– Вы бы ещё Киевским назвались, чтобы всем было понятно откуда вы родом. – посмеялась над ним Лили. – Отныне вы Алексей Романов. А товарищу придумаете кличку сами.

Житомирский, то есть Романов, решил для себя, что, если не смотреть на декольте собеседницы, вполне можно воспринимать её, как командира, и поднял глаза к небу.

– Алексей, вы, кажется, меня не поняли. Это не дружеская беседа. Вы мне докладываете по поставленному вопросу чётко, без рассуждений и умалчиваний.

Житомирский – Романов выдержал паузу, пытаясь понять, какими сведениями дама располагает и откуда она их получила.

– Начните со слова «мать» – подсказала Лили.

Лицо Андрея – Алексея не дрогнуло, но внутри всё скрутилось.

– Вероятно, ночной бред Семёна вы приняли за истину? – улыбнулся он.

– Вы надеетесь, что ваш спектакль в порту Владивостока остался незамеченным? – надменно усмехнулась леди. – И зря вы такого низкого мнения о своём друге. Он крепкий парень. С ним можно идти в разведку. Он вас не выдал в том жутком состоянии, в котором находился, даже когда я намеренно его усугубила.

– Вы его пытали? – не сдержал эмоций Алексей (бывший Андрей).

– Можно и так сказать. Химическое воздействие. Но не отвлекайтесь. Я жду полного отчёта. Иначе, нам придётся заняться проверкой вашей психики. У вас навязчивые идеи?

Андрею пришлось рассказать историю поиска матери. И теперь он с некоторыми опасениями, если не сказать со страхом, ждал, как отреагирует на эту информацию Лили. Хотя, наверное, она всё это уже знала и до его рассказа.

– Коммунистическая партия поддерживает стремление граждан к здоровым семейным отношениям, но не вопреки её собственным интересам. Потребности страны, народа должны превалировать над личными, товарищ Романов. Но как человек, как женщина, я вас понимаю. – сказала Лили.

При слове «женщина» взгляд Алексея снова невольно упал на её грудь, и с трудом выстроенное отношение к Лили, как к командиру, тут же развалилось. Пришлось опять порядком потрудиться, чтобы настроить себя на нужный лад.

Она была красива. Тёмно-русые волосы, слегка вьющиеся, отливавшие медью на солнце, загорелая кожа, стройная, очень женственная фигура, пухленькие губки и небольшой носик не сочетались с представлением Андрея – Алексея о командире разведгруппы. Но взгляд был жёстким и колючим, не позволял приблизиться. Явно, девушка могла постоять за себя даже и без пистолета, рукоятку которого Алексей ощутил под её юбкой, когда она к нему притворно нежно прижималась. Алексей представил, как пистолет крепится подвязкой от чулка к бедру, и эта картинка вовсе не помогла избавиться от налёта эротичности, который неуловимо присутствовал во всей этой сцене.

Тот железно-деловой настрой, который был у него в России, здесь, в этой приморской стране с мягким климатом, сочным влажным воздухом, более свободными, расслабленными людьми, исчез, будто его и не бывало. То ли детские воспоминания о море, как о месте для отдыха, то ли ещё какие-то, пока им неосознанные обстоятельства повлияли, но быть бойцом без чувств и эмоций не удавалось.

– Можете идти, – прервала его размышления Лили, вновь прижавшись к нему, так как новая группа людей вошла на смотровую площадку. – Завтра доложите, как вы собираетесь воплощать приказ командования, продолжила девушка, засовывая пачку купюр ему за пазуху. – это вам на первое время.

– Буду ждать тебя завтра, милый! – сказала она громко. – Сгораю от нетерпения! – Лили послала ему воздушный поцелуй, опершись на перила и дыша так активно, что платье казалось маленьким.

Андрей Житомирский попрощался с Лили, а заодно и со своим старым именем. Отныне он Алексей Романов. Возможно, царских кровей…

Семёна он застал в кафе над тарелкой, полной великолепно пахнущих булочек с маком и корицей.

– Семён, тебе придётся придумать себе новое имя. – переложил с себя эту обязанность на друга Алексей. – Пойдём сядем за столик на улице. Там легче разговаривать, – предложил Романов.

Семён не мог ответить. Рот его был полон. Но он выразил согласие кивком головы, схватил блюдо и пересел за другой столик. На улице было шумно и расслышать их разговор, не подойдя близко никто бы не смог.

– Семён, ты слышал новое задание партии?

Семён уже откусил от очередной булочки и поэтому общался только невербально, кивком головы.

– А предыдущее задание не забыл?

Семёна вполне устраивал такой стиль общения, и он отрицательно помотал головой, продолжая жевать.

– И как же нам это совместить… – задумался Алексей, принимая от официанта чашку кофе.

Семён, наконец, прожевался.

– Надо предложить белогвардейцам то, что им больше всего нужно. – предложил Шлинчак.

– Родину? – ухмыльнулся Алексей.

– Что-нибудь более материальное. – засмеялся Семён, оценив шутку.

– Думаю, что больше всего они нуждаются в деньгах.