— Мне повторить еще раз? — Его голос стал еще ниже, и я поняла, что спорить бесполезно и начала медленно снимать вещь за вещью, не забывая выгибаться в нужных моментах и даже вошла во вкус. Куда пропало мое стеснение? Юбку я сняла, повернувшись к нему спиной, сантиметр за сантиметром спуская ее вниз и наклоняясь, чтобы ему было видно как промокло бельё. Его я сняла точно так же, оставшись в бюстгальтере и танкетках. Лев не отрываясь и, кажется, не моргая смотрел как я отхожу от него к дивану, расстегивая последнюю часть одежды и спускаю бретели с плеч, прижав руки к чашечкам, и лишь спустя секунд пять убирая его совсем. Потом я развернулась лицом к дивану и встала на него на колени, прижавшись грудью к мягкой обивке спинки и оттопырив зад.

— Возьми меня, — я оглянулась на него и повиляла попой, приглашая и разжигая огонь в его глазах, который и так полыхал, как пламя. — Трахни. Отымей. Сделай со мной, что хочешь. Пожалуйста.

Последнее слово я практически прошептала, наблюдая за ним распахнутыми глазами. И он не обманул моих ожиданий, подошёл и шлепнул по правой ягодице и сжал ее большой ладонью, натягивая кожу вверх.

— Взять тебя? — Он коленом шире раздвинул мои ноги. — Отыметь? — Нажал на поясницу, прогибая еще сильнее. — Сделать всё, что хочу? — Я шептала "да, да, да", и Лев прижался ко мне, медленно вытаскивая шарики двумя пальцами, а другой рукой сжав обе груди до боли, что я зажмурилась и откинула голову, выдохнув взволнованное "Ах…" Рядом на диван со звуком что-то упало и я перевела туда взгляд, увидев блестящий метал, что был только что во мне, и тут же выгнулась, закусив губу, когда Лев вбился в мою пульсирующую жару, схватив за бедра. Он двигался быстро и глубоко, стучась внутри в тупик моего тела, сжимал тело почти до синяков и иногда награждал смачными шлепками по ягодицам.

— Открой рот. — Он вложил туда два пальца. — Соси.

И снова шлепнул, что я замычала, облизывая его пальцы и прикрывая глаза. Пятая точка горела, между ног будто ходил поршень, набирая обороты, а пальцами Лев трахал мой рот. Это продолжалось недолго. Лев в какой-то момент вынул из меня член и пальцы, дернул к себе и поставил на дрожащие ноги, прижимая за талию. На каблуках я была выше, поэтому ему не пришлось сильно наклоняться, чтобы приказать в ушко:

— К стене, — и подтолкнуть в нужном направлении. — Спиной к стене.

Я подошла к стене и прижалась к ней спиной. Лев был уже рядом и, подхватив под попу, поднял на уровень своих глаз, захватив в плен губы. Ногами я обвила его за талию, скрестив пятки, и обняла за плечи, прижав мягкую грудь к его, волосатой и крепкой, и вскрикнула ему в рот, когда он вновь вошел в меня. Теперь это было нежно и чувственно. Его тело проникало в меня, раздвигая стенки мягко и до того сладко, что поджимались пальчики на ногах. Секс как откровение, секс как признание. Обволакивающий, неспешный настолько, что я чувствовала каждую вздутую венку, каждую неровность на члене, что медленно входил в меня и еще медленнее выходил.

— Еще. Мне нужно ещё.

— Я дам тебе всё, что попросишь… Трахну каждую твою дырочку… Буду иметь так долго, пока ты не попросишь пощады…

Я всхлипнула, когда его палец дотронулся до клитора и начал тереть его в одном и том же ритме. Теперь всё заиграло новыми красками. Я вцепилась ногтями в его руки, откинувшись на стену, позволяя ему держать себя и неспешно двигаться внутри, играя с набухшим клитором. Мышцы влагалища сжимались, с трудом отпуская горячее тело, и вновь расслаблялись, вбирая его до конца. Палец на горошине, выглядывающей из половых губ, делал свое неспешное дело, тёр ее вверх-вниз, не останавливаясь ни на секунду.

Вот оно! Да! Еще, пожалуйста! Быстрее же!

Я не поняла, что крикнула это вслух, пока вдруг Лев не протаранил меня и не впился губами и зубами в сосок, насаживая меня обеими руками быстрее, так, что я взорвалась буквально за мгновение, забилась дрожью в его руках, закричала сквозь зубы, сжимая член внутри. Я кончала и кончала, потому что он не переставал двигаться, и обессиленно повисла на нем как обезьянка, когда он отошел от стены со мной на руках. Далеко мы не ушли. Положив меня на стол и перевернув на живот, он приставил головку к попке и надавил скользким кончиком, входя в расслабленную оргазмом дырочку. Я лишь тихо выдохнула, почувствовав легкий дискомфорт, заводя руки назад и раздвигая ягодицы для него.

— Умница, — неспеша, шаг за шагом он проталкивался внутрь, пока не вошел полностью и толкнулся в меня. Стон вырвался из моих полуоткрытых губ и повторился чередой таких же, когда откинув мои руки, он сам растянул, покрасневшую от шлепков, попу и начал ритмично иметь ее, ударяясь пахом.

— Сладкая попка, — рыкнул он, врезаясь быстрее, — мягкая, сдобная булочка. Хочу пробовать ее на завтрак, обед и ужин. Каждый день.

— Да… Да… Она твоя. Я вся твоя, — стонала я, елозя щекой, грудью и животом по столешнице от его толчков. А когда он взял меня за волосы и потянул на себя, то взяла в ладони груди и оттянула соски, чтобы он видел. — Это всё твое. Видишь? Бери. Забирай.

Мужчина издал полустон-полурык и, отпустив волосы, сжал мою шею, прислоняясь к затылку лбом и кончая внутрь меня рваными толчками.

— Да… Саша…

Я сжимала мышцы как могла, чтобы продлить его удовольствие, и только когда он остановился, шумно дыша в мои волосы, постепенно расслабилась.

Лев засмеялся.

— Это было…

— Охуенно, — закончили мы хором и засмеялись.

— Да, любимая, это было охуенно, — Лев отодвинулся и, когда я повернулась, поцеловал сперва в губы, потом щеки и кончик носа, гладя ладонями по животу и груди. — Отдохнула? Продолжим? — И заржал, увидев мои глаза. — Шучу, я еще от первого раза не отошел.