Шрифт:
– У тебя перерыв, - обернувшись ко мне, безапелляционно заявляет она.
– Мне казалось, мы поняли друг друга? – женщина подскакивает от неожиданности, Денис стоит за ее спиной.
– Маша, ты свободна, - она заставляет себя улыбнуться, оскалиться.
Денис доходит до дверей и застывает, ожидая… меня?
– Я никуда с ним не пойду! – подтверждая свои слова, изо всех сил качаю головой.
– Пойдешь, - шипит сквозь улыбку Ирина Ивановна.
– Нет, - в груди что-то шевелится, не могу понять что.
– Если не пойдешь, можешь вообще больше не выходить на работу!
– Да вы что, Ирина Ивановна?
– Пошла, быстро!
Лизка даже забывает рот закрыть, пялясь на нас. Засидевшиеся посетители оборачиваются к стойке. Содрав фартук с бэйджем, бросаю все на стойку. Хватаю сумочку и направляюсь к двери.
– Я положу в твой шкафчик, Машенька, - несется вслед лицемерная забота начальницы.
Денис придерживает дверь. Меня встречает холодный осенний ветер, проникает под блузку, обвивает ноги. В нос ударяет запах соляры и выхлопов.
Едва касаясь, Денис придерживает меня за локоть, направляя в нужную сторону. Стоянка перед кафе полнится машинами. Грязные, разбитые, старые и новые. В марках я не разбираюсь.
– Я смотрю, у тебя все хорошо, - растираю плечи, пытаясь согреться на промозглом ветру. Не знаю, о чем говорить, не знаю, зачем вообще с ним иду?
– Да, после университета попал в нужную компанию и завертелось.
Денис останавливается у огромной машины, по ее полированным бокам стекают капли дождя. Ключей в его руках я не вижу.
«Он же не собирается ее угонять?»
Мужская рука уверенно ложится на ручку, раздается мягкий характерный щелчок.
– Садись.
В нос ударяет запах, терпкий запах кожи.
«Что это за марка? Да тут места больше, чем у меня на кухне" - мысли мечутся в моей голове.
– А ты как живёшь?
– низкий голос врывается в мысли, крупные руки ложатся на руль, поглаживая дорогую кожу.
«Да, у меня куртка из кожи с жопы дикого дерматина, а у него дорогой кожаный салон", - вспоминается своя коптящая четверка.
– Да ничего.
«Зачем этот разговор, к чему эта встреча?»
– Давно не виделись, как тебя занесло сюда?
– неопределенный жест. К запаху кожи примешивается парфюм, терпкий, на пределе принятия. Без сомнения дорогой.
– Мы переехали сюда.
«Мы с мужем, но про него совсем не хочется говорить. Стыдно? Просто к слову не пришлось?»
– Как родители?
– Ты не знал, папа умер?
– Олег Борисович?
– Да, уже почти десять лет назад.
– Вот это новость! А мама?
– Она еле выкарабкалась, нам с братом сложно пришлось, похороны, поминки, все легло на наши плечи, - моя рука скользит по мягкой коже сидения.
– Ты дрожишь, замёрзла!
– он утверждает, не спрашивает. Сильная рука тянется к клавише.
Молчание тягостное и неловкое затягивается. Я слышу звук вибрации, затем рингтон. Денис достает айфон, секунду смотрит на экран, после сбрасывает вызов.
– Прости.
Айфон, наверное, последняя модель, мне такой и в кредит не дадут да и не надо оно мне. Мне за хрущевку платить нечем. Слезы обиды и бессилия бегут по разгоряченным щекам.
– Ну, ты чего?
– щеки опаливает от прикосновения мягких пальцев, стирающих влагу. Такой простой жест зажигает желание. Сколько я не трахалась? Месяц? Два?
Пытаясь вернуть своим мыслям правильный ход, не замечаю, как его лицо приближается ко мне. Такое участливое и забыто-родное. Сколько раз за эти пятнадцать лет я видела его во сне? Если бы я не была такой дурой, сейчас ...
Он не дает мне закончить. Мои рот накрывают его губы, язык без предисловий проникает внутрь, сплетаясь с моим.
Глава 1.3
Дыхание перехватывает. Меня словно ударяет электрическим током. В памяти всплывают воспоминания: тусовка у Димки на дне рождения и страстные поцелуи, мои первые поцелуи, выпускной бал и наши медляки.
Денис как с цепи срывается, его руки блуждают по моему телу, больно сжимают шею, плечи, спускаются к груди.
Тонкая ткань дешёвой рубашки не спасает от его желания. Чувствительная кожа сосков откликается на призыв.
– Как долго я этого ждал, - злой шепот мне в губы. Рывок и пуговицы с блузки осыпаются на коврики.