– Да, сэр. Сидит там с 1926 года.

– Давайте его сюда, живо!

– Слушаю, сэр.

Отдел распространения находился прямо под нами, и я никак не мог понять, почему Эфраим Молтер так долго карабкается на один этаж; тем более что я просил поживее. Но, увидав его, я сразу все понял. Дверь вдруг открылась, и он явился на пороге, чуть покачиваясь, точно сухой листок на осенней ветке. Я с тревогой взглянул на вентилятор, а Джон поспешно нажал на кнопку "стоп": неровен час старца засосет воздушной струей.

– Мистер Молтер?
– спросил я.

– Да, сэр, мистер Тримбл.

– Я не Тримбл, - объяснил я.
– Я Мерриан, новый издатель.

– Как? Не можете ли вы говорить чуть погромче, мистер Тримбл?

И старик заковылял к моему столу.

– Я вовсе не Тримбл!
– заорал я.

– Как-как, простите?
– переспросил Молтер, поптичьи склонив голову набок. В его внешности поражали на удивление черные волосы, голубые глаза слезились, и разговаривал он самым дурацким манером, вздергивая одну бровь.

– Ладно, неважно, - вопил я.
– Что вы знаете о полете на Луну?

– Прекрасная мысль, мистер Тримбл, - отозвался он.
– Я с самого начала так думаю. Миллион долларов! Вот уж это реклама так реклама!

– А какие у фирмы гарантии?
– спросил я.
– Как они собирались добыть миллион долларов, если кто-нибудь поймает их на слове?

– Как это поймает?

– Возьмет и полетит на Луну.

– Кого поймает?

– Нас. Наш журнал.

– На Луну? Да что вы, мистер Тримбл! Кто же это доберется до Луны? Черт возьми, да я готов побиться об заклад на миллион дол...

– Ладно, ладно!
– заорал я.
– Так какие, говорите, у фирмы гарантии?

– Прекрасно, - отвечал старик.

– Что прекрасно? О чем вы говорите?

– У фирмы прекрасная агентура. Разнообразные издания. Все будет хорошо, мистер Тримбл.

– А, черт подери!

– Как вы сказали?

Он снова склонил голову набок.

– Выслушайте и попытайтесь меня понять. Какой-то болван утверждает, что он побывал на Луне. И требует с нас миллион долларов. Где нам их взять?

Эфраим Молтер развел руками.

– Да вам-то что, мистер Тримбл? Это уж забота страховой компании, вам-то о чем беспокоиться?

– Вот именно!
– завопил Джон.

Я от восторга прищелкнул пальцами и сгреб Молтера в охапку.

– Ну разумеется! Старина Тримбл ни за что не стал бы так рисковать! Страховая компания! Конечно! Конечно!

Я выпустил Молтера из своих объятий, и он чуть не свалился на пол, но кое-как выпрямился, и тут я спросил его в упор:

– Какая?

– Что какая, сэр?

– Какая страховая компания?

– А-а... Дайте подумать.

– Ну, думайте, - поторопил я.

– Да хорошенько, - добавил Джон,

Молтер вдруг захлопал в ладоши.

– Деррик и Дерриксон! Вспомнил, вот это кто!

– Слава тебе господи, - пробормотал я.
– Теперь можете идти, мистер Молтер.

– Как вы сказали, сэр?

– Я сказал, можете идти.

– Что?

Я вышел из-за стола и взял старика под локоть,

– Идите, - сказал я.
– Идите. Обратно в отдел распространения. Идите к себе. До свидания.

Я довел его до порога и аккуратно выставил за дверь.

– Благодарю вас, мистер Тримбл, - сказал он мне.

– Не за что.

– Как вы сказали?

Я повернулся к нему спиной, и дверь захлопнулась перед самым носом изумленного старца. Джон уже торопливо листал телефонный справочник.

– Нашел, - сказал он наконец.
– Деррик и Дерриксон, двадцать три филиала.

– А где ближайший?

– Пятая Авеню, угол Тридцать восьмой улицы.

– Звони сейчас же, Джон. Договорись о встрече. А я бегу прямо туда.

– Ясно, - коротко ответил Джон.

Я пошел к двери, на пороге обернулся и, сознавая всю значительность минуты, поглядел на Джона. Тот напутственно поднял руку.

– Ни пуха ни пера, Берт!

– К черту!
– пробормотал я.

И дверь за мной закрылась.

Питер Дерриксон оказался весьма внушительным мужчиной в традиционном синем костюме. Волосы у него были белые как снег, над белоснежными усами нависал массивный нос.

Хорошенькая рыжеволосая секретарша провела меня в его просторный кабинет, и он указал мне на кресло возле стола.