Шрифт:
— Почему? — заинтересовались все присутствующие.
— Потому, что они мешают мне видеть друга!
И вдруг Лю Бэй заметил, что Сюй Шу мчится обратно, подхлестывая своего коня. Он радостно воскликнул:
— Сюй Шу возвращается! Наверно, он изменил свое намерение! — и бросился навстречу другу.
— Что заставило вас вернуться? — быстро спросил Лю Бэй, когда тот приблизился.
— Мысли мои спутаны, как пенька, и я забыл сказать вам о главном, — отвечал тот. — Здесь в горах в Лунчжуне — это всего в тридцати ли от Сянъяна — живет один замечательный человек. Почему вы не обратитесь к нему?
— Может быть, вы возьмете на себя труд пригласить этого человека? — попросил Лю Бэй.
— Нет, этого мало, вы должны сами поехать к нему! — ответил Сюй Шу. — Но зато, если вы сможете уговорить его служить вам, это будет равносильно тому, что Чжоу привлек Люй Вана, а Хань заполучил Чжан Ляна.
— Неужели он талантливее вас?
— Меня? — воскликнул Сюй Шу. — Да я по сравнению с ним все равно что захудалая кляча в сравнении с цилинем [67] , ворона в сравнении с фениксом! Он сам себя сравнивает с Гуань Чжуном и Ио И, но мне кажется, что им далеко до него! Этот человек постиг все законы земли и неба и затмит своими знаниями любого ученого в Поднебесной!
67
Цилинь — фантастическое животное.
— Кто же он такой? — спросил Лю Бэй.
— Чжугэ Лян из Ланъе, потомок сы-ли Чжугэ Фына. Отец его Чжугэ Гуй был правителем округа Тайшань, но рано умер, и Чжугэ Лян переехал к своему дяде Чжугэ Сюаню, который жил в Сянъяне и был другом цзинчжоуского правителя Лю Бяо. Потом Чжугэ Сюань умер, и ныне Чжугэ Лян со своим братом живет в Наньяне. Они занимаются там земледелием, в часы досуга любят петь «Песни Лянфу» [68] под аккомпанемент лютни. В той местности есть гора, которая носит название Во-лун — гора Дремлющего дракона, и поэтому Чжугэ Лян называет себя еще господином Во-луном. Вот действительно самый выдающийся талант за многие века! Поскорее навестите его, и если он согласится быть вашим советником, тогда вам нечего будет беспокоиться о порядке в Поднебесной!
68
Песни из цикла «Лянфу» — Лянфу, или Лянфушань — название горы в провинции Шаньдун. Существует предание, что конфуцианский философ Цзэн-цзы пахал у этой горы поле. Но наступила непогода, и это помешало ему вернуться домой. Он вспоминал о своих родителях н сочинял печальные песни, которые по названию места, где они были сочинены, получили название цикла «Лянфу».
— Мне как-то Сыма Шуй-цзин говорил о Во-луне и Фын-чу. Наверно, это один из них?
— Фын-чу — это Пан Тун из Сянъяна, а Во-лун — это и есть Чжугэ Лян, — объяснил Сюй Шу.
Лю Бэй так и подпрыгнул от радости:
— Вот теперь только я узнал, кто такие Во-лун и Фын-чу! Мудрецы находятся у меня под боком, а я ходил, как слепой! Спасибо, что вы открыли мне глаза!
Потомки сложили стихи, рассказывающие, как Сюй Шу, не слезая с седла, расхвалил Чжугэ Ляна:
Как жаль, что великие люди не встретятся больше на свете,Хотя их сердечная дружба навек сохранила свой пылИ речи их были подобны раскату весеннего грома,Что спавшего мирно дракона в Наньяне от сна пробудил.После этого Сюй Шу попрощался с Лю Бэем и уехал.
Теперь Лю Бэй полностью осознал то, что ему сказал в свое время Сыма Шуй-цзин. Подобно человеку, только что очнувшемуся от глубокого сна, возвращался Лю Бэй со своими военачальниками в Синье. Здесь он приготовил дары и вместе с братьями Гуань Юем и Чжан Фэем собрался в Наньян к Чжугэ Ляну.
Между тем Сюй Шу, взволнованный расставанием с Лю Бэем и опасаясь, что Чжугэ Лян не пожелает покинуть горы, по пути сам заехал к нему. Чжугэ Лян поинтересовался причиной его прихода.
— Я служил Лю Бэю, — сказал ему Сюй Шу, — но Цао Цао бросил в темницу мою матушку, и она призывает меня к себе. Я не могу не поехать. Но перед отъездом я рассказал о вас Лю Бэю, и он очень скоро посетит вас. Надеюсь, вы не откажете развернуть свои великие таланты, чтобы помочь ему! Это было бы для него великим счастьем!
— Так, значит, вы сделали меня жертвой в своем жертвоприношении? — с раздражением произнес Чжугэ Лян.
Он сердито встряхнул рукавами халата и вышел, а пристыженный Сюй Шу сел на коня и уехал в Сюйчан к своей матушке.
Вот уж поистине:
Он другу сказал только слово, любя своего господина.Домой он уехал, ведомый лишь чувствами верного сына.О том, что было дальше, вы узнаете в следующей главе.
Глава тридцать седьмая
в которой повествуется о том, как Сыма Хуэй назвал еще одного знаменитого мудреца, и о том, как Лю Бэй трижды посещал Чжугэ Ляна
Итак, Сюй Шу прибыл в Сюйчан. Узнав о его приезде, Цао Цао сказал Сюнь Юю, Чэн Юю и другим своим советникам, чтобы они встретили Сюй Шу. Тот предстал перед Цао Цао и низко поклонился.
— Почему вы, такой талантливый ученый, унизили себя службой Лю Бэю? — сразу же спросил у него Цао Цао.
— В молодости я долго скитался по рекам и озерам, скрываясь от опасности, и случайно попал в Синье, где и сдружился с Лю Бэем, — пояснил Сюй Шу. — Но так как матушка моя здесь, а я очень люблю ее, я не смог преодолеть угрызений совести.
— Зато теперь вы можете сколько угодно заботиться о вашей матушке, и у меня будет возможность получать ваши наставления, — сказал Цао Цао.