— Что они собирались с ней делать? — процедил сквозь зубы Эндвид.

— Нам было поручено захватить «объект» и переправить в город. Думаю — это очевидно. В данной ситуации удобней держать ее в заложниках, вынудив нас отдать спорные земли, подписывать невыгодные договоры. А они бы подписывались…

Правитель хватил кулаком о стол. Урмэд увидел, как у того подпрыгнул и расплескался кубок с вином.

— Только потом ни о каком мире речь бы не шла.

Урмэд тяжело вздохнул. «Пять вёсен работы пошла бы демону под хвост».

— Я, как олух, прошляпили двух предателей, — свирепо зашипел Эндвид, — Причем один, до сих пор шляется где-то по моему дворцу! И мы, мать его так, не знаем кто это!

— Будем надеяться, что отсутствие Иэнель повлечет за собой его реакцию. Пока у вас всё тихо?

— Да. Эта сволочь затаилась.

— Сколько тебе надо на восстановление? И что будет, когда ты вернешься в дайонар живой, один, без группы, — уже спокойней спросил правитель.

— Пару недэй. Только придется немного шкуру подпалить, — хмыкнул дайн, — Будто бы раненный выполз из костра и через леса пробирался к своим. А насчет «что будет», не знаю. Надеюсь, просто разжалуют до предыдущий должности, — усмехнулся Урмэд, — Придется снова зарабатывать репутацию.

Эндвид помрачнел. Это опять время. Опять ждать удобного случая, откладывать, а значит затягивать и так неконтролируемую ситуацию.

— Просто… — буркнул он, — Если будет совсем хреново, то знаешь, что делать. Плюй на всё и возвращайся. Обещаешь?

Дайн вздохнул.

— Обещаю.

— Добро. Пока Иэнель у тебя, она официально пропала. Завтра Ламерт свяжется с Рахнардом и предъявит обвинение в похищении. Детали предоставь мне. А за три дня до твоего выхода переберётесь ко мне во дворец. Ребята тебя с удовольствием… покалечат, а Иэнель благополучно «найдется».

— За это время я соберу союзников, и когда у тебя всё будет готово, вам будет чем поддержать сопротивление.

Эндвид еще немного поспрашивал о дочери, а потом разорвал связь.

Усталый дайн дополз до кровати и не раздеваясь вырубился.

Утро началось со знакомства.

Сначала она лежала на кровати наслаждаясь покоем и тишиной. Нет, совсем безмолвно не было, — шуршала листва на деревьях за приоткрытым окном, слышались робкие шажки слуг по коридорам, смутно позвякивали тарелки на кухне, кричали вдалеке чайки и слышался отдаленный шум прибоя. И это была именно та тишина, которая наполняет дом уютом и неспешной утренней дрёмой.

С утра казалось, что всё случилось уже очень давно, а сейчас она в гостях у подруги и нет рядом страшного дайна, его поместья и другого материка…

Вздохнула, откинула одеяло и пошла в купальню. Приятно удивилась душу и нагретой кухонным котлом водой.

Только успела запахнуться в необъятный халат, как в дверь постучали. Видимо привлеченная звуками из комнат, служанка решила напомнить о себе. Вздохнув, как о неизбежном, отворила дверь.

— Доброе утро, светлая госпожа, меня зовут Мира, с вашего позволения я буду прислуживать вам, — вежливо поклонилась девушка. Пальцы рук, сложенные поверх передника, нервно комкали ткань. Круглое милое лицо со вздернутым носиком и по-детски пухлыми губами выражало всю степень учтивости. Взгляд был немного напряжен, но в озорных голубых глазах плясали солнечные искры. Лукавый вид дополняла огненно-рыжая коса и пух кучерявящихся волос над макушкой.

— Доброе, Мира, — Иэнель пропустила девушку внутрь комнаты, но та не спешила проходить.

— Принесла вам платья. Вчера их доставили, но не распаковали, утром я их отпарила.

Мимо она провезла длинную вешалку на колесах и остановилась у стола.

— Куда прикажете поставить.

— В комнату, и перевесь в гардероб, — улыбнулась Иэнель. Девушка ей понравилась. Вот если бы пришла такая как экономка, тогда она точно напряглась.

— Что еще пожелает светлая госпожа?

— Причеши меня и можешь быть свободна.

Девчонка, не скрывая эмоций вытаращила глаза.

— И всё?!

— И всё, — улыбнулась Иэнель усаживаясь в кресло у туалетного столика, — Терпеть не могу укладывать волосы, а одеваюсь всегда сама. Только следи, чтобы платья были отпарены, а обувь чистая. Ну и уборка конечно.

Девушка озадаченно помолчала.

— Вы странная, госпожа.

— Почему? — удивилась Иэнель.

— Нууу…, — неуверенно протянула Мира.

— Говори, не бойся.

— Обычно бывает так: «принеси — подай — положи — подойди — не так — отойди бестолочь…» — смешно изображая голос капризной хозяйки кривлялась девчонка, — Мне сказали — вы принцесса, вот я и подумала….

Иэнель рассмеялась. Вот значит, что было в ее нервозности. Обычно особы королевской крови вели себя подобным образом, но не она. Она во всем хотела быть похожей на маму.

Отец женился на обычной, хоть и богатой девушке. Они прожили во дворце долгое время душа в душу, но мама никогда не изводила прислугу. И когда та умерла, Иэнель точно себе определила рамки дозволенного. Таскать за косы служанок — это ниже ее достоинства как минимум.

— У тебя золотые руки, — похвалила Иэнель, разглядывая себя в зеркало, — мне очень нравится!