Черный воин озадаченно посмотрел на свой корпус. Раскаленное лезвие тати прошло на сквозь, разрезав половину туловища черного воина. Его левый бок разукрашен новым длинным порезом, из которого по ровной линии водопадом сочилась голубая кровь. Ладонью он прикоснулся к линии разреза и принялся немедленно прижигать ее тауматургическим пламенем. Его плоть шипела и дымилась еще больше обычного, но тот не издал и звука, словно и не чувствовал никакой боли.

Столь откровенная и жестокая картина потрясло Клыка.

Закончив с раной, черный воин развернулся к Каю, попутно воссоздав в своей руке огромную саблю одати.

Клык почувствовал, как его тело становилось легче. Ощущения те же, что и при прошлой телепортации.

— Кай! Немедленно дуй сюда! Ты уже задержал его! Давай сюда! — Пытался вервольф привлечь к себе внимание собрата, но тот уже полностью был поглощен боевым духом.

Черный воин и Кай смотрели друг на друга в ожидании первого шага.

Вервольф принял прежнюю боевую стойку, накапливая силы для очередного рывка. Тати вернулся в ножны, или в то, что от них осталось, воздух начал наколятся, молнии возникали прямо из тела вервольфа и били по каменному полу, не зная куда девать свою энергию.

Черный воин принял стойку, до боли напоминающую позицию "глупец". Тем самым провоцируя Кая на атаку.

Достигнув предела накопления эфира, вервольф совершил последний рывок…

Длинное и тонкое лезвие пронизывало тело вервольфа на сквозь, кровь взахлеб повалила через его пасть. Руки сжимавшие благородное оружие ослабли и повисли над землей, раскаленное лезвие начало стремительно остывать. Искры молнии исчезли.

Черный воин, не испытывая никаких трудностей поднял одати вместе с телом вервольфа и снял его с лезвия, бросив на холодный каменный пол, оставив его там умирать.

— Кай… — Сердце, казалось, пропустило удар. Клык не мог, или скорее, не хотел верить своим глазам.

Его собрат недвижимо лежал на земле, медленно истекая и захлебываясь собственной кровью. Клык уже не обращал внимание на то, как черный воин начал смотреть в их сторону.

Одати в его руке превратился в дротик, который тот не медля метнул в их сторону. Только после этого, когда угроза повисла над его головой, Клык заметил, как черное копье мчалось прямо в него и казалось, что это уже конец…

Произошла мощная вспышка и трое персон исчезли вместе с летевшим в них копьем.

Дорогие читатели (по крайней мере четверо людей, которые добавили это произведение себе в библиотеку), это мое обращение к вам. С некоторых пор, мне в голову закралась одна интересная мысль.

В чем суть.

Хорас, Кэйташи и Клык в 17 части вновь отправляются в путешествие и я преднамеренно не делал отсылок к тому, куда они отправятся, только ради того, чтобы вы сами определили место прибытия. Здесь, я даю вам волю своему воображению. Вы вольны выдумать свою страну, придумать ей историю, культуру, религию и обычаи. Вы можете придумать свою собственную расу, что будет обитать на землях той страны, которую вы сами создали, вы можете наделить их особыми умениями и разными предрасположенностями к тауматургии или придумаете свой уникальный вид мастерства эфира.

Придумайте свою уникальную локацию с ее особенностями и обитателями. Ваши труды займут место в истории Сапфира.

Ваше воображение, ваш инструмент.

25 день месяца звездочетов (25 ноября)

Графство Сомерсет.

Город Шеффалд.

Если верить слухам, то город Шеффалд, один из главных торговых узлов, был вырезан подчистую. С начало, эти слухи можно воспринять как преувеличение, но оказавшись в этом городе и увидев все случившееся своими глазами, то начинаешь верить даже слухам.

Впервые оказавшись в этом городе, Эос впал в меланхолию, или что-то в этом роде. Стоило наемнику отвлечься от разрухи в процветающем Лестере, как привычная картина разрушения и смерти вновь вернулись. Ровные каменные здания были разрушены и покрыты копотью, напоминая о пожаре. Вымощенные брусчаткой улицы облеплены спекшейся кровью тысячи невинных граждан.

Могильные костры не переставали гаснуть на протяжении нескольких дней, все еще продолжая сжигать трупы граждан на огромных братских кострах, чей густой дым уносил души павших высоко в ночное небо затянутое серыми облаками. А их пепел придавали бегущим водам местной реки.

Вместе с войсками подкрепления, в город прибыли скорбящие, родственники и близкие тех, кто был убит в прошедшей резне. Десятки тысяч людей стекались в город, проститься с близкими.

Эос, стоя на стене и покуривая самокрутку, наблюдал за тем, как люди собирались вокруг тел своих близких, перед тем как придать их огню. Люди, не зависимо, мужчины они или женщины, проливали слезы.

Грустное зрелище, как ни посмотри, но Эоса эта картина ни чуть не тронула. Мертвые, скорбящие, озлобленные, для него, это что-то само собой разумеющееся. В гниющем мире, где правит разруха и жестокость, первобытные правила стали нормой. Либо ты, либо тебя. И убийство превратилось из греха в необходимость. Здесь же, Эос не видел никакой разницы, будто бы он и не попадал в иной мир, а остался на своей Земле. Странное чувство.