Учитель нахмурился и будто рассматривал что-то видное одному ему. Тишина затянулась, я уже стал нервничать, не сболтнул ли я лишнего, как вдруг маг заговорил:

— Ты рассказал это только мне?

— Да, учитель, только вам…

— И это произошло впервые? На испытании?

— Да…

Осиор еще раз посмотрел на меня, после чего встал со своего кресла и стал прохаживаться по кабинету.

— Ты заварил огромную кашу, Рей. Я даже не могу представить, как можно было бы испортить все еще сильнее… Только если в еретики податься… Так что вот как мы поступим. Ты больше никогда и никому не скажешь о своих этих… потоках. Потому что…

— Я не вру! — интонации Осиора мне не понравились, так что я не сдержался.

Наставник резко остановился и повернулся ко мне.

— А я и не говорю, что ты врешь, Рей. Я еще схожу в архив Башни, постараюсь что-нибудь найти… Но я не имею представления, о чем ты говоришь. Но я тебе верю. Самое важное я уловил — это… видение облегчает тебе колдовство. Ты же формировал печати по всем правилам, верно?

Я молча кивнул, сжимая потные от волнения ладони.

— Люди боятся неведомого. И Круг тоже состоит из людей, — продолжил учитель, вернувшись к хождению туда-сюда. — Так что теперь мы никак не будем упоминать твои… способности при посторонних. Осваивать их тебе тоже придется пока самостоятельно, единственное, с чем я могу тебе помочь — это амулеты и те самые фляги, чтобы энергии в пространстве было побольше… Но это все потом. А так — ни слова. Ни Витати, ни Ирману, ни тем более Виоле или другим магам. Во всяком случае, пока я не разберусь, что это такое… Ты меня понял?

Осиор остановился и внимательно посмотрел мне в глаза. Я видел, что внутри учителя происходит какая-то борьба. Сейчас он скрывал нечто экстраординарное, что должен был бы поведать Кругу. Может, эта моя способность должна была изменить представление о магии? Но наставник решил сохранить эту тайну — чтобы уберечь меня.

После я был отпущен из кабинета на все четыре стороны. Во время всего нашего с учителем разговора ощущалось, что между нами возникла какая-то преграда. Нет, это была не стена — но я буквально кожей чувствовал, что учитель не хочет меня видеть.

По всей видимости, я его разочаровал.

А еще я отчетливо понял, что так, как раньше — больше не будет. Улыбчивый поясной маг погоды Осиор остался в провинциальном Нипсе, по другую сторону континента. Больше не было вороватых набегов на запасы Ирмана на кухне, ругани на тему остывшего чая или поздних перекусов остатками выпечки. Нет, на столе у нас всегда был мед, лучшие шамоградские булки, да и Ирман ворчал всегда все так же на тему того, что его господин уже не влезает в половину своих мантий. Но больше не было того озорного духа, уютной кухни и фигуры моего учителя, что ставит сам себе медный чайник на камин. Не было больше маленькой кухоньки в съемном доме — вместо нее теперь большой обеденный зал с длинным столом. Появились и другие слуги кроме вечно недовольного Ирмана, и даже пару раз я видел садовника, что ухаживал за деревьями и кустами, а так же косил траву. И вот все это поместье, да и вообще — Шамоград, незаметно, но неуклонно изменили моего наставника. Осиор, маг погоды, исчез, а на его место вернулся Шестой Трибунальный Истигатор Осиор, страж Устава и могущественный маг поиска, вхожий в кабинеты архимагов главной Башни Круга Западной Пресии. Изредка, конечно, перевоплощения случались, и я видел того, своего старого наставника. Обычно — во время занятий магией. Но только в эти моменты и совсем ненадолго. Казалось, сам этот город давил на учителя, превращая его в жесткого и всегда готового действовать бойца. А я своими выходками только подлил масла в этот огонь.

Домашние же встретили меня по-разному. Ирман ожидаемо занял позицию своего господина и при любом моем появлении демонстративно фыркал и почти морщился — так себя слуга вел в первые месяцы моей жизни в доме наставника в Нипсе, пока мужчина не смирился с тем, что уважаемый поясной маг Осиор взял себе в ученики бродягу.

Витати же отреагировала более тепло. При всем ее безразличии к происходящему и неодобрении моего вступления в Круг, дочь Келанда даже была довольна тем, что я устроил на испытаниях переполох. Хотя по большей части она связывала реакцию магов на мое выступление с демонстрацией ударных и блуждающих щитов. Техники винефиков Келанда на испытаниях башни Круга в Шамограде! Кто бы мог подумать!

— И что, какой жетон тебе дали? — спросила винефик, лениво ковыряя носком ботинка каменную кладку под ногами.

Мы устроились в саду, возле купели для птиц, спрятавшись от дневного зноя в тени невысоких лиственниц.

— Да без понятия, — пожал я плечами. — Меня учитель сразу же оттуда увез, а потом и слег…

— И что, ты не спросил Осиора, какой ранг тебе дали? — удивилась винефик. — У вас же только и разговоров было об этом треклятом жетоне. Но как на мой взгляд, с твоими щитами они должны дать тебе кушак!

— Да как можно сразу пояс получить и без жетона-то?! — удивился я.

Витати только фыркнула, демонстративно вздергивая подбородок.

— Парень, скажу тебе прямо, мало какой поясной печатник переживет встречу с тобой. Защиту от магии тебе дает руна Нид, а все остальное можно сделать с помощью Ур и Инг… Ты же даже режущие щиты освоил, не только ударные, что тебе те поясники? Они пока руки подымут да свои печати наколдуют, ты их уже в землю вколотишь на раз-два. Вот если их двое или трое будет, вот тогда да, тяжело…

— А ты с какими магами можешь справиться? — внезапно для самого себя спросил я.

Татуированные на запястье винефика кольца очень красноречиво говорили о том, что убивать печатных магов Витати приходилось. Учитель как-то объяснил мне значение этих меток. Высшей гордостью для келандского охотника на магов было покрыть всю руку такими кольцами, а великие воины, согласно легендам, вообще были покрыты чернилами с ног до головы.

После моего вопроса Витати как-то резко посуровела. Видимо, мой вопрос всколыхнул какие-то воспоминания. Скорее всего, как винефик попала в плен, а после — в рабство.