— Нет. Слишком долго пищат, — она пригнулась, ушла в сторону и начала резво карабкаться по скале.

— Куда ты? — строго окрикнул её Дукан. — У нас на это нет времени.

— Если они ищут нас, — она замерла на секунду и обернулась. — То им очень не повезло сегодня.

Кальдур пожал плечами и с безразличным лицом полез вверх за ней. Он понимал. В ней снова кипела ярость, она выжила, но мысль её снова и снова возвращались к перенесённой обиде и поражению. У неё просто нет другого способа существовать дальше. Ей нужно сделать что-то, снова почувствовать себя полезной, почувствовать, что она хотя бы чем-то управляет и что может сделать, хотя бы что-то. Да и Кальдур устал прятаться в тенях. Он хотел идти назад спокойно.

Дукан и Анижа поплелись следом, укрываясь за скалами и не делая попыток догнать их. Кальдур и Розари преодолели почти отвесную стену, удивляясь, как легко даётся им подъём и тому, что карабканье и поиск оптимального маршрута уже стал их привычкой и частью жизни. Наверху они увидели пролом в виде трещины, уходящий глубоко вглубь скалы.

— Нам точно нужно лезть туда? Я чего-то не вижу этих тварей на небе.

— Прячутся. Или ночуют. Если это засада, то мы ударим первыми, — процедила Розари. — Может, нам повезло и мы в кое-то веки сами появимся как чёрти из табакерки. Уйти не вариант. Они выберутся и обнаружат нас. Мне бы не хотелось повторять то, что было у монастыря или в Тверди. Слишком непредсказуемый бой. Меня тогда чуть не обожгло их снарядом. Я полезу первой.

Она живо скрылась в проёме пещеры, Кальдур недовольно поморщился и полез туда. Сразу же ему в ноздри удари отвратительный запах разложения и затхлости. Все шумы внутри пещеры стихли, но Кальдур уже и так понял, что Розари не показалось. Они разделились и пошли в разные ответвления, чтобы поскорее окончить разведку.

— Это ещё что за хрень… — прошептал он, когда увидел содержимое каменного грота.

— Детёныши это, дурачина, — Розори тут же догнала и выглянула из-за его плеча.

В просторной шахте, ведущей горизонтально вверх на выход из скалы, лежал ворох старых, убогих деревьев и кустарников, из которых было свито нечто вроде гнезда. Вокруг валялись кости и полусъеденные туши животных: козлов, баранов, лошадей и чего-то более крупного. У противоположной стены, вжавшись друг в друга, с тихим и угрожающим шипением их встретили четверо вирмов с острыми зубами, размером раза в два меньше, чем они видели до этого.

Пока Кальдур осматривался, пытался уложить всё в голову и понять, что же теперь делать с их находкой, Розари отпихнула его и вошла внутрь. Блеснула вспышка, показался доспех, и она заняла боевую стойку. Вирмы зашипели ещё злее, чуть отошли друг от друга и заняли позиции полукругом, угрожающе расправив крылья и пригнув зубастые морды на длинных шеях к груди, словно собираясь вот-вот кинуться на Розари.

— Ты чего? — вскрикнула подоспевшая Анижа, которую Кальдур внутрь шахте не пропустил. — Они же маленькие!

— Это пока, — холодно ответила Розари и бесшумно сформировала клинки из запястий. — А потом станут большими. И повезут всадников в бой. Я всё гадала, откуда они взяли этих тварей... Не могло на острове под них найтись столько места...

— Они дикие, здесь нет никаких темников! — Анижа растолкала Кальдура и пробилась внутрь.

— Тех нашли в горах и этих найдут. Плевать, что они родились тут, а не на острове Зиль. Какая разница?

— Разница в том, что это просто животные, которые тебе ничего не сделали.

— Ха. Мне нет. Но ещё сделают. Что-то вроде тех ребят, которых обожгло чёрными бомбами. Нет? Ты должна была видеть их близко.

— Розари права, — сказал сзади запыхавшийся Дукан. — Нельзя оставлять тёмным таких питомцев. Не хочу видеть их над Соласом.

— Вам же нужны были… — Анижа окинула их рукой. — Вы хотите лететь на Небесный Дворец.

— На этом? — даже Кальдур не избежал смешка. — Да эта штука максимум поднимет меня вверх, чтобы тут же сбросить вниз, сделает из меня отбивную и будет клевать. Вот как этих козликов. Смотри, сколько они успели сожрать. Это стада угурмов были, думаю.

— Но темные на них как-то летают! — Анижа взмахнула руками. — Значит, их можно приручить!

— Ага… — протянул Кальдур. — А ещё с ними в лагерях мирно спят чудовища в два человеческих роста без клеток и всего такого. Нельзя таких тварей приручить. Это гниль Морокай делает их покорными. У Госпожи нет такой магии, чтобы воздействовать на разум, Она же против этого и сражается… Да и мерзко.

— Но вы даже не хотите попробовать!

Кальдур отшатнулся от неожиданности. Он не помнил, чтобы Анижа хоть раз повышала голос в его присутствии. И это смутило не только его. Дукан нахмурился и застыл за спиной Кальдура, Розари разогнула колени, опустила руки и в недоумении обернулась на неё, а крылатые твари перестали издавать угрожающие звуки. Пользуясь всеобщим замешательством, Анижа вдруг сорвалась с места.

— Нет, Анижа! Это плохая идея!

Кальдур крикнул слишком поздно, да и вряд ли бы это удержало Анижу. Она решительно спрыгнула вниз, в шахту, быстрыми шагами подошла и склонилась над первым из птенцов, протянула руку к его морде то ли давая обнюхать себя, то ли пытаясь погладить. Угрожающий высокий писк не остановил её, тонкие морды повернулись к ней как по команде, показались длинные ряды острых коротких зубов.

Пасть птенца раскрылась и устремилась к руке Анижи с быстротой молнии. Розари уже была рядом и была полна решимости больше никогда не давать подругу в обиду. Сверкнуло лезвие, и голова птенца покатилась прочь. Анижа только сейчас вскрикнула и отпрыгнула назад. Ещё несколько ударов и всё было кончено.