Подошёл к последней доске чёрного цвета. Всего несколько фотографий. Моё внимание привлекла одна – Титан. Под фотографией не было имени, а на самой доске не было заголовка. Просто чёрный цвет и фотографии. Те, кто не получит второго шанса.

Позади послышались быстрые шаги. Я обернулся, заранее выбрав, в какую сторону побегу при опасности… Но это был не Джексон. Просто какой-то паренёк спешил по своим делам. В наушниках и куртке с капюшоном он пролетел мимо, даже меня не заметив. Я огляделся. Тишина. Никто за мной не бежал, не пытался поймать или уничтожить на месте. И это было так нереально.

Я выбрал скамейку напротив красного стенда и сел. За мной не гнались, и убегать тоже не хотелось. Да и куда? Обратно в Нью-Йорк, где всё для меня закончилось? Бесцельно колесить по стране? Уехать за границу? Меня никто нигде не ждал, а от себя не убежишь.

Неподалёку зарычал мотор военного автомобиля. Его легко можно было отличить от других: звук на пару тонов ниже, чем у гражданских машин. Хлопнула дверца, и знакомый голос громко выругался. Адам вернулся.

Я напрягся. Наверняка Джексон сообщил ему о моём побеге. Это объясняло, почему он не пошёл за мной сам: предоставил своему начальнику честь вылавливать меня из кустов. Ябеда!

Адам шёл по дорожке, широко шагая и вполголоса матерясь. Вышел на площадь и прошёл мимо. Я с интересом проследил за ним. Адам вышел с площади, остановился и обернулся. Увидел меня. Его взгляд осмотрел всю площадь, но никого не нашёл.

– Ты чего один? – спросил Адам, вернувшись. – С ребятами повздорил?

Я пожал плечами. Адам дошёл до меня и остановился. Снова огляделся. Увидел напротив скамейки красный стенд с моей фотографией и понятливо хмыкнул.

– На себя полюбоваться пришёл. Ну да. Здесь все мы.

– И ты? – спросил я.

– Кроме меня.

– Скрываешь Дар?

Адам сел рядом. Шумно выдохнул и запрокинул голову.

– Хороший день сегодня, – сказал он, перевёл взгляд на меня и добавил: – Устал только очень.

– Начальство заездило?

Адам жалобно угукнул, и я тут же отвернулся: не мог перестать видеть в нём милого котёночка. Я сменил тему.

– Фотография старая.

– Что?

– На стенде, – пояснил я, указывая на красный стенд. – Моя фотография там давно висит. Уголки отогнулись, низ фото выцвел на солнце. Давно повесили?

– Как только ориентировку на тебя получили.

– И ты сразу решил, что я окажусь здесь?

Из-под длинных ресниц блеснули хитрющие глаза.

– Оказался же.

И не поспоришь. Я и правда был здесь.

– Я не подхожу этому месту. Я тут как…

Меня прервал смех Адама.

– Ты просто не представляешь себе, Мор, сколько раз я это слышал! От каждого, ещё и не по разу. Кажется, я и сам говорил что-то подобное, когда впервые оказался здесь. – Он задумался, а потом указал на окружающий нас парк. – Всё здесь такое обычное. Для обычной жизни, для обычных людей. Поэтому я и люблю это место.

– Почему?

– Оно позволяет мне не забыть, зачем я занимаюсь этим. – Адам постучал по плечу, где на военной форме нашиты погоны, а потом посмотрел мне в глаза своим коронным взглядом «до дрожи». – Я делаю свою работу, чтобы такие места существовали.

Я посмотрел вокруг совсем другим взглядом. Солнце над головой, птичья перекличка в древесных кронах, приглушённый шум города вдалеке. Это была мирная жизнь. «Обычная жизнь обычных людей», – сказал Адам. Никаких убийц, никаких неуравновешенных сверхов, никакого преследования – всё это осталось далеко отсюда, в том мире, из которого я прибыл. Здесь только дружелюбные соседи, гуляющие по идеально чистым дорожкам вдоль идеально постриженных газонов. И они действительно рады тебя видеть, хоть и прекрасно знают, что прикосновение к тебе несёт смерть.

– Такого не бывает, – шепнул я, не замечая, что говорю это вслух.

– Бывает, и теперь ты здесь, – сказал Адам. – Ты один из нас.

– Нет! – продолжил спорить я. – Ты считаешь, что я подхожу для этого места, а это не так! Ты ошибаешься!

– Я показал тебе твоё возможное будущее, Мор. Теперь твоя очередь, – ответил Адам, не включаясь в спор. – Дай себе второй шанс.

Он склонил голову набок и улыбнулся. У него забурчало в животе, и его взгляд из одобряющего сменился обвиняющим.

– Ну вот. Опять кушать хочется, – сказал Адам и бодро вскочил на ноги. – Ребята где?

– В душ пошли, когда я их последний раз видел.

– А-а. – Адам наклонил голову, пару раз принюхался и фыркнул. – И мне пора в душ. И тебе. – Он протянул мне руку. – Идёшь?

– Нет, – ответил я. Не терпелось проверить границы дозволенного.

К моему удивлению, Адам не стал меня убеждать. Он кивнул и пошёл в сторону общежития. Мне ничего не оставалось, как пойти за ним.