, но прошу меня извинить, я опаздываю на работу, давайте вечером поговорим, хорошо? – старик послушно качнул головой, и вновь уткнулся в журнал.

Джеймс поспешил на парковку, к аппарату вызова электрокара, приложил водительское удостоверение, и ждал прибытие машины. Только вот долго ждать не пришлось, его электрокар мигом подоспел к нему, и чуть не переехал ему ступню. Джеймс шмыгнул внутрь салона, и с визгом шин, электрокар помчался по скоростной автомагистрали, протянувшейся запутанной паутиной вдоль Вашингтона. Джеймс откинулся в кресле, управлять ему автомобилем не придётся, ведь вместе с запатентованным автомобилем на электродвигателе, одновременно возникла автопилотируемая система, которая в общем-то, и выполняет те же функции, что и в доме. Джеймс всю поездку смотрел в окно, не отрывая взгляда. Вид сменялся быстро, словно кадры фильма. Гигантские небоскрёбы, обшитые стеклянной панелью, блестели и переливались калейдоскопом, а солнечные блики, быстро перебегали по салону машины. Сквозь жилые апартаменты монорельсы пролетали со скоростью истребителя, сотрясая хрупкие стены и большие окна. Вокруг всё заросло каменными джунглями, мрачными, одновременно яркими, и красочными. Теперь казалось, будто человечество живёт в воздушном пространстве, далеко за облаками, забыв о родной земле.

Рядом виднелись здания мегакорпораций, похожие на чёрные обелиски, от которых даже днём, исходил неоновый свет. Огромные графические знаки, отображающиеся на вершинах обелисков, значились, как бренд, той или иной корпорации. Джеймса, как журналиста, всегда тянуло в столь неприступные места деловых районов, подобно ящику Пандоры, скрывая свои самые охраняемые тайны, о которых хочется знать. Только его туда влекла неведомая сила, пытливость не давала покоя, а мозг одновременно предупреждал об опасности – ведь туда не стоило лезть. Его коллеги, даже толику интереса не проявляли о мегакорпорациях, а Джеймсу всегда было любопытно узнать подробнее о их владельцах. Но кое-что, он знал об их намерениях. Такие корпорации уже давно поглотили мировой рынок, и превратились в главного производителя всего “нужного” и “ненужного” на планете.

Электрокар быстро миновал кольцевую дорогу, проехал торговый и парочку заброшенных районов, и наконец, прибыл в штаб-квартиру «The American Daily». Закрученное здание – по форме треугольника – тянулось вверх, на башне которого, виднелись больше сотни антенн и спутниковых сфер. Двери электрокара открылись, и внутри салона раздался голос Эмили, но Джеймс не полностью расслышал, что она сказала. Скорее всего пожелала заурядное: «Хорошего и продуктивного дня», на что Джеймс ничего не ответил. Большая часть города помешались на этой фразе, словно сектантско-маркетинговая церковь захватила общество изнутри, и постоянно произносят свою молитву. На самом деле, к такому решению пришли те самые корпорации, которые засорили собой большую половину континента. Они считают, что пожелания будут благотворно влиять на продуктивность, и хорошее настроение, что в общем-то и повлияет на их высокий доход.

Джеймс миновал мраморную лестницу, ведущую вверх, мигом вошёл в холл, где по пути, его поприветствовали коллеги, потягивающие кофе, и закуривая электронные устройства. Холл был оформлен в стиле ар-деко. Множество разнообразных зеркал, расставлены в хаотичном порядке, стены тёмно-серого цвета, на которых изображались полуголые танцующие люди, и приятное ярко-оранжевое освещение исходило от стеклянных люстр и ламп. Ресепшн располагался в центре холла, и сделан он был из матового стекла, на котором светился логотип компании. За стойкой сидели около десяти человек, охотно отвечая на звонки, и делая пометки на проекционном экране. Джеймс направился к биометрическому аппарату, приложил большой палец на панель с отпечатком, и на экране высветилось:

«ДЖЕЙМС БЭЙКЕР. ПОМОЩНИК ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА. ВАШ ПРИХОД ОТМЕЧЕН В 9:04. ЗА ОПОЗДАНИЕ ВАМ ПРЕДУСМОТРЕН ШТРАФ В РАЗМЕРЕ 40 ДОЛЛАРОВ США. В СЛЕДУЮЩИЙ РАЗ БУДЬТЕ ПУНКТУАЛЬНЕЕ. ХОРОШЕГО И ПРОДУКТИВНОГО ДНЯ ВАМ»

– Вот чёрт! – выругался Джеймс.

– Какие-то проблемы? – позади него прозвучал довольно мерзкий голос. Джеймс сразу узнал его. – Снова опоздал? Ещё и ругаешься. Небось виноват биометрик, в том, что ты любишь поспать? – Джеймс повернулся, и увидел знакомую толстую морду, его шея была обтянута белоснежным воротником с жёлтыми пятнами от пота, а полосатый галстук висел на нём, словно петля.

– Всё хорошо, Стэнли. – смирено произнёс Джеймс, и уже было готов выслушать нудную речь, которая исходила из его жующего рта.

– Я считаю, что нужно просыпаться раньше, и не засиживаться допоздна. Чем ты занимался вчера? – Стэнли плавно наклонился над Джеймсом, и его, чуть не стошнило, от исходящего запаха у него со рта, синтетического бургера.

– Тебя это не должно касаться! – сквозь зубы промолвил Джеймс, и Стэнли вернулся в исходное положение.

– У тебя много работы сегодня, и ты сам прекрасно понимаешь, что нашей компании каждая минута драгоценна, а ты их теряешь. – его противная морда взирала поверх Джеймса, а рот не переставал жевать.

Это его начальник, точнее – главный директор. Этот жирный ублюдок, долго лизал своему начальству, дабы пробиться на ступень карьерной лестницы повыше, и унижать тех, кого ему заблагорассудится. Джеймс работал со Стэнли давно – больше трёх лет. Их перевели с маленькой конторки «The News», когда ту выкупил владелец «The American Daily». Всех сотрудников распустили, кроме пятерых специалистов, среди из которых был Джеймс и Стэнли. Этот офисный клерк был тише воды, со всеми здоровался, и даже делал работу за тех, кто его попросит, вероятнее, его доброту просто использовали, а пока росла его карьера, одновременно росла и ненависть к коллегам. Осознание приходит рано или поздно. А сейчас, этот сукин сын развлекается как может, только вот неясно, почему он доканывает Джеймса, ведь тот, во время работы в фирме, ни разу ему не насолил. Джеймс делал вид, что всё понял, просьба Стэнли была услышана, и кивая головой, он шёл к лифту.