Харчевня тут же взорвалась радостными возгласами, некоторые начали хлопать в ладоши, кто-то поднимал кружку спиртного в честь зверолюда, а кто-то торопился собрать сыпавшиеся деньги. В миг, скучная тишина сменилась гулом веселящейся толпы, которая на утро точно будет мучиться с похмелья.

Софи воспользовалась представленным шансом и заказала себе самый дорогой напиток который здесь вообще можно было увидеть. На стол положили большую бутыль предназначенный для Софи, как ни странно с этикеткой. На бумажке, криво приклеенной к бутылке, была надпись говорившая о ее десятилетней выдержке. Конечно, не самое лучшее вино которое можно было купить в королевстве, но в захолустном городе в захолустной харчевне лучшего не найти. Откупорив бутылку, Софи начала хлестать дорогой напиток прямо с горла.

Далее на стол лег большой деревянный поднос с целым жареным поросенком. Клык начал хищно глазеть на хрустящую кожу, текущие с губ слюнки капали на блестящий пятачок, предвкушая удовольствие от изысканной пищи. Клык обнажил свои белоснежные клыки (извините за тавтологию) и впился в сочное брюшко вырывая из него куски сочного мяса, совершенно забыв про столовые приборы лежащие совсем рядом. Вервольф завыл от удовольствия, заглотив вырванный кусок он с новой силой начал уплетать тушку бедного животного.

— А ты ничего не будешь есть или пить? — Поинтересовалась у Эоса еще трезвая Софи. В ответ тот отрицательно покачал головой. — Ты не стесняйся, Клык поделиться деньгами, правда?

— Еще… гего… — Проглотил. — Еще чего! Ему снаряжение купили можно сказать за мои деньги! Так что он мне еще должен!

Эос не обращал внимания, вместо этого он достал из сумки трубку и мешочек с табаком. Проделав простые манипуляции он зажал мундштук трубки между зубами и зажег огонек на конце указательного пальца которым и подпалил табак. Из чаши повалил слабенький дымок который был сбит густым смогом, поваливший из всех щелей личины, из носа, рта и подбородка. Гасить огонь он не стал, маленькое пламя колыхалось веся над пальцем.

Эос задался вопросом, откуда эта таума в нем вообще появилась. Да, Хорас уже объяснял, что внутренняя таума восполняется за счет внешней и благодаря этому можно вытворять разное волшебство или коварство, но откуда здесь появилась эта таума, не понятно. Естественно, что на Земле такого не встретишь…

Смотря на огонек на своем пальце, Эос невольно вспомнил о своем доме. Планета Земля, грязное и токсичное место раздираемое грехами человечества. Гордость, Зависть, Гнев и Алчность затмили человеческий разум, медленно но верно откатывая достигнутые разумом мысли в первобытность. От этих мыслей ему стало немного грустно, грустно осознавать себя последним Землянином и грустно наблюдать за тем к чему движется Сапфир.

Огонек на пальце затух, глазницы начали осматривать обстановку вокруг себя. Лица людей выглядели довольными и радостными, они пили и ели до сыто, совсем не похожи на землян. Дома люди жили в постоянном напряжении и страдали непрерывной паранойей. Что если завтра случится теракт, что если завтра меня призовут в армию и тут же отправят в одну из многих горячих точек где точно помру, что если… завтра случится конец света, а послезавтра и вовсе не наступит.

Конец жизни и конец разума, это неизбежный процесс через который предстоит пройти всем. На Земле Эос хорошо понимал, что спасение человечества невозможно, но если тысячи жизней смогут оттянуть мировой конец хотя бы на день, он смело согласится на это. Уже несколько десятков политиков и сотни верных солдат были принесены в жертву, но на долго ли этого хватит? Зачем так стараться если конец не избежен?

Земля наверняка уже тлеет остывая в холодном космосе, но цивилизация Сапфира еще молода, словно новорожденный младенец и не понимает к чему она придет в результате. Сейчас, в это время Эос может спасти этот мир, а потом… потом, пусть и не сразу, настанет эпоха технологического прогресса, в этом предвестник не сомневался, ведь по сути он видел будущее и знает, что новая эпоха станет для Сапфира последней. К чему все эти старания, если потом все и вся пойдет прахом?

От таких мыслей на сердце стало еще тяжелее. Табак в трубке начал тлеть, после чего из маски повалила новая порция горького дыма. Так бы и прошел вечер, пока из капюшона не выполз Чертеныш. По тихоньку спускаясь по плечу тот приземлился прямо на стол. Кукольное тельце повернулось в сторону предвестника и посмотрело на него своими бусинками. Чертеныш перевел взгляд на половину съеденного поросенка и побрел в его сторону, Клык никак на это не отреагировал, поскольку был занят только что оторванным копытцем.

Эосу стало интересно. Похоже маленький малыш проголодался и решил подкрепиться, так ему подумалось. Подойдя к огромной по его размерам тушке он маленькими ручками вцепился в кожу. Чертеныш прикладывал все свои силы стараясь вырвать хотя бы небольшой кусочек мяса, но казалось что у него ничего не получиться и будет логичнее помочь ему, но Эос предпочел продолжить наблюдать. Даже самые маленькие испытания приносят опыт, он хорошо это понимал, ведь сам прошел через многое подобное.

Его надежды оказались не безнадежными, его мысли о небезнадежности Чертеныша оказались верны. Кукольное тельце присело с дрожащими руками в которых держал то чего желал, смотря на это как на сокровище. Поднявшись он подошел к Эосу и протянул кусочек мяса, будто бы предлагая его ему.

Эос слегка удивился такому внезапному подарку, но был польщен подарком добытый таким трудом. Может быть таким образом он хотел обрадовать его и успокоить скорбящую душу? Кто знает.

…

Новый день. Новые смерти. Новые зрелища.

Эос стоял перед хлипкими воротами "арены" и наблюдал как люди толпились перед ними пытаясь успеть занять лучшие места на трибунах. Все эти люди выглядели невзрачно, не в плане одежды, наверное старые тулупы и потертые сапоги измоченные в нечистотах здесь норма, а скорее из-за трепета перед кровавым представлением. Человеку прибывшему сюда из мира, где человеческая жизнь считается ценной (хоть это и откровенная ложь), гладиаторские бои могут показаться неприемлемыми. Тоже самое и с Эосом, пусть он пройдет тысячу битв и увидит тысячи смертей, но это на поле боя где каждый пытается выжить, но другое дело, если кровь приемлема в самом обществе. Хотя, всем плевать на его мнение, да и сам он не торопился становиться Иисусом Христом.