Все свои угрозы наставник выполнил. В меня влили, по ощущениям, не меньше половины галлона[1] — три пинты[2] так точно! — жидкости, после чего Осиор выбрал один из амулетов из целой кучи, что была сейчас свалена в телеге, и замкнув контур, прижал артефакт к моей груди. Желтое свечение целебной магии, а уже в следующий миг со мной происходит все то же, что и после похода на мои вторые в жизни танцы: я засовываю голову в ведро, заботливо подставленное под мои ноги Ирманом, и выворачиваю содержимое желудка, состоящее сейчас из воды вперемешку с желчью.

— Хорошо! Отлично! — сказал учитель, наблюдая за моими мучениями. — Теперь вот, давай, еще кружку выпей, лучше две. И спать!

Я подчинился, после чего залез в кузов. Витати тихо сопела в самом конце телеги, уронив голову на грудь, я уже устроился где-то посередине, на лежаке учителя, упершись спиной в деревянный борт. Судя по тому, как активно Осиор истязал меня, маг более-менее пришел в себя. Одной тревогой меньше и мне наконец-то дадут поспать.

[1] — 1 галлон равняется 4,54 литра.

[2] — 1 стандартная английская пинта равняется 0,568 литра.

В дагерийской крепости мы пробыли еще два дня. Купец Пирий приводил в порядок измученных животных и давал лошадям и ослам отдых после длительного броска к безопасным стенам одной из Трех Башен, мы с Витати тоже приходили в себя.

Последствия жевания бычьих семян преследовали меня еще несколько дней. То меня переполняла энергия, то посреди дня начинало клонить в сон. Учитель, что теперь обходился только редкой помощью винефика, внимательно за мной наблюдал, но в целом тревожился не очень сильно.

— Пей больше воды, Рей. И если надо поспать — иди и спи. Сейчас сок семян бродит по твоим жилам, ему нужно время, чтобы выйти, — сказал Осиор, когда я поделился своими ощущениями.

Так как в крепости заняться было определенно нечем, то я смело последовал совету учителя — дрых в кузове телеги, ел, а потом опять ложился спать. Казалось бы, куда мне столько, но тревоги, перенесенные во время гонки с мертвецами, неплохо меня вымотали.

А потом мы вновь отправились в путь. Сначала через южные провинции Бенжи, до верховий реки Сейна, к городу Мабашар. Там наши пути с купцом Пирием разошлись: делец отправился на юг, тогда как наш путь лежал на север, обратно в Дагерию.

Остановились мы на небольшом постоялом дворе, на окраине города. Наши две лошадки, что были запряжены в телегу, вымотались и требовали ухода. Себя мы чувствовали примерно так же. Одно хорошо — учитель снова начал по чуть-чуть колдовать, а это означало, что через две-три недели последствия сражения на палубе торгового барка полностью сойдут на нет. Уже сейчас Осиор был относительно бодр, а о болях свидетельствовало только его вытянувшееся, осунувшееся лицо, с неаккуратной, вольно растущей бородой.

— А по деньгам-то негусто, — задумчиво выдал Ирман, который был казначеем отряда.

Вся наша компания расположилась за круглым столом в главном зале трактира. Пока половой нес заказ, слуга поясного мага решил провести ревизию финансов и результаты его не слишком обрадовали.

— Ой, Ирман, успокойся, — махнул рукой учитель. — Разберемся. В крайнем случае, я могу заложить свою булаву.

Лицо слуги вытянулось от удивления, а учитель тонко хихикнул. Меня же от перспективы заложить булаву истигатора тоже колотнуло: мне до сих пор нет-нет, да снилось, как я бегу по лесу с той самой булавой в руках, а за мной несется толпа мертвецов. Причем сон всегда заканчивался одинаково бестолково, без какой-либо развязки.

— Но сколько нам еще тащиться до Шамограда? — спросила Витати, лениво ковыряя миндалевидным ногтем грубую столешницу.

Осиор только пожал плечами, а после задумался, будто что-то вспоминая.

— Лиг четыреста, не меньше. Это если мы выйдем на Имперский Тракт.

— А есть варианты? — уточнила винефик.

Как и дочь Келанда, я был не силен в географии континента. Единственное, что я вообще четко знал — это где какая сторона света, да какая дорога из Нипса ведет к Акрильсере. Вот и все. Где именно находился Шамоград, каких он был размеров и вообще, что окружало столицу Дагерии, я имел крайне смутное представление.

— Ну, мы всегда можем выйти к Внутреннему морю и сесть на какую торговую шхуну. И это не океанское путешествие — почти прогулка, — легкомысленно ответил учитель. — Но это почти сто лиг крюк к порту Шахан, так что я думаю, пойдем землей. О! А вот и обед!

Пока разносчик расставлял тарелки и кружки, мы все сохраняли молчание, но как только работник трактира ушел, Ирман опять начал ныть из-за денег:

— Господин Осиор! У нас осталось хорошо, если пять империалов! Крепостной интендант содрал с нас три шкуры за то гнилое зерно и кислое вино! На фураж и припасы на четверых уйдет минимум три монеты, да и постой тут стоит… Только за этот обед потребовали три серебра!