Хасэгава повиновался: крепко прижал к себе Хироми и отстраняться сам уже не хотел. Им овладело необъяснимое ощущение беды, будто под ними разверзлась земля, и от его хватки зависит жизнь.

Всё пространство вокруг стало размытым и, казалось, пульсировало вместе с кровью в висках.

Хасэгава взглянул на лицо парня. Глаза Хироми блестели синими искрами, он глубоко дышал, чуть запрокинув голову, словно в трансе, и его приоткрытые губы манили мужчину как прохладный источник в летний зной.

У Хасэгавы от такого зрелища перехватило дыхание и потянуло внизу живота. Он сделал глубокий вдох и медленно приблизился к Хироми.

Глава 4

Хироми отбирал цветные вещи из корзины для стирки и закидывал их через всю ванную в открытую стиральную машинку. Из портативной колонки играла музыка, мягкие солнечные лучи заливали дом медовым свечением. Входная дверь открылась, и на пороге показался Хасэгава.

– Я как раз тебя жду, чтобы запустить стирку, – улыбнулся ему Хироми. – На каком режиме ты обычно стираешь цветные вещи?

Хасэгава, наблюдая за ним, прислонился щекой к косяку и вдруг сказал:

– Такое впечатление, что мы старая супружеская пара.

– О… – услышав это замечание парень замер и удивлённо посмотрел на него.

– Извини, я сказал это вслух? Включай повседневную, седьмая программа, – и, желая сменить тему, Хасэгава заговорил снова. – Надеюсь, ты сегодня не готовил? Хотел предложить сделать это вместе. Я купил все необходимые продукты.

– Конечно, – переборов смущение, Хироми захлопнул машинку, жмякнул пару кнопок и направился к пакетам в коридоре, протиснувшись мимо застрявшего в проёме Хасэгавы.

Господин Рё глубоко вздохнул, уловив свежий хвойный запах геля для укладки от волос Хироми. Ситуация вдруг показалась ему такой фантастической, будто происходила не с ним, а в параллельном измерении. Всю жизнь он старался соответствовать окружающим: отслеживал каждый свой шаг, взгляд и слово, чтобы ничем не выдать свои настоящие желания и для всех оставаться респектабельным ответственным мужчиной. И это ему прекрасно удавалось до сих пор. Редкие случаи, когда он снимал парней где-нибудь в отеле в другой части города были не в счёт.

Но появление Хироми в его доме наполнило каждое обыденное действие теплом, смыслом и придавало пикантность каждой мелочи.

Когда они напились и чуть было не поцеловались несколько дней назад, у Хасэгавы хватило выдержки отстраниться и обратить всё в шутку. Однако с того момента невидимая грань между ними пропала: разговаривали теперь на ты, и общение стало более доверительным и дружеским.

Увидев Хироми, который занимается их общими домашними делами так запросто, господину Рё показалось, что он попал в свой сон, где ему позволено жить вместе с любимым человеком, ни от кого не скрываясь. От этого миража было одновременно и радостно, и грустно.

– Так-так-так, – парень тем временем уже принёс продукты на кухню. – Я пока не понял, что ты хочешь готовить. Давай рассказывай, у меня уже наточены ножи! – с этими словами Хироми поставил пакеты на стол, схватил два больших тесака с подставки и с озорной улыбкой развернулся, изображая, как кромсает на куски всё, что попадётся под руку. – Повар Хироми!

Конец ознакомительного фрагмента.