— Тебе не кажется, — заверил я. — Ладно, разбегайтесь все, сейчас будет показательный круг почёта!

А почему бы и нет, собственно? Помнится, тот же Игараси, да и парни с бригадиром Хесусом во главе, весьма впечатлились, когда я сразу после обеденного перерыва принялся нарезать на «Эль Торо» круги перед мастерской. Но больше всех квад понравился — кому бы вы думали? — Сигизмунду! Кошак без тени сомнения замахнул на правое переднее крыло и с удобством на нём устроился, благо ширина пластиковой фиговины и не такое позволяла. Там, при желании, пара таких котов бы уместилась. А Зигги один нежился! И плевать ему было на нашу суету, он даже на рык движка среагировал довольно вяло — так, ухом дёрнул, да и успокоился. Зато когда я тронул квад с места, вонзил в податливый пластик все двадцать когтей. Я думал, насквозь прошьёт, но обошлось — всего лишь поцарапал. Хорошо, крыло не крашеное оказалось, просто чёрная пластмассина, и до того уже порядочно покоцанная песком и мелкими камнями. Плюс я, памятуя о центробежной силе, резких поворотов старался не делать. Да-да, вот такой я котолюбивый. Совесть не позволила заложить такой вираж, чтобы котэ съехал с крыла и шлёпнулся оземь. Пусть катается, мне не жалко. Опять же, Сигизмунд на такие жертвы пошёл! И шум проигнорировал, и вонь от топливного бака, и даже крайне сомнительный «аромат» выхлопа! Грех после такого над котейкой издеваться.

Что характерно, так думал далеко не я один — по завершении заезда в лучах незаслуженной славы купался именно Зигги, поскольку все зрители сочли своим долгом его погладить. Удивительно, но на этот раз кот даже токсичному Люпе дался. Но тут одно из двух: или стресс и состояние аффекта, или, наоборот, внезапно снизошедшее благодушие. В общем, вдоволь насладившись глажкой, кошак и не подумал куда-то сваливать. Наоборот, в седло перебрался — там помягче. Зато пришёл мой черед, и тут уж зрители на, кх-м, критику не поскупились: и работа-де топорная, и компоновка-то непродуманная, и крепления-то на соплях… понятно, что Люпе с Игнасио особо не изгалялись, больше помалкивая, но я всё прекрасно читал в их взглядах и на рожах. А вот Хесус с Игараси сочли своим долгом ткнуть меня носом во все косяки. Ну, по их мнению косяки, конечно же. Я, собственно, и не возражал, поскольку на что-то такое и рассчитывал. Эффект замыленного глаза никто не отменял, да и багаж опыта у нас слишком разный. Так что мнениями специалистов разбрасываться не следует. Но и безропотно выслушивать замечания я не стал, худо-бедно пояснив несколько основных проколов. К счастью, дискуссии не получилось: сработало моё заявление, что опытный образец первой версии не позже чем послезавтра отправится на доработку.

— А чего послезавтра, хефе? — немного удивился Хесус.

— Я так полагаю, Генри-кун задумал ускоренные эксплуатационные испытания, — дёрнул уголками губ Игараси. — Я прав?

— Целиком и полностью, Игараси-сама.

— А где испытывать будешь?

— Неплохо бы в «поле»…

— Я пас, хефе! — немедленно отпёрся бригадир. — Вы ж наверняка задумали кружок-другой по гоночному маршруту дать? Сколько там?..

— Сорок два километра пятьсот девяносто метров, — подсказал из-за спины бригадира Игнасио. — Это один круг. А кругов бывает от трёх до семи.

Ещё один фанат, блин! И откуда вы только вылезаете, особенно когда не нужно? Ладно, это риторический вопрос.

— А я особо на вас всех и не рассчитывал, — ухмыльнулся я. — Попробую привлечь местных специалистов.

— Ты про хозяев этого занимательного образчика техники, Генри-кун?

— Скорее всего, — кивнул я. — Видно будет, в общем.

— Понятно. Помощь нужна?

— Никак нет, сэр. Сам справлюсь.

— Как знаешь, — пожал плечами Игараси.

— А как вам в целом, сэр? — перешёл я к самому важному вопросу.

— Ну, как тебе сказать, Генри-кун… на первый взгляд, концепция вполне жизнеспособна. Но я не уверен, что мы сможем пустить такие агрегаты в серию. Уж точно не на нашей производственной базе.

— Такие и не нужно, Игараси-сама. Я уверен, что получится усовершенствовать конструкцию. И уверяю вас, сэр, что особое внимание я уделю технологичности.

— В ущерб эффективности?

— Скорее, в ущерб эстетике и дизайну.

— А ты у нас где-то видел дизайн, Генри-кун? — не сдержал улыбку Игараси.

— Кое-где попадался, — хмыкнул я. — Но спишем это на статистическую погрешность.

— И то верно… а в каком направлении планируешь работать?

— В направлении унификации, сэр. Вообще есть задумка разработать линейку батарейно-моторно-генераторных блоков, смонтированных в общем корпусе. Таких, чтобы можно было устанавливать на штатные места аккумуляторов. Последние, естественно, придётся демонтировать. Ну и топливные баки куда-то нужно будет пристраивать.

— Хм… а неплохо, Генри-кун, весьма неплохо! — похвалил меня начальник. — Что с топливом?

— Посмотрю, как себя этанол проявит, — пожал я плечами. — А если не получится, то будем думать насчет бензина. Нефть на Роксане есть, корпорация ее добычу и переработку ведет, так что пустить часть отгонки на моторное топливо не проблема.

— На словах — да, — усмехнулся Игараси. — На деле же… логистика, переналадка, заправочная инфраструктура… одни траты.

— Рентабельность, — поддакнул я. — Помню, сэр. Но тут уже от вас больше зависит, чем от меня. Вы же мне поможете, Игараси-сама?

— Давай так, — задумался начальник, — удиви меня! Если сумеешь, поддержу любое твоё начинание, Генри-кун.

— Спасибо, сэр, — благодарно кивнул я, но Игараси уже развернулся ко мне спиной и зашагал к воротам ангара.

Ну а поскольку начальство к новой игрушке интерес потеряло, то и остальным ничего не оставалось, кроме как вернуться к работе. В итоге очень скоро я осознал себя в гордом одиночестве — на меня стандартное расписание не распространялось согласно распоряжению самого же Игараси. Пришлось собрать волю в кулак и перебороть лень: за меня никто цикл испытаний до логического конца не доведёт. Надо только безбилетника с крыла согнать…