Мы прошли через кухню, и Кристофер представил меня как свою жену двум мужчинам, готовившим еду. Когда мы прошли мимо официантки в комнате отдыха, он сделал это снова. Мы нашли Стивена работающим в пивоварне, и он предложил присмотреть за резервуарами после того, как поздравил нас с нашей свадьбой.

Последней каплей стало то, что мы вышли из пивоварни, чтобы вернуться в паб, и миновали группу пожилых джентльменов, выходящих через черный ход в центре города. Они поздоровались с Кристофером и все улыбнулись, когда он пожелал им доброго утра и добавил:

— Это моя жена Винтер.

В конце концов, я потеряла терпение по отношению к высокому молчаливому парню, который казался разговорчивым только тогда, когда нужно было рассказать всем, что я его жена. Как только мужчины оказались вне пределов слышимости, я уперла руки в бока и посмотрела на него снизу вверх.

— Почему ты настаиваешь на том, чтобы называть меня своей женой при всех? Как человек немногословный, я думаю, ты хотел бы оставить свои личные дела при себе. Тем более что получишь больше вопросов о нашем разводе позже, если будешь продолжать болтать о нашем браке сейчас. Я понимаю, что тебе, возможно, пришлось рассказать о нас своим сотрудникам, — я махнула рукой, — но теперь ты буквально рассказываешь случайным людям на улице, что мы женаты.

— После прошлой ночи не может быть никакого развода, милая.

Всего девятью словами ему удалось взорвать мой мозг. Каким-то образом мне удалось скрыть этот важный маленький факт, пока он не указал на него.

Кристофер

У Винтер отвисла челюсть, и она уставилась на меня, ее голубые глаза быстро моргали.

— Но… гм… — Она остановилась и покачала головой, словно пытаясь сбросить паутину. — Мы собираемся разводиться?

Ярость, какой я никогда раньше не испытывал, захлестнула меня.

— Абсолютно-черт-возьми, нет! — Я чуть ли не кричал. Мой гнев был направлен не на Винтер; именно мысль о том, что я потеряю ее, вывела меня из себя.

Взгляд Винтер забегал вокруг нас, и ее щеки порозовели. Вокруг никого не было, поэтому ее цвет померк, и она вернула на меня свой растерянный взгляд.

— Ты говорил, что это временно.

Я обхватил руками ее пухлые ангельские щечки и растворился в ее ясных голубых глазах.

— На самом деле этот план уехал на поезде из города после того, как ты из него вышла. Я женился на тебе, занимался с тобой любовью и сделаю все, что в моих силах, чтобы ты забеременела от меня. Никакой аннуляции. Развода не будет.

Яркие глаза Винтер блестели надеждой, и ее алые губы изогнулись вверх, но она все еще казалось неверила услышанному.

— Ты хочешь остаться в браке?

— Хочу, милая. Ты не уйдешь. Мы остаемся в браке. Это не подлежит обсуждению.

— Я…

Что бы Винтер ни собиралась сказать, оно было прервано, когда дверь паба распахнулась, напугав нас обоих. Вошел Линкольн, и когда он заметил нас, его лицо расплылось в дерьмовой ухмылке.

— Я не мешаю?

— Нет.

— Да.

Мы с Винтер заговорили одновременно. Я знал, что она пытается быть вежливой, но мне было наплевать на то, чтобы быть милым с кем-либо, кроме Винтер и моей мамы. Я убрал руки с ее лица и обнял ее за талию, собственнически притягивая ее к себе.

Линкольн пожал плечами и прислонился плечом к дверному косяку, ясно показывая, что не собирается уходить в ближайшее время.

— Новость о том, что вы поженились прошлой ночью, разлетелась уже по всему городу.

Я хмыкнул, счастливый это слышать.

— Я уверен, что ты можешь понять мой шок от услышанного. Кажется, я припоминаю, что ожидал приглашения на свадьбу где-то на этой неделе, — поддразнил Линкольн, его карие глаза блестели от удовольствия. — Учитывая то, как быстро ты связал себя узами брака, я пришел, чтобы своими глазами посмотреть на твою краснеющую невесту, Дон Жуан.

Винтер нахмурилась и в замешательстве посмотрела на меня. Я бросил взгляд на своего лучшего друга, который ходил сейчас по тонкому льду и наклонился, чтобы поцеловать Винтер в лоб.

— Он просто мудак, сладкая.

Брови Линкольна взлетели вверх от моей нежности, но его улыбка стала еще шире. Если бы она стала больше, то разорвала бы его лицо пополам. Тем не менее, он, очевидно, ценил свое красивое лицо, потому что подтвердил, что дразнит.

— Я просто довожу нашего парня до усрачки, милая, — я зарычал, и он хихикнул. — Его молчаливая сварливая задница далека от обходительности. Не могу вспомнить, когда он в последний раз ходил на свидание. Так что будь к нему снисходительна, если он время от времени ведет себя как неуклюжий идиот. Ему нужно многому научиться.