Хотя вообще-то ворчу я не всерьез. Конечно регулярно форсировать этот природный тренажер для нервной системы, радости мало, но есть такое мерзкое понятие: «надо»! Причем особенно отвратительным оно становится когда ты берешь его на себя добровольно. Не злобные враги навязали, не начальство принудило, а сам, своею собственной волей!

Но все мои муки окупились с лихвой, когда во время очередной подпитки начали вылупляться вампирчики и они оказались просто очаровашками! На магию я был щедр, вот они и ломанулись на выход с опережением графика. Впрочем, я опять залез вперед, поскольку о всякой живности, даже такой своеобразной, мне намного приятнее рассказывать, чем, например, о массовых смертях, которые конечно же, по самым «естественным причинам», случились в замке на протяжении всего лишь в течении пары-тройки дней.

В числе гостей в тот вечер трезвенников не оказалось и, как я думаю, приветствуя хозяина вечеринки, все подняли бокалы достаточно дружно. Так что Господь (видимо), вмешиваться в процесс не стал, поскольку ни кто из заговорщиков от него персонального помилования не получил. Надеюсь, что ни кого не возмутит такая вот коротенькая справка для информации на данную тему?

Ну, померли и померли, туда им всем и дорога! Самое главное, что поскольку здесь тоже имел место дурацкий стереотип, что якобы «сила — ума могила», я продолжил играть роль эдакого недалекого здоровяка, который даже не понял, в какую кашу влез со своей помощью княжне. Когда кто-то из заговорщиков, (нет, он представлялся, но на хрена бы мне сдалось запоминать его имя?!), из тех, кто отбыл в мир иной с последней партией, пристал ко мне с расспросами, я поступил как некогда сделал земной артист Дольф Лундгрен.

Артист этот, мужик недюжинного ума, владеющий семью языками, а также имеющий четыре высших образования, когда его в конец достали журналисты, которых ввели в заблуждение его выдающиеся физические кондиции, из-за чего они принялись разговаривать с ним чуть ли не по слогам, одними простейшими предложениями, прикинулся вообще «одноклеточным» с рубцом от фуражки на мозге вместо извилины! После чего долго и с явным удовольствием морочил журналюгам голову, с улыбкой идиота делая вид, что вообще не врубается, о чем те его спрашивают. Вот его-то опытом я и решил воспользоваться, чем снял с себя даже тень подозрения, тем более, что в процессе довольно неуклюжего прощупывания под видом «доверительного разговора», по-свойски пожаловался кандидату в покойники, на якобы усилившиеся у меня головные боли:

— Раньше только с перепою болела, а теперь безо всякого вина целыми ночами спать не дает, будто кто-то по башке кузнечной кувалдой лупит… — жаловался я, приобняв мужчину за плечи и склонившись прямо к его уху, — встану — вроде полегше, ну так ведь не станешь же ходить целую ночь?! К лекарю обратиться, что ли? Как присоветуешь?

А этот гад глянул на меня эдак искоса и с кривой ухмылкой в ответ похлопал по плечу:

— Да что эти лекари знают?! Ерунда! Ты бы лучше еще винца выпил! Винцо оно от многих хворей помогает, а принимать его намного приятнее, чем лекарские микстуры… — и довольно заржал.

Я его поддержал, поблагодарил и пообещал «всенепременнейше» воспользоваться советом… На том, считай, для меня эта история и закончилась. Пока, по крайней мере, тьфу-тьфу, чтоб не сглазить!

А о доставке княжны к монастырю, кстати, просьбы от князя я так и не дождался. Уж не знаю, из-за похорон это или он просто до просьбы унижаться не хочет, но пока моя отмазка, заготовленная на этот случай, мне не пригодилась. Впрочем, из замка князь меня тоже не гонит и даже намеков на отъезд не делает. Так что я нахально этим воспользовался: не переселяться же в подземелья к фон Тирду? Он-то может и не возражал бы, но… Подземелья — это для вампиров, а мне им уподобляться как-то не хочется. Нет, полазить интересно, но в качестве квартиры — увольте — в этом плане я несколько консервативен!

Поэтому, проводив селян, которые составили мне компанию при перевозки княжны и договорившись с Селимом и Нехимом о месте встречи, на тот случай, если они мне вдруг для чего-то понадобятся, (где потерялся мой джинн я ведь так и не знаю?), в остальное время я миловался с Лилли, которая по-прежнему не обделяла меня своим вниманием, продолжал знакомиться с тайными ходами, (вдруг еще понадобится?), да обживал замковую библиотеку, пополняя свои, откровенно скудные, знания об этом мире, его истории и обычаях.

Ну и единственной уцелевшей кладкой вампиров вплотную занялся, раз уж обещал Волюнду…

***

Не знаю для кого как, а мне маленькие детеныши что птиц, что рептилий, что млекопитающих, никогда не казались противными. Пусть они слепые, с голубыми шарами вместо глаз, с лапками и крыльями в зачаточном состоянии, пусть голенькие и под тонкой кожей на просвет у них видно даже содержимое брюшка, но у меня эти хрупкие «младенцы» животного мира, кроме умиления и нежности, никогда никаких чувств не вызывали.

А у маленьких вампирчиков каких-либо признаков младенческой недоношенности вовсе не наблюдалось, так что они на любой вкус оказались вполне себе симпатичными созданиями. Передние лапки у них почти как «ручки» лемуров, но держат они их плотно прижатыми к груди. Крохотные пальчики с прозрачными, пока еще мягкими коготками, сжаты в трогательные кулачки, а вот задние — больше похожи на кошачьи, которыми эти малютки не без успеха брыкаются в случае испуга или еще какого-нибудь дискомфорта. Глаза, что по цвету, что по форме, напоминали спелые маслины, размером почти на половину продолговатой мордочки, на шкурке короткая шелковистая шерстка, крылышки вообще будто бархатные! И так уютно сопят темными блинчиками носишек, что глядя на них и тебя на дрему пробивает. Милота, одним словом!