— Тогда с каких делов ты его так распустила?! Чего это он у тебя развыступался, будто не разумное существо уже, а все еще живущее одними инстинктами?

Сестра посмотрела на меня, потом на кота и с него же спросила:

— Да, Гаврюш, кстати, ты чего?

С непривычки тот видно прибалдел, но глаза на место вернул, пасть захлопнул и, где стоял, там на попу и сел. Но по недовольной морде чувствовалось, что жить «диким» и неразумным, ему нравилось не в пример больше.

— Ты понимаешь, я еще как-то с ним не освоилась, — меж тем поджала губешки сестра, — да я еще со всем не освоилась! — тут она глаза подкатила и всплеснула руками. — Столько всего! Столько всего! — и в показном отчаянии откинулась на подушки.

Впрочем, убиваться долго не стала, а поджала ноги по-турецки и похлопала по дивану рядом с собой:

— Че стоишь? Садись.

Уселся и сразу же предложил сестре:

— Ну, раз такое дело и много всего, то давай, как тебе тут волшебствуется, рассказывай!

Поскольку, если не я первый наеду, то наедут на меня, а я без консультации с дедом, пока рассказывать о своих приключениях не готов...

Маша не подвела, и ее прорвало сразу:

— Да как?! Никак! То нельзя, это нельзя! Только травки перебирай по-тихому и книгу эту дурацкую, в которой будто курячьей лапой все написано, читай! А я, между прочим, еще в первый день, как ты ушел, настоящую магию ощущать начала! Сначала «огонь», потом — позже, «воздух» кажется проснулся. Но только-то и успела тогда, в первый раз, огонек в ладони подержать! Увидели — запретили!

Та-ак, похоже в нашем, чистейшем из техногенных миров, к тому же в самом, что ни на есть, просвещеннейшем веке, кто-то словно в зачуханной Эринии домостой устроить решил? А я-то еще жалел Сули...

— Ничего, Маш, с этим разберемся, — пообещал сестре, — я поговорю об этом с дедом.

Сам же в этот момент, соображал, а чего в таком случае недоговорили мне и в чем ущемлять собираются, если сестре, похоже, даже выбора не предоставили и тупо на целителя готовят.

В этот момент на диван все-таки взобрался Руди и принялся моститься между нами. Потом подобрался Гаврик и оттер дракона от Манькиных ног. Оба при дележе территории сопели, пыхтели и в поисках поддержки заглядывали нам в глаза. И наблюдать за их корячками было бы даже смешно, если б ситуация в целом не вырисовывалась настолько грустной...

Кстати:

— Маш, а что у тебя с поступлением? Ты же вроде хотела в архитектурный? Как теперь со всей этой новой жизнью у тебя получится совмещать?

Насколько я знал, этот интерес владел сестрой последние лет несколько, она даже подготовительные курсы в ННГАСУ закончила. И меня отчасти своими пристрастиями заразила, научив разбираться кое в чем. Но, одно дело поддерживать сестру в ее начинаниях, а другое гореть идеей самому. И поскольку в свое время мне тоже по рукам с моими мечтами надавали, то теперь за Маню с ее стремлениями я неслабо начал переживать.

И не зря.

— Да как? Никак! — опять всплеснула руками сестра. — Как и у тебя с военным училищем! Хотя... нет. Мне попроще. Я врачом все же когда-то мечтала стать... классе в третьем по-моему...

— В смысле? Ты в медицинский собралась?! — поразился я настолько крутой смене курса.

— Ну, а что делать? Я же не смогу руками и травками в нашем мире лечить? Меня же шарлатанкой объявят! А официальным путем, это через учебу на врача идти надо! Я как тетя безвылазно сидеть дома не собираюсь — жить по нормальному хочу! Плохо, что я не готовилась совсем, теперь придется пропустить год, чтоб подтянуть химию... — и хлюпнула.

Испугавшись, что сестра сейчас разревется, я побыстрей перевел разговор:

— Слушай, а скажи-ка мне, у тети с Кобо отношения что ли?

— Угу, — кивнула сестра.

— И давно?

— Ага, — опять на автомате односложно ответила она, видно переживая все еще обиду.

— Выходит, он нам дядей теперь доводится?

— А? Что? Не-ет! — сестрень очухалась и уставилась на меня распахнутыми глазами: — Да ты же ничего не знаешь до сих пор?! Да?!

— Чего я опять не знаю? — напрягся я.

— Щас, расскажу! Ты просто офигеешь!

Да как всегда...

Но «щас» не случилось для меня. Возле нас нарисовалась тетя.

А когда появляется тот, кого обсуждают, все обычно затыкаются, губы растягивают в улыбке и старательно делают вид, что безмерно «счастливы» видеть вновь прибывшего. Вот и мы с сестрой тоже:

— Что, уже к ужину накрыли? — чуть не в два голоса «радостно» выдали мы, срываясь с дивана.

— Ага, все готово, — кивнула тетя, — вы так проголодались, мои маленькие? — в некотором недоумении спросила она, глядя, как мы оба уже берем на старт с разгона.

— Очень! — опять вместе получилось у нас.

Переглянулись и заржали.

А большой стол уже действительно ломился от еды. И в тот момент, когда мы усаживались, Нори и тетя внесли блюда с горячим.

Сама помощница с нами не осталась, сказав с улыбкой, что сегодня будет лучше, если она поужинает у себя. Да и остальные волки потянулись на выход. И в результате мы остались за столом чисто семьей... включая и Кобо тоже.

Впрочем, он как старший из охранников... думал я раньше... почти всегда столовался в большом доме, так что и теперь я не стал пока нагнетать и лезть с вопросами. Маня потом даст весь расклад. А пока я намеривался просто плотно поесть, и сделал вид, что ничего особо странного не замечаю.